– А несколько десятков человек, которые владеют Альвхеймом, на этом наживаются, – добавил другой старожил, широкоплечий и темнокожий, но с европейскими чертами лица, и все взгляды, тотчас повернулись к нему. – Потомки тех, кто прибыл сюда семьдесят лет назад, отпрыски скандинавских колонистов. Они-то сражались с джунглями сами, зато их внуки богаты, точно Крез. Почти все на планете принадлежит одному из пятнадцати главных семейств, а если учесть, что они меж собой в родстве, то одному Семейству!
– Ничего себе порядки, – жалобным голосом сказал Фердинанд. – Что же нам делать?
– Готовиться к смерти, – мрачно прорычал хриплый.
– Не слушайте его, – махнул рукой широкоплечий. – Он потерял место у хозяйской миски и поэтому зол на весь мир. Постарайтесь не бояться и достойно принять свою судьбу, иначе страх и отчаяние убьют вас быстрее, чем жара и надсмотрщики!
Громкий, пронзительный звонок прокатился по бараку.
– Это на ужин, – пояснил широкоплечий. – Идите за мной, я покажу, где вас накормят.
237-й день 73 года летоисчисления колонии
Альвхейм, усадьба «Святой Олаф»
Благодаря тому что ночь на Альвхейме куда длиннее земной, Васкес пробудился задолго до подъема. Лежал в темноте, слушая, как ворочаются такие же, как и он, бедолаги, не приспособившиеся к новому ритму, и как храпят старожилы, досыпая последние мгновения отдыха.
Пронзительный рев сирены легко перекрыл все эти звуки.
– Вставайте, разорви вас никси! – Злобный, рычащий голос, раздавшийся от входа, удачно дополнил сирену. Услышав его, очнулся бы даже тот, кто пролежал в летаргическом сне долгие десятилетия. – Опоздавший отведает моего кулака!
Васкес поспешно вскочил, натянул комбинезон, ткань которого оказалась твердой, как брезент, и царапала кожу. Нацепил на ноги ботинки, тяжелые, словно булыжники.
Идти, а тем более бежать в них с непривычки было неудобно. Но приходилось торопиться, и новички часто спотыкались.
– Быстрее, твари! – Голос напомнил Васкесу (а вернее, спрятанному внутри него Виктору) лейтенанта Коломбо… Это подбадривал переселенцев стоящий у дверей барака низкорослый, но ужасающе широкоплечий тип. – У вас осталось тридцать секунд, чтобы покинуть помещение! Потом я пущу в дело кнут!
Пробегая мимо охранника, Васкес разглядел грубые черты лица, вывернутые ноздри и щетину на щеках, жесткую, как у кабана. Темные глаза сверкали непонятной яростью, выбритый череп блестел, подобно мокрому камню.
Солнце Альвхейма едва поднялось над горизонтом, но лучи его уже жгли. От работников, строящихся перед бараками, падали длинные темные тени.
– Вставайте в один ряд с нами, – подсказал тот из старожилов, который вчера советовал не поддаваться страху. Звали его Игорь. – Сейчас будет перекличка.
Широкоплечий надсмотрщик вышел перед строем. С руки его свешивался кнут, а в другой он держал лист писчего пластика. На поясе болтались кобура и дубинка, вроде той, которой были вооружены охранники космопорта.
– Сегодня у нас пополнение, – прорычал надсмотрщик, – все новички – шаг вперед!
Васкес без особой поспешности сдвинулся с места, краем глаза заметив, как отделились от строя другие.
– Мое имя – Ариф, – сказал надсмотрщик, – и я отвечаю за порядок в вашем бараке. Если вы посмотрите на своих новых приятелей, то увидите на лицах многих синяки и ссадины. Это следы моего недовольства. Молите всех богов, чтобы его объектом в следующий раз не стали вы. Чтобы избежать этого, нужно всего лишь не нарушать правила и добросовестно трудиться. Вы меня поняли?
– Да, – робко промямлил кто-то, но большинство новых работников промолчали.
– Не слышу! – Круглое лицо исказила яростная гримаса. – И ответ должен быть: «Да, господин!»
– Да, господин!.. – прозвучало намного громче.
– Вот и отлично, встали в строй. – Ариф принялся ожесточенно разглядывать листок, который до сих пор мял в ладони. – Ардельо, Самуэль.
– Здесь. – Сутулый мужчина на мгновение выступил из рядов, потом вернулся на место.
– Отлично. Афроун, Джеймс…
Замерев в строю, Васкес мог видеть, как та же самая перекличка проводится и среди обитателей других бараков. К каждому из них был приставлен особый надсмотрщик, и все они выглядели не менее впечатляюще, чем Ариф.
– Лучше его не раздражать, – сказал Игорь, когда перекличка закончилась, – в гневе он страшен. Недавно ударом кулака убил одного из работников…
– А что хозяин? – с тревогой спросил Фердинанд.
– А ничего, —пожал широкими плечами Игорь. – Ему плевать на такие мелочи. Тут чуть не каждый день несколько трупов. Ладно, пойдем завтракать…
На завтрак работникам отвели всего полчаса, и время не успело достигнуть семи, когда колонны людей, казавшихся одинаковыми в серо-зеленой одежде и соломенных шляпах, побрели от бараков в разные стороны.
– Сегодня будем работать на пустоши, – сказал бывший гражданин, носящий прозвище Отставник, когда увидел, куда их ведут, – перекапывать землю. Все лучше, чем сражаться с сорняками!
К упомянутым пустошам пришлось тащиться почти целый час. Светило высоко поднялось над горизонтом и ощутимо припекало спины.
– Мы от жары в этом рванье подохнем, – мрачно изрек Хуан, – нельзя было что-нибудь полегче придумать?
– Этот костюм – единственное, что дает тебе шанс выжить, – ответил Игорь. – Ты в этом еще убедишься. И очень скоро.
Пустоши – ровный прямоугольник голой земли, резко выделялись рядом с соседними участками, на которых что-то бурно росло и зеленело.
– Разбирайте лопаты и тачки, – распорядился Ариф, когда один из двух младших надсмотрщиков отпер скособоченный сарайчик, едва заметный на краю поля, – грузовик с удобрениями сейчас подъедет.
– Почему бы не напасть на них? – спросил Васкес, получив увесистый инструмент с острым блестящим лезвием. – Их всего трое, а нас – несколько десятков!
– Если ты ищешь быстрой смерти – вперед, – спокойно ответил Игорь, – только бесполезно. Тебя никто не поддержит, все, кто провел тут больше месяца, сломаны морально. Но даже если найдешь сторонников, это ничего не даст. Надсмотрщиков ты выведешь из строя, а дальше что? Вся территория контролируется с болтающегося где-то там, – он ткнул вверх пальцем, – дирижабля, и не успеешь ты добраться до центра усадьбы, как тебя встретит личная гвардия Хольмстада, вооруженная огнеметами. Можно попробовать прорваться через периметр. Но ты ничего не выиграешь. Погибнешь в лесу, а если выйдешь к населенным местам, то тебя без денег и документов быстро поймают и привезут сюда снова. Ты вернешься на это поле, но только в цепях.
Васкес в ответ на эту отповедь лишь мрачно засопел.
С ревом и лязгом, изрыгая клубы вонючего дыма, подкатил трактор. Прицеп-самосвал, который он волок за собой, со скрежетом вывалил на край пустоши кучу неприятно пахнущего бурого вещества.
– За работу! – закричал Ариф. – До вечера вы должны перекопать и удобрить этот участок!
Работа оказалась простой, но тяжелой. Первый ряд работников перепахивал лопатами землю, выбирая из нее все, могущее помешать посадкам. Мусор загружался в тачки и отвозился к краю участка, где сваливался в кучу. Следующий ряд вновь вскапывал очищенную территорию, внося в почву навоз.
Из-под лопат и шагающих ног поднимались облачка пыли, быстро слившиеся в одно. Оно повисло над полем, но никоим образом не умерило солнечный жар. Зато пыль теперь оседала на зубах и коже и забивалась в глаза и ноздри,
Из темной, рассыпчатой земли торчали какие-то шипы, похожие на увеличенные в десятки раз колючки боярышника. Любопытный Чарльз стащил перчатку и вознамерился потрогать один из них.
– Стой, идиот! – закричал кто-то из опытных работников, но оказалось уже поздно.
Чарльз ойкнул и совершенно детским жестом сунул палец, из которого текла кровь, в рот. Шип на глазах разбух, из него буквально выстрелил зеленый стебель, ощетинившийся листьями. В считанные мгновения появились и опали розовые, сладко пахнущие цветы.
– Что это? – изумленно спросил Фердинанд.
– Сорняк, – мрачно ответил Игорь, – ему нужен минимум влаги, чтобы развиться… Теперь вместо одного шипа, придется выкапывать десяток…
Стремительно выросшее растение с невиданной быстротой засыхало. От его ветвей отваливались, втыкаясь в землю, шипы, бывшие на самом деле семенами. Листья пожухли, стебель превратился в ссохшуюся плеть. Мгновение – и кучку сухой пыли развеял ветер.
– Ничего себе! – удивился Виктор. – Как быстро!
– В сезон дождей эта штука растет со страшной скоростью, но и жрут ее не менее быстро, – пояснил Игорь. – Ладно, за работу, а то Ариф на нас внимание обратил…
