осколков телом.
Мужчина смотрел на нее и довольно улыбался. Дракон только что пометил и присвоил себе женщину, которую давно желал. И теперь никто и ничто не может помешать ему заявить на нее свои права.
Глава 14. Я сказала «наглец», а не «перестань»!
Траттиана бежала по запутанным коридорам. Со всех сторон были запертые двери, в которые она безуспешно толкалась.
Циклоп снаружи бушевал: ревел и все яростнее колотил по стене, вворачивая огромные камни там, где кладка уже поддалась его натиску. Старое здание тряслось и трещало, и с потолка сыпалась каменная крошка.
Выход все не находился, а окна были слишком маленькими, чтобы Тратти могла пролезть в них. Девушка чувствовала, что страх все сильнее холодит спину, мешая связно думать.
Наконец, в самом конце коридора обнаружилась крепкая стальная дверь, со свежей смазкой на петлях. Не надеясь на успех, Тратти все-таки подергала за ручку и, о чудо, дверь поддалась.
Не до конца веря в успех, девушка осторожно выглянула наружу. За дверью начинался большой холл с узкой винтовой лестницей в дальнем конце.
Тратти осторожно двинулась к ней, и только успела сделать пару шагов, как сзади ее обхватила жесткая рука, и сжала, не давая двинуться. К горлу прижалось холодное лезвие и надтреснутый голос над ухом зашептал:
— Только попробуй пикнуть и позвать своего дракона, и я прирежу тебя.
Девушка замерла, стараясь не шевелиться и судорожно начала вспоминать уроки своего учителя по боевым искусствам, мастера Алекса Бориса. Он часто рассказывал ей, как действовать в ситуациях, когда жизни угрожает опасность и нет возможности применить магию. Таких, например, как сейчас.
Валдоран тяжело дышал. Рука, державшая кинжал у ее горла, тряслась и Тратти подумала, как это будет глупо, если он случайно распорет ей горло, не справившись со своими нервами.
«Ленни Траттиана, — вдруг всплыл в ее памяти голос учителя. — первое и основное правило в таких ситуациях- расслабиться. Представьте, что это игра, в которой вы хотите выиграть. Очень сильно хотите выиграть, но не настолько, чтобы потерять из-за этого голову. Отвлеките противника: сбейте его с толку, ошеломите, заставьте растеряться и отвлечься от своей цели. Нужно использовать любое средство, если противник заведомо сильнее вас».
Вспомнив учителя, Тратти вдруг успокоилась и осторожно расслабила руки и ноги.
Перед глазами всплыла картинка, как она лежит на топчане в камере, а виконт жадно шарит по ее телу глазами.
Действуя больше не инстинктах, она очень мягко прижалась спиной к груди держащего ее мужчины.
Давление лезвия на кожу чуть ослабло, а грудь под ее спиной, наоборот, напряглась.
Осмелев, девушка слегка качнула бедрами и еще немного налегла на мужскую грудь.
Звук дыхания над ее ухом изменился. Теперь виконт дышал длиннее и чуть глубже, а рука уже не с такой силой стискивала рукоятку кинжала.
Тратти опять поерзала бедрами и длинно, протяжно выдохнула. Виконт шумно втянул воздух возле ее волос, и вдруг отодвинул кинжал, и впился холодными губами в ее шею.
Едва не дернувшись от отвращения, девушка заставила себя снова потереться об него попой, и еще раз длинно, почти со стоном выдохнуть.
Рука виконта на ее талии дернулась, кинжал со звоном упал на пол, и виконт принялся лапать ее груди, что-то жарко бормоча.
Тратти все так же расслабленно прижималась к виконту, выжидая подходящего момента. И когда захваченный страстью Валдоран опять потянулся губами к ее шее, резко ударила его в лицо затылком.
Послышался хруст сломанной носовой кости, виконт взревел от боли и тут же получил сильнейший удар костяшками пальцев в кадык.
Ошалевший от боли виконт хрипел, хватаясь то за нос, то за горло, а Тратти захватила его запястье, резко заломила руку, поворачивая виконта к себе спиной и со всей силы ударила в основание шеи. Мужчина мешком повалился на пол, несколько раз дернулся и затих.
Девушка обессиленно прислонилась к стене и закрыла глаза. «Спасибо вам мэтр Алекс за вашу науку. — прошептала благодарно. В памяти всплыло слово, которое мастер употреблял, говоря о сражении, как об игре — «квест». — Я прошла этот квест, мастер Алекс!»
Стены вокруг нее тряслись все сильнее: циклоп уже снес тот угол, где была клетка Тратти и обнаружил, что добыча ускользнула. Завывая, он крушил внутренние перегородки в поисках сбежавшей двуногой еды и, похоже, не собирался останавливаться, пока не разрушит все до основания.
Тратти скатилась с лестницы на нижний этаж. Здесь стены были еще целы, но одна уже зияла разломами. Это был только вопрос времени, когда она рухнет и циклоп доберется до своей жертвы. Самым неприятным было то, что входная дверь была как раз с этой стороны.
Девушка огляделась — на противоположном краю холла в ряд шли несколько дверей. Тратти ринулась к ним. За ближайшей дверью оказалась маленькая захламленная комната с наглухо заколоченным окном. Девушка кинулась к другой двери — такая же комната с досками на окнах.
«Похоже здесь давно никто не живет, а виконт использовал только тюремную клетку» — сообразила девушка.
Она внимательно осмотрела доски, закрывающие окно. Бесполезно пробовать открыть — тот, кто заколачивал окна, делал это на совесть.
Тратти бросилась вон из комнаты, и с разгона влетела в чьи-то руки, крепко ее ухватившие. С перепугу девушка решила, что это виконт оклемался и опять охотится за ней. Тратти забилась в крепких объятьях, ничего не соображая, но готовая задорого отдать свою жизнь.
— Тратти, девочка, не убей меня ненароком. — музыкой прозвучал над ней голос Троя. — Тише, моя хорошая.
Тратти замерла и сразу обмякла, почти повиснув на его руках:
— Трой, ты нашел меня! — и прижавшись к его груди, зарыдала.
***
— Белинда, нам нужно улетать отсюда. — проговорил герцог.
Они все еще лежали на мягкой траве у озера. Голова девушки покоилась на плече мужчины, рука поглаживала его грудь под тонкой рубашкой. Кожаные доспехи валялись рядом на траве, и никто из них не мог вспомнить в какой момент они там оказались.
— Зачем? — лениво протянула Белинда. Ей было так хорошо… Хотелось вечно лежать, слушая стук его сердца и поглаживая тонкий шелк рубашки на широкой груди.
Солнце уже садилось и вокруг озера начали собираться сумерки. Вздохнув, девушка села, поправляя блузку на груди.
Ей совсем не было стыдно за то, что произошло между ней и герцогом. Наоборот, все было абсолютно правильным и таким, как должно быть. Белинда догадывалась, чего стоило ее мужчине не зайти дальше в своих ласках, сохранив ее невинность и была благодарна за это.
Она потянулась за брюками,
