Горы не было, и потом я получила жесткий выговор от начальства. Меня велели работать десять смен без выходных вместо тех четырех, кому я переломала кости.
В третий раз гад ждал меня уже на Остове, а не в казармах. Из последней драки он сбежал, так что ему почти не досталось. Издевательства он начал с того, что подошел ко мне сзади и сказал, что хотел бы познакомиться со мной, похвалил мое платье и назвал меня красивой... Я не узнала его голос и повернулась, улыбаясь, а он зашелся таким мерзким хохотом! Он смеялся на всю улицу, показывая на меня пальцем, и я не могла этого стерпеть!
Я бросилась на него, он попробовал убежать, но я все равно его догнала. Я схватила его за шиворот и вмазала ему в челюсть. Его слюни, сопли и кровь забрызгали все вокруг, но этот ушлепок не унимался! Он начал кричать, чтобы люди вокруг спасли его от монстра, что если они не позовут стражу и не разберутся со мной, я, озверевшая тварь, наброшусь на их жен и детей!
Пришлось кинуть его на землю и уйти: перепугавшиеся люди действительно стали звать стражников.
Мое платье разошлось по швам, пока я за ним бежала, красивую вышивку забрызгала его кровь... Пока я добиралась до казарм, люди расходились от меня в стороны, пялились мне в спину и шептались, думая, что я не слышу или, может, не понимаю языка.
В итоге меня все-таки догнала стража и отвела к начальству яруса для разбирательств. К счастью, этим начальством оказался Гора. Не задавая никаких вопросов, он привел меня к себе домой, где дал умыться и переодеться в свою одежду: его огромная рубаха оказалась мне вместо короткого платья.
Приведя себя в порядок, я решила дождаться, пока Гора вернется с дежурства, и осталась в его пещере.
Я давно подозревала, что с этим парнем не все просто. Он был старшим патрульным на одном из самых хороших ярусов, ему разрешалось не ночевать в казарме, у него было лучшее оружие и лучшая броня. Его берлога пополняла список того, что у него было лучше, чем у других. В нескольких комнатах стояли вещи из дерева и металла, тут была своя кухня и даже парная с отхожим местом. Тут можно было жить, выходя наружу только за едой!
Пока я осматривала комнаты и вещи, в пещеру зашли, и это был не Гора.
- А, я его брат, зови меня Серый, - ответил пришедший.
Не стесняясь меня, он продолжил раздеваться, снимая форму стражника.
Его кожа еще хранила загар, который он получил на Огузке. Гибкое длинное тело, обросшее бугристыми мышцами, не смогло заживить страшные шрамы от ожогов.
Это был один из тех, кому удалось спастись во время шторма.
- Я наслышан о тебе, но никак не ожидал, что встречу тебя в собственном доме в рубашке брата!
- Так это твой дом? - спросила я, чувствуя, что готова разочароваться в Горе.
- Это наш дом, - поправил он, уводя меня на кухню. - Мой, Горы и нашей матери.
- Я не видела тебя в казармах, - заметила я, усаживаясь за стол. Серый уже заваривал в котелке какую-то местную траву.
- Я патрульный, потому почти там не бываю, - объяснил он. - Раньше я командовал стражей на острове синих, а теперь начальствую над разведкой. Ты даже не представляешь, что вытворяют на Огузке!
- Удиви меня, - фыркнула я. О том, что они построили там целый город, я уже слышала от других стражников.
- Они снова разбились по стаям, сидят на своих бывших островах и занимаются тем же, что делали до землетрясения. Они даже восстановили несколько затопленных шахты. Как они это сделали без оборудования - не понятно!
- Они много чего сделают, если вы и дальше будете только следить за ними, - заметила я, принимая из рук Серого чашку с вкусно пахнущей жидкостью.
- А что? Пусть порадуются жизни, заодно обустроят нам этот остров как следует. Это будет не лишним, у Остова нет ресурсов на то, чтобы все там восстанавливать после того, что устроили синие!
- Синие?
- А, так ты не знаешь? - он посмотрел на меня с удивлением и вместе с тем с удовольствием. Похоже, ему хотелось поговорить об этом. - Они пробили в шахтах ходы к подземному огню, потом затопили их, и в итоге начались взрывы, которые вызвали землетрясение. Частью это моя вина: я должен был расколоть того белокожего упрямца раньше! Мне бы хоть еще день, и я бы узнал про шахты, про храм и про все остальное... Я нутром чуял, что этот парень все знает! И если бы ты не наплела моей матери про храм, и она не велела бы пригнать его на Остов, ничего бы этого вообще не случилось!
- Твоей матери?... - мысли спутались, я почувствовала, что теряю нить разговора.
О чем он пытается сказать?
- Хочешь сказать, твоя мать - командующая? - я с недоверием оглядела его.
Не похож.
- Да, для тебе она госпожа командующая, - кивнул он. - И что, ты ничего не скажешь?
- А что ты хочешь услышать?
Меня начинал раздражать его тон. Серый, казалось, был не в себе, он говорил порывисто, как в истерике, да и движения у него были какие-то нервные. Тонкие длинные руки, бескровное лицо, дрожащие губы... не нравился мне он. Шторм явно забрал у него больше, чем пару лоскутов кожи.
- Ну, например, хочу услышать, что у тебя было с тем белым плавуном! Как его там звали?... Белый Дельфин, точно! Такое красивое имя такому жалкому человечишке... Ты знаешь, пока стены ямы высасывали из него рассудок, он не переставая бормотал имена, - добрый малый здорово облегчил мне работу! Я записал все, что он говорил, да только вот проверить всех не успел. И знаешь, чем дольше он сидел в яме, тем короче был список этих имен, - он их попросту забывал, как и все остальное. Как думаешь, какое из них прожило в его памяти дольше всех?
- Думаю, ты мне это сейчас скажешь, - ответила я, наливая себе еще той ароматной жидкости.
Чашка в моих руках не тряслась, я все еще держала себя, но сердце билось так, что я боялась, как бы Серый его не услышал.
- Яшма! Он постоянно называл какую-то Яшму! - воскликнул он, торжествуя. Меня словно
