Рид усмехнулся, а затем рассказал ему о своей встрече с Гордоном Дрейпером, об обвинении в деле Стивена Садовски, которое впоследствии было снято, и о том, что бывший директор больницы «Лейксайд» предположил относительно дополнительной карты-ключа.
— Скорее всего, у него было две, зарегистрированные на разные имена. Одну он использовал, чтобы покинуть здание, и она может быть сейчас в его машине, где бы та ни находилась. А убийца воспользовался другой, возможно, из бумажника Садовски.
— У меня нет теории лучше этой.
Рэнсом вздохнул.
— Вот уж удружил, «Лейксайд». Хотя, должен сказать, я не удивлен такой расхлябанностью. Сколько раз я привозил туда заключенных, когда был патрульным? Помню, как охранники сидели, задрав ноги, играли в карты, даже спали на рабочем месте. Безопасность там вызывает сомнения. Логично предположить, что и административные методы тоже.
Рид тоже не был удивлен, даже учитывая высокую степень риска из-за заключенных, содержащихся там. Он знал, насколько устаревшими могут быть больничные системы, знал, с каким бюджетом работает большинство таких учреждений. И, конечно, людям свойственно ошибаться, это он тоже знал.
— Правительство ни черта не может сделать правильно, — продолжал Рэнсом.
— Правительство наняло тебя.
— Мужик, даже сломанные часы дважды в день показывают точное время.
Рид усмехнулся.
— Верно. Так что насчет квартиры Стивена Садовски? Узнал что-нибудь от соседей?
— Немного. Нет никаких доказательств того, что этот человек был связан с наркотиками. Старушка, живущая по соседству, клянется, что в понедельник вечером он не вернулся домой. Говорит, что заметила это, потому что его кошка мяукала на улице, просясь в дом, а он так и не открыл дверь. По ее словам, кошка не давала ей спать до полуночи.
— Так, значит, его либо похитили где-то между выходом из больницы и возвращением домой. Либо он направился куда-то сразу после работы, где либо случайно столкнулся с подозреваемым, либо подозреваемый последовал за ним. — Рид сделал паузу. — Хотя думаю, что это не было случайным нападением. Иначе какая причина была бы у убийцы возвращать его на место работы?
— Согласен. Я запросил видеозаписи с нескольких камер, расположенных на его вероятном пути домой, и записи с парковки жилого дома. Завтра начну их просматривать, посмотрим, есть ли что-то, с чем можно работать. В его доме был ноутбук, который изучат специалисты по цифровым технологиям. Посмотрим, делал ли он что-нибудь в интернете, что может дать нам зацепку. Записи его телефонных разговоров пока ни о чем не говорят, а последняя геолокация была в «Лейксайде». Значит ли это, что он выключил телефон, или это сделал кто-то другой, или он разрядился, не знаю. Ты едешь домой?
Рид прищурился, когда его внедорожник заходил на поворот, и опустил козырек, чтобы интенсивность заходящего солнца не била ему прямо в глаза.
— Нет, к Джози.
— О, да? — спросил Рэнсом с теплотой в голосе. Как напарник Рида, Рэнсом и его жена Сиси часто ужинали на ферме. На такой работе, как у них, связи складывались быстро, семьи естественным образом сближались и расширялись. Никто не знал, когда им всем понадобится собраться вместе. К тому же они с Рэнсомом с самого начала поладили. Он считал его братом. — Передай ей привет. И Коупу тоже.
— Передам. Увидимся утром.
— Увидимся.
Когда впереди показался фермерский дом, Рид почувствовал, как его окутывает волна спокойствия. Казалось, для этого достаточно было одного взгляда на это место. Живописный белый дом с верандой по периметру, из каждого угла которого раздавался смех. Он был красивым и по-домашнему уютным, и Джози с Заком много лет трудились над тем, чтобы вернуть ему былое великолепие. Но главным образом здесь жила любовь.
Рид улыбнулся, выходя из машины, и услышал голос, доносившийся с бокового двора, и направился туда. Джози.
— Вылезай из корзины, грязное животное! — выругалась она.
Он обошел дом сбоку и увидел, как Джози, стоя спиной к нему, прикрепляет что-то к бельевой веревке, а грязный щенок сидит в полупустой корзине для белья у ее ног и держит в пасти белый кусок материи, мотая головой из стороны в сторону. Закончив вешать, женщина наклонилась, взяла щенка на руки и чмокнула его, потерлась щекой о его мордочку, когда тот радостно лизнул ее в ответ, а затем опустила его на землю.
— Не понимаю, почему я тебя терплю, — сказала она, и Рид услышал в ее голосе обожание.
Маленькая собачка залаяла, увидела свой хвост и побежала за ним по кругу. Джози рассмеялась, и Рид последовал ее примеру. Услышав этот звук, она резко обернулась и поднесла руки ко рту.
— О, боже! — воскликнула она, расплываясь в улыбке. — Рид!
Джози быстро подошла к нему, обняла и сжала. Отступив назад, рассмеялась, убирая волосы с лица. На ее щеке остался грязный след от щенка.
— О, как я рада тебя видеть!
— Прости, что не позвонил...
— О, пожалуйста, тебе не нужно звонить.
Щенок подпрыгнул, размазывая грязь по его брюкам.
— О, нет, Бандит! Вниз! Прости. Зак принес этого негодяя домой, и теперь я вынуждена учить его хорошим манерам.
Рид рассмеялся, присев на корточки, чтобы погладить расшалившегося щенка.
— Все в порядке. Новый член семьи, да? — Он взял маленького пушистика на руки, и тот лизнул его в лицо, радостно извиваясь у него на руках. Рид прищурился и посмотрел на Джози. — Кажется, он довольно неуправляемый. Он в безопасности с детьми?
— Точно нет.
Рид рассмеялся, опустил щенка на землю и встал.
— Хочешь, я возьму это? — спросил он, жестом указывая на корзину с бельем.
— Заберу ее позже. Все равно все нужно будет снова стирать. — Она вздохнула и улыбнулась, взяв его за руку, и они пошли к дому. — Останешься на ужин?
— Если это не доставит тебе хлопот и у тебя достаточно еды.
— Ты шутишь? У меня всегда всего в достатке. Кладовая выглядит так, будто мы готовимся к концу света. Количество еды, которое могут съесть мальчики, просто поражает воображение.
Рид рассмеялся.
— Я помню те дни. Как все?
Джози улыбнулась.
— Все хорошо. Обычно они разъезжаются во все стороны, но сегодня все дома. Даже Аррин работает над учебным проектом. Ты выбрал идеальный вечер, чтобы заглянуть к нам. Сможешь пообщаться со всеми.
— Хорошо. — Рид глубоко вдохнул свежий деревенский воздух, и его сердце наполнилось радостью.
За последние десять лет они с Джози сблизились, и он часто общался с ней по телефону или отправлял смс, но уже давно не появлялся в доме. Ему нужно было приложить больше усилий, чтобы регулярно навещать ее. Это всегда помогало его сердцу.
— Я думала, тебе запрещено было появляться в этом доме после инцидента с «Монополией» два месяца назад.
Рид усмехнулся, увидев свою сводную сестру-студентку, которая стояла, прислонившись бедром к дверному косяку, скрестив руки на груди и приподняв бровь.
— Я уже объяснял это, Аррин. Не моя вина, что ты впадаешь в истерику из-за долгов всякий раз, когда я пытаюсь продемонстрировать, как работает капитализм.
Девушка выпрямилась, положив руки на бедра.
— Истерика? Я просто страстно борюсь с неэтичной банковской практикой. Кто-то должен встать на защиту маленького человека.
Рид вздохнул и похлопал ее по плечу.
— Ты бы добилась большего успеха, если бы постаралась держаться подальше от тюрьмы. — Он наклонился к ее уху и насмешливо прошептал: — Становится неловко, что приходится постоянно вносить за тебя залог.
— О, я убью тебя, ты, бесчестный владелец трущоб!
Она сделала вид, что замахивается на него, и Рид рассмеялся, увернувшись, когда боком вошел в дом, затем обхватил ее за плечи и притянул к себе, чтобы обнять.
— Привет, сестренка.
— И тебе привет.
Рид услышал позади смех их матери и пронзительный лай щенка.
— Мальчики! — позвала Джози, и в коридоре наверху послышался топот ног, как будто по лестнице спускались слоны.
