вместо обещанного сада,
но графу это знать не обязательно», – и она укоризненно взглянула на него.
Ей показалось, что он легко читает ее мысли, с таким пониманием и сочувствием встретил он ее недовольный взгляд. И она рассердилась на графа и на себя за то, что показала свою уязвимость перед этим несправедливым миром. А мир действительно был несправедлив к ней, мелькнув огоньком возможного счастья, тут же захлопнул перед ней свои чудесные створки, чуть не прищемив ей нос на прощанье.
– Долго ты будешь дуться, посмотри, какой чудесный день, – ему очень захотелось растормошить ее.
– А мы уже на «ты»? – осекла она его.
– Как злость не идет юной прекрасной особе, – пожал плечами он, – Ну, что ж, тогда я отведу вас во дворец, вам там самое место, посажу вас на ваш холодной трон, может, хоть его вы согреете.
– Что ж, ведите, – приняла она его вызов, но тут же примирительно взглянула на него, – А, может, сначала поохотимся? – и она рукой прикоснулась к его руке.
– Какая вы не последовательная.
От этого его холодного «вы» почему-то болью стало сжиматься ее сердце, она испугалась, что сейчас может потерять его, как некогда потеряла Повелителя. Она почувствовала, что ближе его у нее никого нет, и решила придержать свои удила.
Камешек в его кармане весело перевернулся, как бы говоря своему хозяину: «Эй, не унывай, я с тобой».
«Может, и вправду, устроить себе праздник, я даже толком не изучил его волшебные свойства. Не так прост этот камешек, слишком однобоко я его использовал. Может, свои волшебные свойства он проявит и без вставления его в глаз, стоит лишь прикоснуться к нему и нежно его погладить», – мысленно вопрошал граф, ему не хотелось раскрывать свои карты перед королевой. Камешек в знак своего согласия и преданности погладил его ладонь: «Вот теперь скажи, что этот камешек неживая природа, она и есть самая настоящая живая материя, появившаяся задолго до человека», – он почувствовал, что у него появился союзник, настоящий друг. Ему вдруг стало интересно, какой путь превращений прошла эта материя, чтобы накопить, сохранить эти чудесные свойства, так необходимые вечно чего-нибудь желающему человеку. Мысли о женщине ушли на задний план. В своих рассуждениях он все дальше забирался в философские дебри, его уже интересовала природа философского камня. Королева, почувствовав, что его интерес к ее персоне пропал, решила не отставать от графа, она скинула свои неудобные туфли и, надев легкие сандалии, которые она с практической точки зрения успела прихватить с собой из кладовых замка Повелителя, поспешила за графом в сторону темнеющего леса.
– Что вы делали в сумрачном лесу? – с непонятной для нее самой тревогой спросила она, как будто от этого вопроса зависела ее жизнь.
– Смотрел на обнаженных вакханок, – своим ответом он слегка решил ее поддразнить.
– Что они там делали? – нетерпеливо задала она ему свой вопрос.
– Танцевали. Их тела были так прекрасны в лунном свете, – продолжал будоражить ее воображение он.
– Вы с ними танцевали? – она готова была от досады расплакаться.
– Нет, я только позволил себе из надежного укрытия наблюдать за ними. Артемида не поняла бы меня, – он говорил с ней загадками.
Ей очень захотелось каким-нибудь предметом запустить в него. Она готова была сразиться не только с ним, но и с этими чертовыми вакханками. Стоило ей ненадолго отлучиться, как неизвестно откуда появились вакханки, и нарисовалась Артемида. Нет, мужчину нельзя надолго оставлять одного без присмотра.
– За что мне такое наказание? – Ей не на кого было опереться. Только сейчас она вспомнила своих непутевых слуг. – И они покинули меня, – она дала себе вволю посетовать на несправедливость жизни, пока граф готовил им ночлег.
– С кем это вы так живо разговариваете? – улыбнулся граф.
– С лукошком, – выкрутилась королева, и очень нежно прижала его к себе.
И только сейчас внимательно взглянула на его содержимое. Спелость и аромат ежевики, смородины и черники на мгновение привнесли в жизнь королевы ее былые радости, с которыми она великодушно решила поделиться с графом. И вдруг в упругой темноте этих ягод она поймала лукавый взгляд Повелителя, оказывается он и не собирался ее покидать. Ей захотелось, чтобы он тут же унес ее в свой замок. Она смаковала ягодку за ягодкой, но ничего не происходило, это был всего лишь мираж, к сожалению, так чаще всего и бывает в нашей жизни.
Она протянула на ладошке ягодки графу, он аккуратно съел их и задержал свои губы на нежных бугорках ее ладони, тепло его дыхания обожгло королеву.
«А что, может мне выйти замуж за графа, и стать графиней, графиней этого леса», – в сладком предвкушении подумала королева.
Нежный аромат этого леса убаюкивал ее, и тепло графа, который находился так близко от нее. Она посмотрела на его крепкие руки, почему они бездействуют, ведь рядом с ним возлежит сама королева, а, может, и не возлежит вовсе, а так, рядом примостилась. Граф же не мог поверить своему счастью, но старательно скрывал его, чтобы не сглазить. Ему было очень интересно наблюдать за капризными извилистыми желаниями, которые витали над ее прекрасным белоснежным лбом. Ему хотелось, чтобы все ей улыбалось, а он постарается, чтобы она как можно дольше оставалась ребенком, его любимым ребенком. Но расслабляться было рано, он чувствовал, что мысли о Повелителе все еще волнуют такую впечатлительную душу королевы.
Утром, когда они отправились в путь, королева посетовала, что лес так однообразен, не то, что радужные качели Повелителя, и предложила ему отвести ее снова к Повелителю. На что он ей ответил, что они еще далеко не ушли, она и сама знает дорогу.
– И хочется вам плутать, в замке мы могли отдохнуть и насладиться великолепием гор!
– А вы уверены, что Повелитель ждет вас?
– Я думаю, что он очень обрадуется, увидев меня.
– Не плохая идея вернуться к нему, тем более лукошко вы опустошили, – рассмеялся граф.
– И вы к этому тоже приложили руки.
– Скорее рот. Если он ждет вас, то идите, нет, лучше бегите, а я вас здесь подожду.
– Тогда отведите меня в Сель-Арме, – продолжала торговаться королева.
– Как скажите, моя королева.
Этот официальный тон не понравился королеве, она почувствовала, что рвется тоненькая ниточка, установившаяся, пусть хоть и на короткое время, между ней и графом, и ей стало очень грустно.
«Почему не стать на время снова Повелителем, ведь камешек все еще находится в моем кармане, а может махнуть на все рукой и стать Повелителем, зажить счастливо с королевой в замке», – но он чувствовал, что такая сладкая
