Ричард понимал, что его загоняют в угол, как раненного зверя, лишают опоры, помещают в вакуум. Но зачем?
`Дело во мне или в Анжине? В друзьях или в чем-то еще? Какова цель этой интриги? Забрать Крес, Аштар? Но зачем так лихо закручивать? Лже-Анжину выставлять? Столько хлопот из-за банальной корысти? Можно было и проще все обставить. Власти им мало, что ли?
А если это не Иржи?
Сердце короля тревожно забилось, он даже приостановился на минуту, холодея от страха за жену. `Если не Иржи, то — кто? Кому это выгодно? Нет, глупо. Кто бы смог подменить Анжину под носом у могущественных королей? Клон вещь дорогая и легко опознаваемая, а Д'Анжу не дурак. Ладно, посмотрим. Ты далеко заходишь, Иржи, а это очень опасно для здоровья`.
Ричард с каменной физиономией прошествовал мимо охраны, на половину Иржи. Капитан Танжер несмело преградил ему путь на террасу
— Ваше Величество, Его Величество изволят обедать.
— Прекрасно. Я тоже голоден, — бросил Ричард, смерив его презрительным взглядом, и направился прямо к столу. Капитан лишь сверкнул глазами ему в спину.
Иржи замер с вилкой в руке, увидев, как его родственничек бесцеремонно плюхается на стул напротив и разворачивает салфетку. Слуга тут же подал гостю прибор, а Д'Анжу недовольно покачал головой и поджал губы: До чего нагл! И где королевские манеры?
— Не думал, что мы так быстро встретимся вновь, — холодно заметил он.
— Все мы ошибаемся, — тем же тоном ответил Ричард и снял крышечку со своей тарелки. — Я голоден. Три недели перелетов. Устал.
— Присоединяйся, — кивнул Иржи, немного смягчившись.
Конечно, вел себя Ричард необычно, а где-то и неприемлемо, но объяснимо. Еще неизвестно, как вел бы себя он сам, вздумай Эджине подать на развод, и это притом, что их брак был заключен отнюдь не по любви. И что Анжине надо? Ведет себя, как ребенок, а у самой уже двое растут!
Ричард тем временем неспешно поглощал утиную грудку в яблочном соусе и поглядывал на короля Сириуса, решая для себя: замешан ли тот во всей этой истории или нет? По виду — дитя невинное. Глаза не прячет, смотрит прямо, с сочувствием, искренним участием. Да и мужчина он в принципе умный. Пожалуй, подобные козни не в его стиле, а впрочем. Сестру свою он один раз продал, где гарантия, что не продает во второй?
— Нам нужно серьезно поговорить, — сказал Ричард.
— Пожалуйста.
— Позволишь сначала отобедать? — вскинул бровь король Мидона.
— Да, конечно, — чуть улыбнулся Иржи, приходя постепенно в благодушное настроение. Кажется, Эштер приходит в себя, значит, они смогут вместе придумать, как вернуть строптивицу в лоно семьи. — Ты останешься?
— Да, только не в гостевом корпусе.
— Зачем? Ты не гость, а член семьи. Располагайся на моей территории. Манжета с Эджиной отдыхают на Хиласпи и раньше, чем через месяц, возвращаться не собираются. Серж как всегда занят. Я буду рад твоему обществу. Ричард согласно кивнул, и Иржи тут же махнул Танжеру:
— Приготовь апартаменты для короля Ричарда и проводи господина графа в столовую.
Тот склонился и повел Криса за собой. Когда они скрылись с глаз, Ланкранц промокнул губы салфеткой и уставился на родственника:
— В твоем уютном гнездышке есть место, где можно спокойно поговорить?
Д'Анжу снисходительно кивнул и встал, приглашая следовать за собой. Они прошли на первый этаж, пару раз свернули и оказались у дверей с голограммой.
— Проходи. Располагайся, — толкнул дверь Иржи и указал на диванчик.
Небольшая комнатка с одним окном, занавешенным полупрозрачной неоновой тканью, пышными волнами спадающая от потолка до пола, на котором прочно обосновался пушистый светлый ковер. Два диванчика с высокими мягкими спинками, два кресла, сбоку от них экран во всю стену, панель управления и люминаты вдоль других стен. Уютная, успокаивающая обстановока.
Ричард устроился в кресле, спиной к окну, а Иржик напротив:
— Я слушаю тебя и обещаю помочь, чем смогу.
— Прекрасно. Значит, мне не придется долго доказывать бесперспективность всей этой затеи и уверять в ее весьма плачевных последствиях для тебя.
— О чем ты? — нахмурился Иржик, слегка опешив. Он думал — речь пойдет совсем о другом.
— Видишь ли, мое терпение небезгранично, поэтому давай не будем изображать непонимание и перейдем к делу. Где моя жена и что ты желаешь получить за ее возвращение?
Иржи откинулся на спинку кресла и окаменел. Та-а-ак. Чего-чего, а подобного поворота он не ожидал. Золотистые глаза сверлили невозмутимо-холодную физиономию зятя, а в голове сразу же возникло несколько диагнозов, как нельзя лучше подходящих к душевному состоянию короля Мидона.
— Ты сошел с ума, — то ли спросил, то ли констатировал факт Иржи.
— Не более чем ты.
— Конечно! — фыркнул король. — Анжина дала тебе отставку и теперь все вокруг враги. У тебя маниакальный психоз? Впрочем, это первый этап всех, кто проходит через развод. Вторым будет обвинение своей половины во всех смертных грехах. Ничего нового. Первой жертвой оказался я. Вполне естественно и логично.
— Ерунда. В этой истории нет ничего естественного, а логикой и не пахнет. Я понятия не имею, на что ты надеялся, затевая глупую аферу с разводом. Наверное, на то, что я не отличу свою жену от старой Астары, а может быть, застрелюсь от горя, не долетев до Сириуса?
— Интересно, ты сам-то понимаешь, что говоришь? Да-а, теперь я не удивлен решением Анжины, бедная девочка, как она…
— Ложь! Моя Анжина не имеет ни малейшего отношения к данному решению! Давай опустим прозаические преамбулы и перейдем к делу. Я не зря просил тебя о конфиденциальности. Мы здесь одни и никто никогда не узнает о случившемся, во всяком случае, от меня. Обещаю. Я так же обещаю не мстить, если все закончится здесь и сейчас. Конечно, я больше никогда не подам тебе руки, но ведь не это для тебя важно, правда? Главное, ты получишь, что хотел. Называй цену — Крес, Аштар — мне все равно. Неси бумаги, я подпишу и клянусь, оспаривать не буду. Но Анжина сегодня же должна быть доставлена сюда и если хоть один волос с ее головы…Я не думаю, что захочу сдерживать буйную кровь Ланкранцев. Гены, знаешь ли.
— Да ты просто свихнулся! — вырвалось у пораженного Иржи. — Что ты выдумал? У тебя нервный срыв?!
— Оставь эпические зарисовки о моем психическом состоянии для кого-нибудь другого! И послушай меня! Весь этот фарс с увядшей любовью прекрасно разыгранная пьеска. Я посмотрел первую часть и оценил — браво! А теперь давай пропустим кульминацию и перейдем прямо к финалу. Каков он, по-твоему плану? Я даже не буду ломать сюжет, настолько он 'гениален`, но видишь ли, я не большой поклонник фантастики, любовных трагифарсов и психологических драм, зато истинный фанат своей жены. Выбирай: либо мы заканчиваем постановку сейчас, либо я перепишу финал на свой вкус и боюсь, тебе он не понравится, — угрожающе процедил Ричард.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
