Без малого год назад агентство DARPA объявило конкурс по созданию программного обеспечения на основе открытого кода, предназначенного для управления роботом-спасателем. Партнёром его выступил некоммерческий Open Source-фонд Open Source Robotics Foundation (OSRF). Только вот если вы, прочтя «некоммерческий», представили себе нечто энтузиастски-несерьёзное, то сильно ошиблись. Это вполне солидная организация, учреждённая робототехнической фирмой Willow Garage и ориентированная на поддержку и продвижение программных проектов в области робототехники. Записались на конкурс 26 команд со всего мира. Им была предоставлена возможность скачать эмуляторы аппаратного обеспечения робота, равно как и модели окружения, в котором роботам-спасателям предстоит решать свои задачи, и погонять на них свой код. В середине лета были подведены итоги конкурса. Из участников выбрали семь команд, разработки которых DARPA и OSRF сочли наиболее перспективными.
Разработчики робототехнического софта соревнуются по-спортивному.
А для команд, вышедших во второй тур, наступает самое интересное. Им предоставляется возможность тестировать своё программное обеспечение на реальном роботе, действующем в физическом мире. Робота этого вы, уважаемые читатели, наверняка уже видели. Зовётся он Atlas, по имени того брата Прометея, которого в наказание за участие в контрреволюционном восстании против прогрессивных олимпийцев определили держать земной свод. 188 сантиметров роста. 150 килограммов веса. Механизм имеет двадцать восемь степеней свободы, действия в которых осуществляются двадцатью восемью гидравлическими приводами, работающими от общего гидронасоса. А гидравлика — технология довольно архаичная. Еще античная техника владела искусством ΰδραυλις — построения водяных органов… Гидравлическими были привода орудий броненосцев и рулевые машинки древних ракет. Теперь гидропривод возвращается в робототехнику: у него всё ещё хватает достоинств — вроде приёмистости, нагрузочной характеристики. Но есть и недостатки, такие как КПД. Сопротивление жидкости, знаете ли… Поэтому заокеанский Atlas абсолютно неавтономен. Питание он получает по силовому кабелю, таскающемуся за ним подобно обезьяньему хвосту (ранние этапы эволюции, что придираться). И ещё в конструкцию робота специалисты создавшей его новоанглийской робототехнической компании Boston Dynamics ввели радиатор, менее заметный, чем подсветка из голубых светодиодов, но более необходимый для рассеяния тепла, отобранного у гидрожидкости. Вспоминая, что отечественная оборонка ещё в индустриальную эпоху переводила довольно много приводов с гидравлики на электрику, очень похоже, что Atlas создавался именно как системный прототип, для которого приемлема архаичная и энергоёмкая гидравлика.
Atlas в разных позах.
И вот на этом-то роботе претендентам на двухмиллионный приз предстоит отрабатывать свои алгоритмы и коды, с помощью которых Atlas должен научиться решать типовые задачи СНАВР. Разобрать завал. Проломить стену. Подсоединить брандспойт к гидранту (в мышлении янки пожарный кран носит культовый характер: хуже, чем припарковаться рядом с ним, — только обогнать школьный автобус). Смонтировать пожарную магистраль, соединив несколько труб… Базовые функции движения в пространстве Atlas уже освоил. Он умеет удерживать равновесие: для него это, как и для человека, динамический процесс. Была когда-то система статических тренировок Atlas, занесённая из США и позволявшая очень быстро наращивать мускулы ещё до введения в быт стероидов. Состояла она в том, что надо стоять под нагрузкой: мышцы-то в это время интенсивно трудятся, хотя работа в физическом смысле и не совершается. (Все нормальные тренеры с таким атлетизмом боролись насмерть, заставляя воспитанников заниматься менее эффектной, но более эффективной ОФП, последствия чего ощущаются десятилетия спустя — но это другой разговор…) Вот и гидроприводы Atlas трудятся для поддержания равновесия, рассеивая тепло… Ещё он умеет схватиться в движении за стенку, помогая удержать равновесие.
Ну а всему остальному Atlas предстоит научить. И доучивать постоянно… И вот этому-то доучиванию и поможет концепция открытого кода. И — доступные эмуляторы к нему. Каждый сможет войти в этот бизнес, дописывая новые и новые функции для робота. Копать канавы. Сращивать кабели. Работать с перфоратором. И — продавать их по всему миру, получая за это роялти.
Atlas с рукавом у культового в американском сознании гидранта.
Ведь задачи, которые в ближайшем времени научится решать Atlas (мы говорим «научится», а не «если научится»!), вполне на уровне сложности того труда, которым на улицах заняты вездесущие гастарбайтеры в ярких жилетах. Вполне можно представить себе команду потомков Атласа (имён много — все Гиады и Плеяды), приезжающих на место работы в кузове робопикапчика, запускающих генератор, от которого питаются и их электроперфораторы, и они сами, и приступающих к вечному — почти как у Данаид — труду по смене тротуарной плитки и бордюрных камней… Всё это наверняка освоит Atlas в ближайшее время: премию-то в два мегабакса разработчикам софта получить явно хочется, а вручать-то её будут уже в декабре этого года, в тёплом Майами…
О стоимости экспериментального Atlas говорить нет никакого смысла: она чрезвычайно высока, как у первых студийных видеомагнитофонов, занимавших половину комнаты. Но грубо-грубо её можно прикинуть для серийных образцов, соотнеся массу робота с массой автомобиля. Железка и там и там. Примерно одного уровня технологии. И поршни с уплотнениями там и там. И двигатель с радиатором. И электроники в наследниках самобеглых колясок Даймлера хватает. И заезжать в
К оглавлению
На смерть PC, эпизод цатый, или Спасут ли Intel субатомные технологии?
Евгений Золотов
Опубликовано 18 сентября 2013
Каждый раз, когда разговор в этой колонке заходит о «здоровье» PC-индустрии, я поражаюсь комментариям читателей. Можно рассуждать о преждевременности диагноза «смерть PC», можно успокаивать себя всё ещё стоящей на рабочем столе персоналкой (см. дискуссию под «Chrome против всех»), можно даже утверждать, что планшетки и им подобные никогда не сравняются с десктопом функционально — но нельзя, невозможно не признавать, что персоналка больна, причём больна настолько, что если когда-то и «покинет палату», то изменившейся до неузнаваемости.
Впрочем, средний пользователь здесь ничем не рискует. Но уже среднему разработчику выгодней задуматься, куда мы движемся и, возможно, поймать тренд, а для вендоров с мировыми именами и это непозволительная роскошь: пока остальные думают, они уже который год терпят убытки — и нужно действовать сейчас, сегодня, чтобы завтра не разделить участь неповоротливых Nokia и Research In Motion.
Intel, выручка и прибыли которой падают два года подряд, а маржа — уже три, и перспективы на год будущий туманны, находится в самом центре этой нежданной эпидемии. Её доли на мобильном рынке ничтожны: по самым оптимистичным прогнозам, через год она завладеет лишь одной десятой планшетного сегмента, а про достижения микропроцессорного гиганта на смартфонном поприще даже самые смелые аналитики предпочитают стыдливо молчать (в лучшем случае единицы процентов, в том числе и потому, что пришла она сюда лишь в прошлом году). Аргумент «Смартфоны, планшетки и прочая мелкая дребедень не имеют ничего общего с персоналкой», увы, для неё не работает. Потому, во-первых, что «Айпады» уже бесспорно выедают долю собственных персоналок Apple (на интеловских, кстати, процессорах), а «Андроиды» так же успешно кушают долю винтеловских машин. И во-вторых, у Intel своя философия компьютинга, свой взгляд на эволюцию вычислительных машин, из которого точно так же следует, что цифровая мелочь неизбежно будет править компьютерным миром.
Intel по праву должна считаться пионером мобильной и носимой цифровой техники, ведь ещё в 60-х Гордон Мур предрекал всё это в той самой статье, где сформулировал и зависимость, названную впоследствии его именем. Но одно дело писать, другое — построить на этом бизнес…
Intel имеет право на собственную философию. Модными нынче «умными» часами она занималась даже не тогда, когда нынешние Pebble и Galaxy Gear были на бумаге, а когда их разработчики ещё не появились на свет: в 70-х она производила электронные ходики Microma. Равно и процессорами для наладонников занялась одной из первых: старшее поколение должно помнить её ARM-производный XScale, занимавший в начале «нулевых» лидирующие позиции в сегменте мобильных устройств. В обоих случаях она избавилась от бизнесов, поскольку они не приносили ей достаточной (по её меркам) прибыли: и электронные часы, и хендхелдовые микропроцессоры были слишком дешёвыми, маржа для них (попросту говоря, превышение отпускной цены над себестоимостью) — слишком маленькой по сравнению с процессорами для PC. Запомните эту деталь, она понадобится чуть позже.
