Читаем без скачивания Классик (Городское фэнтези) - Глеб Исаев

"Cтранно, никаких эмоций". — Размышлял он неторопливо пробираясь по лабиринтам улочек. Отъехав несколько километров, остановился. В бумажнике двадцать тысяч рублей, права, документы на машину. На заднем сиденье заметил роскошный кожаный полушубок, норковую шапку. И вновь никаких душевных терзаний. Леха прикинул, — «бугай» очнется минут через пять, десять. Пока то, се. Полчаса у меня есть". Он тронул машину и уже целенаравлено погнал на окраину. Покрутился среди тупиков и долгостроев, и выехал к притулившимся в полосе отчуждения гаражным боксам, длинными рядами, уходящими вдоль рельс. На одном из гаражей заметил покосившуюся вывеску. На листке картона, от руки, корявая надпись. "Римнот машин". Кривая стрелка указателя. Метров через пятьсот. по наезженному следу вычислил нужный бокс. Оставив машину, приблизился и коротко стукнул в железо ворот. Через несколько секунд калитка приоткрылась, и в проем глянул заросший щетиной восточный человек. Он мимоходом посмотрел вдаль и перевел взгляд на гостя. — Чего надо? — Немногословно поинтересовался сын гор у странного посетителя, одетого в дорогой полушубок и стоптанные кроссовки.

"Рыбак рыбака, видит издалека". Поэтому сторговались быстро. Понявший все без лишних слов, скупщик отзвонил в несколько адресов, поскреб когтями дремучую щетину на подбородке и открыл тяжелые ворота. — Заезжай. — Бросил он клиенту. Леха загнал железного коня в стойло и выбрался в узкую щель.

— Две штуки. — Безапеляционо заключил покупатель. Все. Было видно, что больше не даст.

— Шестьдесят тысяч, рублями, — коротко ответил Алексей. Кавказец внимательно глянул на машину, стоившую, по меньшей мере, двадцать тысяч не рублей. Заглянул в упакованный салон и махнул рукой. — Согласен.

Документы вытянули еще на десять тысяч.

— Итого, семьдесят. — Подвел черту Леха. — Сейчас и без шуток. Вскинув глаза на продавца, кавказец поежился. — Какие шутки? Ты что? Я враг себя.

Пересчитав деньги, и заметив в углу почти новые ботинки, Алексей вернул тысячу и переобулся.

— Вэй? — Попытался сторговаться мелочный торговец. Однако видя, бессмысленность, согласился.

— Теперь звони. — Распорядился Леха.

— Кому? — заюлил глазами барыга.

— Джигитам своим звони. А то всех положу. — Значительно сжал Алексей в кармане пудовый кулак.

Блеф сработал. Пробурчав что-то в трубку, кавказец, успокоил. — Иди дорогой. Все в порядке.

Однако, Алексей, едва выйдя из гаража, примерился и в миг забрался на стоящую неподалеку старую бочку из под масла, а с нее на соседний гараж. Спрыгнув на другой стороне, прошел еще пол ряда и снова проделал трюк. Запутав следы, направился к железной дороге. Может и перестраховался, однако, " береженого, Бог бережет". Выбрался по шпалам к ближайшему переезду и двинул к остановке.

Звонить или не звонить? Алексей с большим сомнением относился к так называемым воровским понятиям. Прижмет, и все по боку, однако ехать через пол России с чужой справкой и совершенно непотребной физиономией. К тому-же если менты не совсем идиоты. А они хоть и менты, но не совсем, то сложат два и два и по приметам и осеннему прикиду на раз вычислят свежеотпущенного на волю Ивана Петровича, который с особой дерзостью и так далее, в трех кварталах от родной камеры… В общем, линейщики разошлют ориентировки и примут злодея на первом-же полустанке. По всему выходило звонить придется. А то, что душа не лежит. Так мы много чего через не хочу делаем. Леха, который проехал в стылом троллейбусе пяток остановок и теперь брел по довольно цивилизованно выглядевшей улице мимо лавок, игриво именуемых себя бутиками. Он глянул в витрину и покачал головой. Все нормально, но вот штаны и рожа, не в цвет. Не выдержал, зашел в ближайший и подобрал приличный костюм и теплый джемпер под горло.

С одеждой разобрались, а вот как быть с лицом? Он глянул в зеркало, стоящее в примерочной. — Разве, что борода, но, сколько времени ее отпускать?

А кто сказал, что свою? Он расплатился, и вернулся на ветродуй.

Вопрос с телефоном решил еще проще. В ближайшем ларьке торгующем паленой водкой и памперсами, купил недорогой телефон.

— Карточка, конечно, чужая, и скоро заблокируют. — Признался хозяин, но пока звонит. Алексей набрал номер и впервые неловко произнес прозвище, данное ему в камере.

— Лютый, мое погоняло. — Коротко бросил он в трубку. Знакомый этот номерок дал, сказал, если что…

В трубке помолчали, затем глухой, словно надорванный долгим криком, голос ответил. — Подгребай. Адрес, Толстого 12. Там встретят.

Ехать пришлось далеко. Однако, частник, везший молчаливого мужика, взял недорого. Выйдя в начале квартала, и прогулявшись до названного дома, Леха приметил сидящего на скамейке паренька. Тот явно кого-то ждал. У его ног лежало уже три окурка. Леха подошел и остановился возле шкета, вопросительно глядя на связного. Тот поднял глаза, всмотрелся, задержал взгляд на шраме. Кивнул головой, явно признав, легко поднялся и не оглядываясь пошел в крайний подъезд. Алексей двинулся следом. Однако, чуть подотстал и прислушался к входной двери. Дверь не скрипнула. В три прыжка догнал проводника и вошел в квартиру на третьем этаже. Приличная мебель прихожей, паркет, неяркий рассеянный свет. В глубоком кожаном кресле сидел громадный, сухой старик, вернее возрастной мужик. Стариком назвать этого человека язык не поворачивался. Голый, бритый налысо, шишковатый затылок. Огромная квадратная челюсть. Брежневские брови делали его похожим на джинна из старого фильма про Алладина и его лампу. Разница только в том, что там джин был добрый, а этот добрым если и был, то в далеком далеком детстве, когда пацаном смотрел этот веселый фильм.

"Череп". — Встал хозяин, и подал гостю крепкую мослатую руку, синюю от наколок. Алексей сжал ладонь и понял, что силенка у старого вора еще в наличии. Тот удовлетворенно хыкнул, признавая в рукопожатии ровню.

— Лютым ""Волонд"" прозвал — представился Леха. — А звать, Алексеем.

Ну, что, погоняло конкретное. — Согласился хозяин. — Присаживайся Алеша. Чайку попьем, покалякаем.

Он явно играл простака, однако глаза из под косматых бровей посматривали жестко и внимательно. Разлив крепкий чай и подвинув сахарницу, «Череп» вкусно дунул на кипяток и с присвистом отпил. — Рассказывай, что за дело у тебя? — Перешел к конкретике он, когда закончили чаевничать.

Леха — отодвинул чашку и произнес, взвешивая каждое слово. — ""Волонд"", когда я выходил, дал номер и сказал, что, могу позвонить. Что конкретно — не пояснил. Поэтому, если просьба не ко двору придется, не сердись хозяин.

— Ладно, хорош воду толочь. Считай, обставился. — Поторопил собеседник.

Лицо у меня больно приметное, и бумага слабенькая. — Нужна борода и документ. Крепкий. Денег всего полсотни тысяч. Рублей, конечно. — Закончил Алексей.

"Череп" в раздумье пожевал губу. — Наконец веско изрек. — Борода, дурь. На фраера. Пластика нужна. А «ксива» нормальная сейчас полторы сотни тянет, и то, для своих. За операцию «лепила» четыре сотни берет. Так что извини… — Он не закончил.

Однако, интуиция подсказала, это все туфта. Нет, цены вор назвал реальные, и то, что платить за него никто не станет, тоже было понятно. Однако не тот человек «Волонд», чтобы впустую бросаться словами. Ясно было, что такой матерый, как он, на три хода вперед смотрит. И не будь у него вида на Алексея, фиг бы он про телефон обмолвился.

Тем временем «Череп», выдержав пристойную паузу, продолжил. — Есть работенка, за которую тебе и пластику сделаем и бумагу выправим. Да не сторожись. — Поспешил он добавить, видя что Алексей порывается сказать. — Не с «волыной» на ларек тебя «блатую». Дело чистое и красивое. — Снова мотивированная пауза. — Ну, будешь слушать?

Алексей понимая, что выслушать все равно придется, кивнул головой.

— Мне «Волонд» шепнул, память у тебя козырная. — Зашел издали рассказчик. — И языков знаешь кучу. Причем, без балды. Так?

— Ну так. Согласился Леха не видя смысла скрывать очевидное.

— Если спец тебя «шпилевому» делу натаскает, сыграть возьмешься? Игра суровая. На кону деньги немереные. А игроки наперечет. Мухлеж в такой игре не канает. Мне «суперкатала» нужен. Понимаешь?

Леха задумался. — "Ох, голова Волонд". Напрягся, вспоминая, говорил или нет про свою неординарную память до карцера. Вроде нет. Хотя тот и сам мог просечь. И кто знает? Не подстава ли тот мужичок с пикой был? И карцер? Шрамы и болезнь, это уже непредвиденные сложности. А так — все ровно. И мотивация налицо — благодарность. И то, что без денег и паспорта, Лехе кроме как к «Черепу» идти некуда — тоже просчитал. Ох, умен. Вот только, не учел он, что в карцере такое случиться.

"Что-ж, сыграем". — Усмехнулся про себя «Лютый». — А кто банк снимет, там видно будет". И глядя в неподвижные глаза авторитета, произнес. — Согласен.