положил и пошёл за следующей. Тоже вскоре нашлась, там, где и была им подмечена в прошлый поход, никто пока не покусился на неё. Назад к переводчице, спящей под деревом, Сашка решил другой дорогой возвращаться и наткнулся на ещё одну ягодку. Теперь точно должно хватить.
Назад шли с теми же тремя передыхами и перекусами. Кох порадовался, всё же постоянные упражнения и тренировки работают, он гораздо легче преодолел эти два километра, чем километр в первый раз. Да и ноги уже меньше косолапили и запинались. Так лет через пятьдесят ежедневных занятий научится ходить не хуже нормального человека.
Дома Виктор Германович растолок ложечкой ягоды в том же аптекарском пузырьке и запасённым ещё со свадьбы вином заморским разбавил. Получилось грамм пятьдесят яда. Осталось теперь только каким-то способом долить это в фужеры грузина и его негрузинской «сестрицы». И нужно это сделать в ближайшие несколько дней.
Один способ Сашка нащупал. Он был не стопроцентный. На свадьбе во время обеда праздничного и на следующий день он заметил, что матушка — княгиня не пьёт белого вина. Не водки, а немецкого — виноградного, которого грузин закупил пару дюжин бутылок. Наталья Андреевна предпочитала вина красные. Князь купил и их, вот на красные княгиня и налегала. Кох это заметил ещё в первый день свадьбы, и потом на второй день присматривал за «молодой», проверяя вывод. И он подтвердился, княгиня отказывалась от белых вин. Только красные пила, да и то по чуть-чуть, видимо перебрала в первый день свадьбы.
Сейчас, приготовив яд, Сашка спустился в погреб, где хранились остатки купленного на свадьбу алкоголя. Было там три бутыли по четверти ведра с водкой. Зря её столько закупили, желающих пить водку почти не нашлось. Из купленных четырёх бутылей только одну выпили. А вот вина осталось мало. Стояло три бутылки шампанского и по паре бутылок белого и красного вина. Бутылки были заткнуты пробками. Кох попробовал одну из бутылок с белым вином открыть, но ничего у него не вышло. Пробка сидела туго. И не с его крючковатыми пальцами лезть к ним. Даже с помощью штопора не факт, что сможет. Остаётся только носить всегда с собой аптекарский пузырёк с ядом и долить в фужеры отчиму и «сестрице» его во время очередного застолья. Благо, что грузин за обедом всегда белое вино употребляет.
Стоп, хлопнул себя по голове Сашка, ведь если доливать в фужер, то яд должен быть тщательно профильтрован, а то бухнет он его в фужер, а там шкурка ягоды. Князь не дурак, да даже если и не поймёт, то прикажет вино заменить, не будет с «грязью» пить. Пришлось опять пузырёк открывать и профильтровывать, переливая зелье в стакан через тряпицу, а потом снова трясущимися руками в пузырёк. В результате треть зелья пролилось и на тряпке, впитавшись, осталось. Смотрелось совсем мало. Думай теперь и переживай, а хватит ли. Второго шанса точно не будет. Хоть ещё за ягодами иди.
В эту ночь Сашка в очередной раз проснулся от скрипа кровати и уханья с повизгиванием в маменькиной комнате. Он перевернулся на другой бок и попытался заснуть, утром ведь опять нужно идти в лес за ягодами, решил он, что «маловато будет», ещё бы пару «Вороньих глаз» не помешает. Не спалось. Или не засыпалось, поворочавшись Сашка с удивлением обнаружил, что грузинский князь своих привычек не меняет. Прошлёпали мимо его двери босые ноги к двери «сестрёнки» и вскоре там тоже кровать заскрипела. И не боится же? А потом там забубнили.
И тут любопытство кошку — Сашку сгубило. Он подумал, может преступная парочка будет обсуждать сроки действа по отравлению княгини, и решил подслушать. Он вышел в коридор и подкрался к двери «сестры», там продолжали разговаривать, но слышно не было о чём. На этот раз дверь была прикрыта. Сашка легонько потянул за ручку, и она поддалась. Всё одно слышно было плохо, и дурень потянул сильнее. А дверь возьми и заскрипи. Князь в два прыжка оказался возле двери. Увидел дурня, подслушивающего, и не раздумывая впечатал кулаком ему в физию.
Темнота. Конец первого акта.
Глава 8
Событие двадцать первое
Кончились времена охоты на ведьм — теперь ведьмы охотятся на нас.
Уршула Зыбура
Чирикали птички. М… Хорошо, хорошо, чириканьем назвать стрекотание сорок — это небольшая натяжка. Ага, вон и ворона… прочирикала. Громко как, прямо над ухом. Голова и так у Сашки раскалывается, а тут такая громкая песня. На этом птичий хор не остановился. Дятел нашёл шишку. Вставил её в свою наковальню и стал долбить, проникая прямо в центр головы многострадальной. Где-то там находятся… в башке в смысле монголоидной зрительные нервы, и дятел умудрился сидя на дереве по ним попасть, так как голова до того просто болевшая, заболела и в конкретных местах. Глаза на этот раз заболели. Потом заболел лоб. Гайморовы пазухи. Следом взорвался болью затылок. Если так дальше пойдёт, то на голове и внутри неё мест не болящих не останется.
Виктор Германович попытался дотянуться до головы руками, чтобы её общупать, но руки оказались связанными за спиной. Тут в больную голову начала рывками возвращаться память. Это его князь грузинских кровей Сергей Александрович Русиев, а на самом деле — Сергиа Сандрович Русишвили прямым панчем в область носовой перегородки угостил. За дело, если честно, нечего нос совать куда не просят. Получается, он его вырубил, связал руки и в лес отвёз или отнёс. Почему в лес, понятно, если сороки и вороны могут обитать возле усадьбы, то дятлы живут в лесу. Это не голуби и не воробьи, прижившиеся возле человеков.
Нос вдруг Сашке жалко стало, на его монголоидном даунском лице хоть он по-человечески выглядел, теперь будет кривым или проломленным, как у многих боксёров. Тьфу, залезет же в голову такая чушь. Если князь привёз его в лес, то живым не оставит. Он и раньше планировал от него избавиться, а теперь придётся ему это сделать. Неудачно он решил новости
