часто. А во мне словно разбилось что-то стеклянное — было жарко, хорошо и спокойно, как после спуска вниз по огромной горке.
Я пристроилась рядом, положив голову Рему на плечо, и задумчиво рассматривала потолок палатки. В тот момент обстановка казалась довольно романтичной.
— Прости, мне еще учиться и учиться, но в будущем я постараюсь быть лучшим мужем. Ты невероятная, — поцеловал меня в макушку.
— Перестань так волноваться об этом, мы оба неопытны, дело не в тебе одном. Как говорил один мой знакомый — все приходит с опытом, — вспомнила слова Джефа и почувствовала грусть.
— Хорошо.
Приобняв за талию, Рем во второй поцеловал мои волосы, вызвав волну нежных мурашек и довольную улыбку.
Некоторое время мы молчали, размышляя в тишине. Произошедшее казалось чем-то невероятным, слишком спонтанно и быстро, но обстоятельства такие, что хотелось получать от жизни максимум каждую секунду. Тем более теперь, с мужем.
Я даже не думала начинать разговор. Казалось, что на сегодня эмоций достаточно — я потеряла девственность с безликим. Любая информация после такого показалась бы блеклой.
Но мужу хотелось больше обо мне разузнать.
— Тот человек, которого ты убила, как это произошло?
Я отвела взгляд, растерянно прикусив губу, с одной стороны хотелось забыть о том инциденте, а с другой — с кем-то поделиться.
— Тогда случилась стычка… он начал приставать ко мне, а друг заступился, за что поплатился жизнью, — на последних словах голос дрогнул, — тогда я впервые почувствовала, что больше ничего не боюсь, но чертовски хочу жить. И как-то само получилось. Было много крови, но я не останавливалась, хотела, чтобы он умер. Вспоминая те мгновения мне страшно от самой себя. Я была в отчаянии. Мозг словно затуманила пелена, не давая ясно мыслить.
— Я понимаю, о чем ты, у меня, да и у всех, кого знаю, такое происходит частенько. Но тебе больше не придется этого делать, я не отпущу тебя в то дикое общество, где женщина выживает таким способом. Среди нас такое невозможно. Именно женщина продолжает род, она его хранительница. А ваш вид еще и настолько совместим с нашим, что в это сложно поверить. Каждая секунда, вот так рядом с тобой — это блаженство, и для других тоже, не только я это чувствую. Даже насыщенность воздуха меняется. Тебя могут хотеть заполучить, выкрасть, держать рядом, но никто и никогда не посмеет навредить. Это немыслимо. Ты жила в по-настоящему диком обществе.
— Насколько я знаю, люди всегда были жестоки, но стало только хуже после вашего прихода. Откуда вы вообще взялись? Почему убиваете людей?
— Мы убиваем? Никто из нас не стал бы нападать первым. Мы не животные. А вот люди, обуреваемые страхом перед неизвестным, частенько портят жизнь нашему народу.
— Погоди…
Нежданно-негаданно снаружи послышались крики, беготня и возня. По просвечивающимся стенкам мелькали высокие тени, это уже был явно не Трой, прогуливающийся у палатки.
— Сиди здесь, — скомандовал Рем, хватая штаны, чтобы впрыгнуть в них за пару секунд и выскочить на улицу.
Я сидела тише воды ниже травы, чутко прислушиваясь к каждому звуку. А их было немного, лишь непонятная возня, шаги и чьи-то тихие предсмертные стоны. Безликие передвигались беззвучно — значит там был кто-то еще. Я волновалась и боялась, сгрызая ногти. У страха глаза велики, а я понятия не имела, что сейчас происходит снаружи.
Когда сзади послышался странный звук, спохватилась слишком поздно — кто-то схватил меня, грубо закрывая большой рукой рот, и вытянул наружу. К горлу был приставлен нож, и я застыла в ужасе, рассматривая огромную разрезанную дыру в задней части палатки, через которую меня и вытащили.
— Стоять, выродки! — рявкнул человек, совсем не деликатно сжимающий меня, — или я перережу глотку вашей суке! Уж движение рукой я сделать успею, пораню, а там видно будет, сможет ли пережить!
Вперед вышел взволнованный Рем в одних штанах, краем глаза заметила Элима, держащего за глотку еще одного человека навесу, как Терминатор, на земле валялись другие бессознательные люди, заросшие мужчины, одетые в грязные лохмотья.
Безликим понадобилось несколько минут, чтобы обезвредить группу людей, напавших на наш лагерь. Только не все предусмотрели. Видимо, этот выродок, взявший меня в заложницы, прятался где-то в сорняках, выжидая удачный момент.
— Не трогай ее, мы отпустим вас, — муж огляделся, замечая, что никого больше из людей кроме дикаря в сознании нет, — тебя отпустим, — проговорил Рем, голосом, охваченным паникой. Муж неотрывно смотрел на меня, и я видела, как трясутся у него руки.
— Если хоть волосок с ее головы упадет, я намотаю твои кишки на ближайший забор! — прорычал Тит.
От солнечного Тита я совсем не ожидала такой жесткости. Его лицо смотрелось совсем по-другому, даже скулы по-звериному заострились.
— Мы думали этот здесь один! — мужчина, схвативший меня, указал подбородком на Троя, под ногами которого тоже валялся человек, — думали, найдем еду или воду в палатке, мы не ели несколько дней! Я медленно отпущу ее и убегу, не преследуйте меня!
— Не будем, — кивнул Рем, подняв руки вверх, признавая поражение.
Мужчина быстро отдернул нож от моей шеи, толкнул вперед, где я была подхвачена Ремом, и дал деру в другую сторону.
Он был быстр, как ветер, вот только не успел дикарь забежать и за ближайший дом, как его тело охватила тьма, сжимая в тиски, словно мерцающей веревкой. Мужчина заорал не своим голосом, пытаясь выбраться из плена магии, но это лишь делало хуже — он стал на наших глазах истекать кровью, одежда рвалась, нетронутые участки покрывались уродливыми ожогами с волдырями.
— Стойте, вы же пообещали не трогать его! — занервничала я.
— А это не мы…
— Что же с ним происходит?! — прошептала я, пытаясь подойти ближе.
— Нет, не приближайся! — Тит оказался рядом, — это похоже на магию смерти — высшее колдовство тьмы, подвластное единицам!
Мужчина упал наземь, не подавая признаков жизни. Его тело было изувечено и уродливо, словно пробыло в плену садистов много месяцев или, как если бы он долго болел неизвестной болезнью, поразившей все участки тела.
К горлу подступила новая волна животного ужаса, я не могла отвести взгляд от безумной картины, хотя было больно от того, что вижу. Как в тот раз. Я смотрела на него, а видела того человека, которого убила собственными руками. Мелькали картинки, тьма вокруг сгущалась.
— Не смотри, — Рем отвернул меня, обнимая за плечи. — Собираемся, быстро! — скомандовал он остальным.
Очень скоро мы уже были в пути. Варт прибежал, когда мы уже в быстром темпе сложили все вещи и порезанную палатку в пространственный карман Тита, это заняло
