— Черт, извини. Это был удар ниже пояса. Но я все равно зол. Ты должен был привлечь меня.
Зак шумно выдохнул, потирая указательным пальцем нижнюю губу.
— Что бы это тебе дало?
— Знание, что человек, который имеет отношение к моему рождению, возможно, следит за моей жизнью? — Он пожал плечами. — Может быть, я был бы настороже, по крайней мере.
— Я ни разу не думал, что ты в опасности, Рид. Если бы я...
— Согласись, эти даты, — он постучал пальцем по папке, — в сочетании с твоей интуицией и теми сведениями, которые ты собрал, вероятно, не просто совпадение, верно? Будь честен со мной.
Зак сделал паузу, глядя в сторону и, казалось, раздумывая.
— Согласен, — сказал он, снова посмотрев на Рида. — Я сомневался в этом.
— Я заслуживал знать, — тихо сказал Рид.
— Прости. Может, это привычка — защищать тебя от него. Защищать тебя от любого знания о нем.
Его гнев рассеялся. В каком-то смысле Рид понимал его. Разве всего десять минут назад у него не возникала похожая мысль о том, как защитить Джози и ее возможную реакцию на неприятные подробности о его работе? Зак был прирожденным защитником, а Джози всегда ставила благополучие Рида выше собственного. Он не мог на них злиться. И все же... не хотел, чтобы это повторилось.
— Тебе больше не нужно защищать меня. Я не ребенок. Я взрослый мужчина, хороший детектив. Я чертовски уважаю твой опыт, Зак, но хочу быть с тобой на равных.
Мужчина задумался. Выражение его лица было немного печальным, хотя в темных глазах читалось... уважение.
— Ладно, — наконец сказал он. — Справедливо.
Рид вздохнул.
— Хорошо.
Зак улыбнулся.
— Хорошо.
— Могу я задать тебе один вопрос?
— Конечно.
— Ты сказал, что одному богу известно, кто еще от него пострадал. — Он замолчал, чувствуя, как что-то скручивается у него в животе. Рид не был уверен, что хочет знать ответ на свой вопрос, но все равно продолжил: — Есть ли какие-нибудь доказательства или признаки того, что Чарльз Хартсман совершил больше преступлений после того, как сбежал?
Взгляд Зака на мгновение скользнул по лицу Рида.
— Нет. Никаких.
Рид выдохнул и поднял папку.
— Введи меня в курс дела.
Зак встал, забрал папку и прошел к дивану, где сел. Рид последовал за ним и сел на другой конец.
— Думаю, мои догадки верны. Он был в США в указанные даты, а совпадение этих дат с определенными событиями в твоей жизни — слишком большое совпадение. Хотя о его появлении не сообщалось уже много лет, и уж точно не в Штатах.
Рид посмотрел за спину Зака, размышляя.
— Но почему? — спросил он через минуту. — Зачем ему проверять меня? Зачем появляться на самых важных мероприятиях в моей жизни? Зачем так рисковать? Что это значит для него? — Психопата, не способного заботиться ни о ком, кроме себя.
— У него есть какая-то заинтересованность в твоей жизни, — сказал Зак. — Я... не могу разобраться в патологии. Ни Джози, ни я, ни психиатры. — Его губы слегка изогнулись в улыбке, хотя он выглядел обеспокоенным.
— А что насчет этого? — спросил Рид, протягивая распечатку, которая выглядела так, словно была взята с веб-сайта полицейского управления.
Зак взглянул на нее.
— Это сообщение, оставленное на сайте информаторов под именем Чарльза Хартсмана.
Рид нахмурился.
— Зацепка?
— Нет, это сообщение для Чарльза. Возможно, псих или сумасшедший фанат, ты же знаешь, как это бывает.
Рид провел языком по зубам. Да, он знал, как это бывает. Как после ареста серийного убийцы возникают фанатские сообщества. Это было странное явление, которое он не мог понять. Парень взял распечатку и прочитал сообщение: «Чарли, я знаю, где Мими. Она мой душистый горошек, и она не ушла. Свяжись со мной». Далее следовал номер телефона с местным кодом.
Он посмотрел на Зака.
— Что это значит?
— Понятия не имею. Скорее всего, ничего. Оно привлекло мое внимание, потому что было адресовано Хартсману, а не полиции. Странно, хотя IP-адрес оказался не отслеживаемым. То же самое с телефоном, который, судя по всему, был выброшен.
— И, конечно, нет никакой возможности узнать, видел ли это Хартсман.
— Нет, и это было первое и последнее сообщение.
— То есть?
— Если Хартсман видел его и связался с этим человеком раньше нас, автор сообщения мог дать ему другой контактный номер и выбросить первый. Но, опять же, это может быть не более чем ребенок, ищущий внимания, которого мама впоследствии лишила доступа в интернет. У меня в этой папке еще сотня таких же неясных моментов.
Рид нахмурился.
— Хм, — пробормотал он. — Очень... странно.
— Как я уже сказал, Рид, у меня нет никаких доказательств того, что он был в стране в течение многих лет. И у тебя нет причин для беспокойства.
«Если только он не стал лучше прятаться», — подумал Рид. Но тут же отогнал эту мысль. Он не хотел жить в страхе перед этим человеком. Ни сейчас никогда.
**********
К тому времени, как Рид добрался до офиса, пошел дождь. Выйдя от Джози и Зака, он направился домой, но ему была невыносима мысль о возвращении в свою темную, пустую квартиру, когда все еще чувствовал себя взвинченным. Беспокойным. Поэтому вместо этого он направился к зданию, где работал с другими детективами полиции Цинциннати. Ему нужно было отвлечься. И еще нужно было просмотреть видеозапись из больницы «Лейксайд».
Рид не стал поднимать этот вопрос после того, как они с Заком обсудили Чарльза Хартсмана. Он отвлекся, и, честно говоря, хотел уйти и наедине обдумать информацию, которую раскрыл Зак. Все еще не был до конца уверен в своих чувствах.
Так что, да, парень решил дать этой новой информации улечься, а тем временем заняться проверкой тех записей из больницы. У него было предчувствие, что они там ничего не найдут, интуиция подсказывала, что тот, кто совершил преступление, точно знал, как избежать попадания на камеру, но жертва заслуживала должного внимания, даже если найти что-либо было маловероятно.
Следующий час Рид провел, наблюдая за пустыми коридорами, и его подозрения подтвердились — это было не случайное, а ловко срежиссированное убийство.
Парень потер глаз, вспоминая Лизу Нолан и тот семиминутный поход по лестнице. С минуту бездумно постукивал пальцами по столу, а затем включил запись с камеры, направленной на дверь, из которой она вышла тем утром. А также с камеры, направленной на внешнюю дверь, через которую девушка вошла в здание.
Рид снова посмотрел, как она входит в наружную дверь, а затем, семь минут спустя, выходит из двери в коридоре, где, если бы он прокрутил запись еще несколько секунд, она бы повернулась и увидела изуродованное тело Стивена Садовски. Вместо этого он задержался на ней, вглядываясь в ее застывшее лицо, рассматривая ее выражение, то, как она держит свое тело.
— Ты напугана, — прошептал он. — Почему?
Он еще мгновение смотрел на ее неподвижное изображение, а затем снова прокрутил видео, на этот раз выведя оба изображения на экран и наблюдая за их одновременным воспроизведением. Наблюдая за тем, как Лиза входит в здание, что-то привлекло его внимание на закрытой двери верхнего этажа. Перемотав видео, посмотрел еще раз.
— Что за чертовщина? — пробормотал он. По его позвоночнику пробежал холодок.
Что это значит?
— Что ты там делала, Лиза? — выдохнул он в почти пустую комнату.
Зазвонил телефон, заставив его вздрогнуть.
— Алло? — рявкнул он.
— Йоу, — сказал Рэнсом. — Ты дома?
— Нет, в офисе. Просматриваю видео.
— О. — Напарник вздохнул. — Ну что ж. Отложи это в сторону и отправляйся в «МакМикен и Нагель». Я уже еду. Только что поступило сообщение о найденном теле. Глаза отсутствуют. Похоже, заполнены каким-то черным веществом.
Черт.
