произнесла Мавра: — И я не понимаю, почему ты всё ещё здесь? А ну дуй следить за Демидовым, ленивая птица!
— Да, Госпожа. — Злова поклонилась и радостно выпорхнула в окно.
— Идиотка… — тяжко вздохнула чародейка и перевела недовольный взгляд на Катюшу: — А тебе чего?
— Вот! — куратор боевой группы первокурсников поднялась по треугольным ступенькам и положила на стол розовую бумажонку: — Билет в «Клуб Дуэлянтов» для Демидова. Ты же сама вчера просила.
— Ага… Спасибо, что напомнила. — тяжко вздохнув, ответила Мавра: — Ты уж с ним по осторожнее. А-то этот Демидов…
— Ой, да брось! — усмехнулась Катюша: — На первом собрании выставлю против него Герцена. Посмотрим, что Демидов сможет противопоставить бывшему чемпиону университетского турнира.
— Смотри, как бы он тебя в салат не покрошил…
— Демидов-то? Тю-ю-ю… Да я сама, кого хочешь — покрошу. Со мной он станет ручным!
— Что-то с Пелагеей он не ручной…
— Ой, не хочу обидеть, но твоя матушка постепенно теряет хватку. А я — нет. — злобно улыбнулась Катюша: — Демидов у меня станет самым воспитанным и послушным солдатом из всех. Уж я-то его выдрессирую!
— Ты учти — Император за Демидова голову оторвёт. Так что будь аккуратнее…
— О, я умею убеждать студентов. — Катюша жутко расхохоталась: — В общем, это с бездарями он такой крутой. А вот посмотрим, как Демидов будет себя вести в окружении лучших боевых магов Университета!
— Не хочу больше ничего слышать про твои злодейские планы. Если он хотя бы не втопчет всех вас в пол — это уже будет большое достижение! А теперь — иди и докажи, что ты толковый инструктор! Свободна! — злобно выдохнула Мавра и ушла в свои мысли.
Шикова ещё не понимала, с кем связывается. Вот выпорет её Демидов, и эта мелкая дура прибежит рыдать в Совет, говоря, что в Университет поселили монстра. Но — пускай! Авось, всем это будет на пользу.
Но с таинственным воздыхателем Долгоруковой всё же придётся разобраться. Дождавшись, когда Катюша выйдет из кабинета, Мавра призвала своего очередного духа-наблюдателя.
+++
Теперь всё встало на свои места. Слуцкая явно должна была передать мне записку, но из-за своей собственной неуклюжести провалила задание и чуть было не навлекла на себя мой гнев. В следующий раз поговорю с ней, чтобы больше так не делала!
Настроение вновь было на подъёме. Осталось только расписать субботу так, чтобы на всё хватило времени. В ближайшие дни надо бы сделать контрольный заезд в столицу. Понять, по каким дорогам можно передвигаться, а какие лучше избегать. А-то в этих пробках полное мратство…
Раздобыв образцы плесени, мы с Люси отправились на четвёртый этаж в аудиторию Никиты Петровича Поповского.
За это время я успел узнать, что Настя часто гостила в Перми у Слуцкой и Игнатьевой. С рапиристкой она подружилась на первом курсе, а вот с семьёй Люси у Долгоруковых были взаимовыгодные экономические отношения. Замечательный отец нашей маленькой стесняшки защищал несколько предприятий Антона Юрьевича — Главы Дома Долгоруковых.
Как бы сейчас сказал Митрич — мир тесен.
Подойдя к двери с номером 126, я трижды постучался, а затем заглянул внутрь.
Довольно приличная аудитория, человек на двести. Правда, сейчас тут было всего тринадцать учеников, не считая Поповского, который сидел на краешке своего огромного стола и вещал о чём-то.
На вид ему было лет 46, может чуть побольше. Кожа дряблая… серого оттенка. Болезненно худоват, как мне показалось. На носу его сидели очки в роговой оправе. Короткие волосы зачёсаны в сторону виднеющейся лысины.
-…шахматы. То есть «Шах» и «Мат», что в переводе с персидского дословно обозначает «Смерть Короля». Самое ценное — это Король. Типичное отражение средневекового боя, в котором этот самый Король предстаёт перед нами абсолютно беспомощным… — рассказывал Поповский. Однако заметив, что дверь открылась, преподаватель прервал свою лекцию и медленно повернулся к нам: — Игнатьева! Я уж думал, что тебя только за смертью посылать! Потрудись объяснить, почему ты ходила так долго?
— Я не спросила у вас, где точно находится плесень и плутала вокруг стен, рассчитывая найти её там… — виновато ответила Люси.
— О! — дядька соскочил со стола, и начав аплодировать, забрал пробирки: — Невероятно… Это был мой первый урок для всех! Но как же до тебя дошло?
— Мне друг подсказал…
— О! — Поповский переключил внимание на меня: — Новый Демидов! Мне сказали, что ты у нас великолепный рапирист, который размазывает девочек-старшекурсниц по плинтусу? Очень интересно, правда! Но на будущее — если я дал задание лишь одному ученику, то постарайтесь проявлять меньше инициативы. Знаете же, что инициатива делает с инициатором?
— Меня попросил Валерий. — ответил я.
— О! Змей смеет отвлекать моих учеников от собрания группы, которое началось… — Поповский вытащил из кармана часы на золотой цепочке: — Тринадцать минут назад. Что же, передам ему отдельную благодарность! А теперь… если вы будете так любезны… пожалуйста — займите свободные места: — Никита Петрович указал на огромное количество пустых стульев.
— Нынче целители не в моде? — поинтересовался я.
— Нынче ответственность не в моде. — недовольно отозвался преподаватель: — Обо всём этом я вам сегодня ещё расскажу. Садитесь уже! Не люблю, когда над душой стоят. Особенно такие здоровяки, как вы. Сразу чувствую себя дряхлым и беспомощным преподом из Университета… Постойте! Так я же он и есть! — Поповский звонко рассмеялся. Все тут же начали улыбаться, но не от шутки преподавателя, а от его заразительного смеха. Молодец! Редкая способность.
Мы с Люси поднялись на четвертый ряд, и я с великим удивлением обнаружил там… Суворова.
— Какая встреча! — улыбнувшись, шепотом произнёс Савелий Фёдорович.
— Хотелось бы сказать тоже самое. — я пожал ему руку.
— Хочешь убить врага — знай слабые места, да?
— Именно!
— Суворов! Демидов! Экономические союзы, кабаре и женщин будете обсуждать в свободное от учёбы время! — гаркнул Поповский: — А мы продолжаем… Так вот, Король — совершенно беспомощен без своих ладей. То есть — бронированных башен. Без коней, то бишь — без рыцарей. Без того, что в современных реалиях называется слон, а раньше назывался — офицер. То есть, без всадников, которые прорубаются через толпу! И наконец — без пехоты, стоящей в авангарде… Увы, без всего этого — наш Король в бою ничего сделать
