небольшая компания людей – съемочная группа новостного канала, которая приставала ко мне возле квартиры Шалини, теперь с совершенно новой камерой. Ведущий реалити-шоу взволнованно говорил в объектив, указывая на принцессу, с которой мы ранее уже встречались.
– А леди в великолепном темном платье – принцесса Мория, старшая из клана Дерг-Дью. Нам стоит внимательно следить за тем, что она пьет этим вечером. – Он приподнял бровь, бросив на камеру понимающий взгляд. – Как нам всем известно, представители Дерг-Дью предпочитают жидкость рубинового цвета.
У меня от удивления округлились глаза. Она пьет кровь?
Репортер резко втянул носом воздух, когда перед ним появилась еще одна прекрасная принцесса фейри, одетая в мерцающее золотое платье, подчеркивающее ее черные волосы и кожу насыщенного цвета красного дерева. Жестом попросив оператора сфокусировать объектив на ней, он с придыханием заговорил:
– А вот и принцесса Клина из клана Баньши. Журнал Vanity Fair назвал ее самой красивой женщиной на планете.
Принцесса стояла от репортера в нескольких шагах, но если и слышала его слова, то никак не подала виду.
Однако насчет ее красоты он был прав. Ее черные волосы рассыпались по спине красивыми локонами, но мое внимание привлекли ее глаза. Широко посаженные, темно-янтарного, золотистого цвета, их нельзя было не заметить. Взгляд принцессы Клины томно скользнул по помещению. Она прекрасно держалась.
Когда репортер заметил меня в толпе, у меня перехватило дыхание. Мгновение мы смотрели друг на друга, а затем он двинулся ко мне с голодным блеском в глазах.
Торин околдовал его, чтобы он забыл меня, верно?
– Ава Джонс? Черт.
Оператор сфокусировала свой объектив на мне.
– Итак, а вот это кое-что особенное, наша последняя участница, – произнес он. – Вся страна наблюдала за конфликтом между этими двумя в баре. И, боже мой, просто искры летели! Вот только я не уверен, что это были правильные искры. Думаю, никто из вас не ожидал увидеть здесь эту огненную штучку в роли участницы. Очень интересный поворот событий.
Я отступила назад, и Шалини для поддержки коснулась моей спины.
Репортер прищурился:
– А кто это с вами, мисс Джонс?
Я вздохнула.
– Это моя помощница, Шалини.
Он уставился на нее, кивая.
– Помощница-человек в Фейриленде. Вау, держу пари, многие люди были бы рады занять ваше место. – Он сунул микрофон ей в лицо. – Вы собираетесь контролировать мисс Джонс, или можно ожидать новых фейерверков?
Шалини взглянула на меня.
– Она прекрасно владеет собой. Просто выдался плохой день, не более.
Вокруг нас нарастал ропот, и я почувствовала на себе внимание толпы. Мне отчаянно хотелось спрятаться обратно в тень.
Прозвучала труба, спасая меня от всеобщего внимания. Двери в конце зала медленно распахнулись, и на пороге появился слуга. Он был одет в исключительно экстравагантный костюм, украшенный золотой вышивкой.
– Леди и джентльмены, – провозгласил он зычным голосом, – ужин подан.
Еще еды? Фантастика! Я не уверена, что когда-нибудь захочу, чтобы турнир закончился.
Репортер подставил мне под нос микрофон, спрашивая, что стало причиной моей ссоры с королем в баре, но я ускользнула от него, смешавшись с толпой. Будучи фейри, которая всю жизнь провела среди людей, я кое-чему научилась в искусстве оставаться незамеченной.
Растворившись в толпе более высоких фейри, мы прошли в новый зал, где вокруг пары тронов были полукругом расставлены столы. Высеченные из серого гранита троны, казалось, выросли прямо из каменного пола. Пол был выложен белой мраморной мозаикой, изображавшей великолепного бронзового оленя. Над головами возвышался потолок, выполненный в виде переплетенных ветвей деревьев. Сотни крошечных сверкающих огоньков, словно светлячки, порхали среди ветвей.
Я взглянула на Шалини и заметила написанное на ее лице восхищение. Охваченная благоговейным трепетом, я снова уставилась в потолок.
Аэрон схватил меня под локоть, привлекая мое внимание.
– Сюда, – велел он, кивнув на один из столов.
Конкурсантки уже занимали свои места, и принцессы сидели вместе со всеми.
Мой взгляд зацепился за принцессу, сидящую рядом со мной. На ней было элегантное зеленое платье, которое сверкало, как море под солнцем. Ее огромные карие глаза были обрамлены длинными ресницами, а в белых волосах красовался венок из морских водорослей. Ее бледная кожа в свете ламп казалась немного радужной.
– Ну разве нам всем не повезло находиться здесь? – воскликнула она, обращаясь к своим соседкам. – Одна из нас найдет настоящую любовь. Мы могли бы родить королю детей.
Она буквально сияла, но ей никто не ответил.
Настоящая любовь. Бедное, наивное создание.
– Кто это? – шепнула я Шалини.
Шалини наклонилась поближе, чтобы, кроме меня, никто ничего не услышал.
– Это принцесса Алиса. Она келпи – озерная фейри. Они могут быть очень плаксивыми, но, кажется, она в восторге от всего происходящего.
– Ох. – У меня было лишь смутное воспоминание о том, что это означало.
«Что-то связанное с лошадьми», – подумала я.
– А рядом с ней Этейн из рода Леанан Ши.
Я проследила за ее взглядом и увидела девушку со смуглой кожей и волосами цвета заката, барвинка и коралла. На ней красовалась изящная жемчужная корона и бледно-фиолетовое платье, и в данный момент она показывала Мории средний палец.
– Не думай, что ты можешь тут всеми командовать, кровопийца.
– Кто такая Леанан Ши? – спросила я.
– Думаю, она в некотором роде соблазнительница, – прошептала Шалини в ответ. – А это, – она указала на красавицу с зелеными волосами, – Элиза, принцесса клана Селки.
Зеленые волосы и бронзовая кожа Элизы сияли в лучах теплого света.
– Мне говорили, что щедрость короля не имеет себе равных, – произнесла Элиза, поднимая хрустальный бокал. Она улыбнулась, но выражение ее лица выглядело вымученным. – И это прекрасное шампанское, безусловно, подтверждает слухи.
– Селки? – прошептала я.
– Они живут у моря, – принялась объяснять Шалини. – Символ клана – тюлень. А справа от нее – Сидок из Красных Колпаков. Просто… лучше держись от нее подальше. Красные Колпаки наводят ужас.
На Сидок было ярко-красное платье и шляпка, цвет которых резко контрастировал с ее бледной кожей, а длинные волосы цвета воронова крыла каскадом рассыпались по обнаженным плечам. Она ни с кем не разговаривала, просто пила свое вино и смотрела по сторонам.
В этот момент я пожалела, что не уделяла больше внимания истории своего народа фейри.
Будучи единственным ребенком-фейри в своем городе, я выделялась. И делала все возможное, чтобы ничем не отличаться от человеческих детей: смотрела их фильмы, слушала их поп-музыку, прятала уши под длинными волосами, которые покрасила в каштановый цвет. Я даже не была до конца уверена, какого именно оттенка синего у меня волосы, потому что каждые три недели подкрашивала корни.
Единственное, что я сделала как истинная фейри, – это
