растолкав всех своих слушателей, подошла к нам: — Знаменитую преступницу — Соньку Стеклоглазку, казнили без свидетелей и похоронили в закрытом гробу!
— И что с того? — спросил я.
— О, мой милый принц… Вся суть в том, что так поступают крайне… КРАЙНЕ редко! Как правило, так казнят только самых отъявленных убийц, на которых смотреть противно… Но Сонька — совсем другой разговор! — протянула Рита, вертясь вокруг меня, словно кошка: — А это значит, что СМИ нас опять обманули! Сонька Стеклоглазка жива…
— Сбежала? — ужаснулся Толик.
— Кто знает? Может — сбежала и теперь ищет своего обидчика… А, может… завербовали для страшных-страшных миссий! — журналистка схватилась за щёки: — Но… Как бы там ни было — нас накормили лажей! Я так этого не оставлю… «Питерский Вестник» всегда говорил людям правду. А это… Это желтуха чистой воды! Чтобы собрать побольше народу и поднять ненужный шум.
— Да, ну? — Толик с недоверием посмотрел на Штеину: — Так и скажи, что хочешь прорекламировать свою газету! Тьфу… Пойдём, Володя. Тут явно какая-то дичь…
— Попомните мои слова, когда Сонька придёт за вами… — зловеще протянула Рита: — Но вы! Вы все! Можете не бояться. Маргарита Штеина уже начала своё собственное и независимое расследование!
— Демидов прав. — лениво зевнул парень из толпы: — Какая-то дичь…
— Да! Нас надурили! Расходимся. — вторила ему девчонка.
— Вот-вот!
— Да!
— Неправда это!
— Поджарили Соньку до хрустящей корочки…
— Или голова опять отвалилась. Всякое бывает!
— Да! Всякое бывает!
В общем, шумная толпа начала расходиться, постепенно оставив горе-журналистку в одиночестве. Она лишь недовольно фыркнула и потопала в неизвестном направлении, бурча себе под нос что-то про возмездие.
— Думаешь, она могла сбежать? — поинтересовался я у Толика.
— Прикалываешься? Конечно, нет. — усмехнулся он: — Да если бы сбежала — такой вой подняли бы… Да и не сбегают у нас преступники. Последний зарегистрированный побег был в пятьдесят восьмом году. Да и то поймали через неделю. Два мужика сбежали с зоны. Один — бывший криминальный авторитет! Глава настоящей банды. А второго он взял с собой, чтобы… — очкарик провёл большим пальцем по шее.
— А зачем? — удивился я: — Зачем убивать напарника? Это, типа, ритуал такой?
— Чтобы съесть! В зимнем лесу, да без ружья или хотя бы удочки сытым точно не будешь. — зловеще ответил Толик.
— Да уж. И откуда ты всё это знаешь?
— Развиваю эрудицию. — улыбнулся пацан.
— Даже не представляю… Куда тебе с такой эрудицией…
В общем, как я и предполагал — в общаге постепенно становилось громче. Сейчас был слышен мощный гул, исходящий со стороны главной лестницы.
Всё… это начало истинного общажного ада. И его уже не остановить!
Зайдя в комнату, я положил учебник на стол, а затем погладил Устинью, которая сладко посапывала в уголке.
— Эй! Ты пойдёшь со мной гулять?
— А чего это вдруг? — она сонно зевнула, и кое-как открыла глаза: — Живодёров уже нашли? Обезвредили, мур-мя?
— Там повсюду висят объявления о том, что трогать чужих духов запрещено. Да и я буду рядом. Могу вообще тебя с рук не спускать.
— Тогда вся соль прогулки потеряется, мур-мя! — недовольно ответила кошка, и поднявшись, выгнула спинку: — Пойдём. А-то что-то я засиделась за два дня, мур-мя.
— Так… — я снял с плеча спящую сову и аккуратно поставил на стол: — Думаю, Злове нужен отдых. Она работала всю ночь и невыс… — меня отвлёк внезапный стук в дверь: — Кого там принесло?
— У-ру-ру! Новые друзья?
— Только если Савелий… Но не дай бог Аникей! Точно в лицо втащу.
Заблаговременно нахмурившись, вышел в тамбур, совершенно проигнорировав воцарившуюся в общажном коридоре тишину. Открыв дверь, я немного удивился…
— Приветствую вас! — на пороге стояла… горничная?
Девушка, лет 18 на вид. Высокая. Думаю — сантиметров 175. Глаза зелёные, почти такие же, как у Демидовых. Блондинка с длинными прямыми волосами.
Честно, уже давно не встречал человека, кому бы так идеально шёл костюм горничной.
И что самое забавное, все ребята с удивлением смотрели в нашу сторону, раскрыв рты.
— Добрый день. Чем могу быть полезен? — поинтересовался я, ненароком разглядывая её старый саквояж, с кучей потрепанных наклеек на разных языках.
— Вы же… Господин Демидов, верно? Владимир Демидов? — осторожно спросила она.
— Всё верно.
— Нашла! — обрадовалась горничная, и отставив саквояж в сторону, взяла меня за руку.
— Кого?
— Вас, конечно же! — на макушке таинственной красотки тут же появилась пара милых лисьих ушек, а из-под пышного подола выглянул кончик пушистого хвоста: — Я — Рудольфина! Или — Рудольф. Можно просто — Руд. Меня позвала Устинья. Сказала, что вам ОЧЕНЬ нужна богиня ветра!
— А, да… Проходи! — я жестом позвал лису за собой.
— У-ру-ру! Кто к нам пришёл! — обрадовалась Устинья и тут же приняла человеческий облик, а затем накинулась на Рудольфину: — Думала, что ты уже никогда не придёшь… Ждала круглые сутки! Даже глаз не сомкнула… Мур-мя!
— Старые боевые друзья никогда не подводят. — солдатским тоном ответила лиса: — Господин Демидов… Знаете, меня не интересуют предрассудки. Устинье я полностью доверяю. Так что, если вы готовы, то можем заключиться уже сегодня!
Какое, однако, замечательное продолжение дня…
Глава 5
«Энергетическое голодание — пониженное содержание энергии в условной оболочке духа. Больше всего данному недугу подвержены духи второго и третьего рангов. При критическом уровне энергетического голодания дух может впасть в многолетнюю гибернацию. Наблюдения за духом Силко показали, что энергетическая сущность способна чувствовать своего потенциального хозяина и пробуждаться, чтобы заключить временный договор для восстановления сил. Энергетическое голодание крайне опасно для духов и может привести к дестабилизации условной оболочки.»
(Ист: Глава 2. Параграф 8. Учебник «Духоведенье» для первого курса Императорского Университета. Автор: Брунге В.С. 1966 год)
Встретив новую богиню, внутри пробудилось странное чувство любопытства. На первый взгляд — лиса была очень открытой, непосредственной и милой. Легко общалась, всегда улыбалась и даже не добавляла звериные звуки, отчего её можно было очень легко спутать с человеком. Это ни в коем случае не камень в огород Устиньи или Зловы. Я свёл это всё… к их собственному вымышленному диалекту. Помнится,
