где-то в районе полуночи, натанцеваливась все, наелись, напились и повалились спать прямо на полу в мезонине гости. Так ещё и с шубами непруха. Середина лета. Какие шубы? Принесли им всё, что было в сундуках и чуланах. Всё пыльное и пересыпанное полынью от моли. Сначала гости долго чихали и ворочались, но усталость и алкоголь подействовали, вскоре все угомонились. Ну, ладно хоть князья спали в комнатах. Николай Иванович вместе с женой устроились в своей комнате, грузинский князь в комнате матушки — княгини, а приехавший на свадьбу полковник и тоже князь Болоховский — двоюродный брат отца — Михаил Петрович в кабинете отца с женой и дочерью расположились. Больше там места не нашлось, и муж их дочери — тоже полковник, спал у Сашки в комнате, положили ему всяких тряпок в угол.
На этом приключения не закончились. На второй день танцы и пьянка продолжились, хорошо хоть к пяти вечера гости стали разъезжаться и ночевать остались только туляки. Эти отправились домой рано утром на третий день. До Тулы восемьдесят километров. За день не доехать. Лошадь столько не выдюжит. Так что ночевать им придётся где-то по дороге, в селе большом, на станции.
Перед отъездом Сашка ещё раз «обговорил» с зятем, что самогонный аппарат нужен к осени, он надеется на родича и брагу поставит. Николай Иванович крутил головой, что нет, мол, не забудет. Опять, как с глухонемым, разговаривая.
Потом два дня в доме были всякие перестановки и уборки. С грузинским князем «сестра» приехала. Куда же без неё? Она поселилась теперь уже на законном основании в комнате Ксении и приказала выкинуть оттуда все её вещи, а взамен в сундуки и большой гардероб напихала своих шмоток, платьев в основном и парочку шуб.
Сергей Александрович Русев занял кабинет Сашкиного отца и перевезя небольшую коллекцию холодного и огнестрельного оружия развесил их на стенах. Добавил к тем пистолетам и саблям, что были в кабинете майора. Сашка, когда князь уехал на четвёртый день переселения в Тулу на четыре дня, зашёл в кабинет и осмотрел коллекцию. Наверное, эти чёрные длинные мушкеты и есть те самые карамультуки. Кара — это вроде бы чёрный на каком-то из горских языков. Виктор осмотрел ствол. Он был на одном нарезным, а на втором гладкоствольным. Вроде бы читал Виктор Германович, что должен бить тот, что с нарезами метров на триста, а гладкоствольный метров на двести пятьдесят. Это намного больше, чем бьют, стоящие сейчас на вооружении у всех европейских армий, мушкеты. А достигается это огромной длиной ствола. В сантиметрах Сашка его измерить не мог, но оно точно выше его роста. А он, по прикидкам, где-то метр шестьдесят. Получается, что длина карамультуков под метр восемьдесят. С прикладом, понятно. Прицельных приспособлений у ружей не имелось. Ни мушки не видно, ни прицела какого с прорезью. Можно стрелять куда-то туда. Пуля — дура.
Закрыв дверь в кабинет нового отчима… Или как? Просто отчима. Другого же не было. Закрыв дверь, Сашка отправился на кухню. Всё, игры закончились. Сейчас в Туле князь Русиев оформит все нужные бумаги и официально станет владельцем имения Болоховских. А значит, над матушкой — княгиней занесён будет меч. Затикают часики с обратным отсчётом, и там не так много времени. Говорили заговорщики о двух неделях. Выходит, у Сашки всего десять дней есть, чтобы этих сволочей опередить. А у него яда, как не было, так и нет. Нужно опять идти в лес с Машкой. Опять километр. И нужно надеяться, что ягодка «Вороньего» глаза' поспела, и что её не склевали ещё птички. Тут Виктор задумался, а на самом деле, как размножается эта ядовитая ягодка. Обычные ягоды разносят птички склевав, а после освободившись от семян в другом месте, а как с этой? Если она для стокилограммового человека смертельна, то что будет с птичкой сто грамм весившей? Или есть специальные птицы, для которых это не яд. Едят же олени мухоморы и для них это лакомство, а не отрава.
Ладно, чёрт с ними с птичками и оленями, завтра нужно идти в лес и нужно подготовиться и пирожков для мелкой взять побольше и воду в туеске. Без этого в такое путешествие он больше не пойдёт, а ну как обратной телеги не подвернётся. Два километра прошагать — так себе при его ногах удовольствие.
Событие двадцатое
Любопытную одноглазую девочку больше не интересует кто живет в скворечнике.
Больше всего люди интересуются тем, что их совершенно не касается.
Любопытство сгубило кошку. Есть такая английская пословица. Звучит так: Curiosity killed the cat. На русском аналог есть: «Любопытство до добра не доводит». Любой сто раз слышал, и про нос Варвары тоже все слышали. А кто хоть раз последовал этой пословице? Кох не последовал, и это обернулось серьёзной бедой. Куда уж бедей. Бедей просто не бывает.
По ягоды он сходил удачно. Больше месяца тренировок сделали своё дело. Ноги не так сильно заплетались и первые пару сотен метров он прошёл, просто опираясь не палку, не нагружал Машку. Потом метров ещё сто уже с помощью девчонки прошел, но только для равновесия за плечико держался. Сделали привал, треть пути преодолев. Поели сладких пирожков, запили из туеска водой и дальше покосолапили. Теперь Виктор за плечо придерживался, но тоже не опирался. Ещё триста местов отмахали. Тут навстречу попались крестьянки с серпами, возвращались домой с полей. Пришло время косить озимую рожь. Дальше вдоль дороги поля уже все были утыканы этими снопиками. Бабы раскланялись с Сашкой и поинтересовались не нужна ли помощь, но Машка их турнула, сами типа справимся, идите куда шли. Бабы засмеялись снова отвесили поклоны и пошли дальше, переговариваясь и смеясь. Решили с Машкой, раз уж остановились, то опять перекус устроить. С третьей попытки добрались до леса, полежали на траве и Сашка пошёл к примеченному дереву, посмотреть на ягодку чёрную. На месте оказалась, и созрела уже. Он её аккуратно, чтобы не раздавить, в аптекарский пузырёк, в доме-тереме найденный,
