Читаем без скачивания Дело о таинственном наследстве - Татьяна Молчанова

А Наташа и не нашлась даже что и ответить. Просто щеки заалелись, и легкое это тепло было радостно…

Конечно, удивительны были отношения Наташи с Василием. И со стороны Василия больше даже, чем со стороны Натальи. Ведь известно, что женщины, в отличие от мужчин, гораздо чаще способны на настоящую, не омраченную любовными страданиями, искреннюю дружбу с противоположным полом. А вот мужчины… Блестящие глаза, ямочки на щеках, немного рискованный вырез платья быстро сменяют чувства дружеские на более глубокие и требовательные. Н-да… Однако дружба между Наташей и Васей сейчас была действительно спокойной и чистой. В Наташиной голове мысли определенного толка вообще не возникали. А Вася… Вася любовью к Наташе уже переболел. Был в его жизни мучительный год, когда он даже и не появлялся у Красковых. Такая близость к мыслям и чувствам его бывшей госпожи, к красоте и доверчивости Наташи не могла не вызвать в нем чувства. И Вася в этот год испил всю горечь запретной для него любви. Он не сходил с ума и не совершал безумных поступков. Он с полным осознанием того, что происходит, просто болел этой любовью. Болел ее невозможностью. Он никогда в жизни не признался бы никому в этом чувстве. К чему? Он холоп, она княжна. И все. С безумно тяжело дававшейся ему отрешенностью он наблюдал за сначала разрастающейся, а потом потихоньку уходящей болью в своей душе. За опустевшей и посеревшей в этот год своей жизнью. За тем, как почти не он, насильно возвращал краски деревьям, цветам, запах хлебу, а мыслям – радость. Он выздоровел. Его шрамы иногда болели, но в душе вместо боли воцарилась стойкая, несокрушимая нежность к Наташе. Он стал ее рыцарем, готовым в любой момент встать на защиту счастья своей госпожи…

Наташа, озабоченная сегодняшним днем, не замечала Васиного молчания и уже говорила, спеша:

– Как славно, что ты пришел! У меня новости есть!

И стала рассказывать о событиях сегодняшнего дня. Что графа, может быть, хотели отравить. Что из соседей пока одно только лицо вызывает подозрение – таинственный тетушкин гость, ее родственник Антон Иванович.

– Хотя не всех соседей еще удалось посетить. Так что…

– Да, может, и он… – Василий в свою очередь рассказал о второй встрече со странным господином в трактире. – Эх, жалко, вы этого Антона Ивановича хотя бы мельком не увидели! Сейчас бы портрет сравнили, и хоть что-то могло стать ясным. Давайте опишу вам господина, которого встречал я, а вы уж в голове на всякий случай портрет этот держите. Э… – Вася сосредоточился, вспоминая: – Телом он худ, однако лицо полноватое, лет за 50 ему будет. Иногда, когда боится чего или робеет, на старичка совсем похож становится. Все морщины разом проявляются и дребезжат так, если вы понимаете, о чем я… Когда же доволен, вроде как молодеет. Даже представительным кажется… Волосы у него густые, темные, в бакенбарды такого же цвета переходят. Глаза голубые с зеленцой, слезятся немного и беспокойные очень. Взгляд ему трудно на чем-то остановить, как будто мысли тревожные так в голове и хороводят. Кожа желтоватая, пальцы слегка искривлены. Воспаление суставов, наверное. Ногу одну как бы поджимает. Ну что еще – росту на голову меня ниже, среднего он роста…

Наташа даже зааплодировала тихонько:

– Вася, тебе бы в полиции работать! Прямо как живой этот господин перед глазами встал! Хорошо, буду искать такого. Если раньше не встретится, то на именинах уж точно все соберутся, по твоим приметам тогда и узнаем… Ну а там…

И друзья с прошедшимся по спинам холодком от этого «там» посмотрели друг на друга вопрошающе. Первой решилась сказать Наташа:

– Ну а там уже с доказательствами или к графу, или к тайному советнику. Нет, графу уже завтра все расскажу! Возможно, хоть на сей раз смеяться не будет, поверит. Кстати, Вася, что там с пистолетом? Этим-то граф как раз заинтересовался, хочет даже знакомиться с тобой.

– Весьма польщен! – улыбнулся Василий. – Как раз сегодня небольшой опыт проведу. Тогда смогу что-то графу сказать, и… – Он чуть помедлил: – И познакомимся… – Вася уже предвидел, что знакомство это будет для него не совсем радостным. Но все происходит так, как должно. Главное, чтобы Наташа была счастлива. А она уже счастлива одной мыслью о нем. Это видно. И это главное…

Наташа, вооружившись карандашом и поглядев для вдохновения на небо, принялась быстро писать в захваченном с собой дневнике:

1. С графом постоянно происходят какие-то загадочные несчастные случаи:

– плохо подкованная лошадь,

– самовзорвавшийся пистолет,

– грибы.

– Да, – пробормотала Наташа, – вот хотела же книжку в городе раздобыть про яды там всякие и их действие: может, про грибы что понятнее бы стало. А то доктор только сомневается: то странно ему все кажется, то, может, и вправду мухомор попался. Толком ничего сказать не может!

– Наташа, – заглянул в дневник Вася. – А плохо подкованная лошадь – это что?

– Ах да, – смутилась та, – ты же не знаешь! Извини, я тебе сразу не рассказала, – и, наклонившись к другу и помогая себе жестами, быстро заговорила.

– Хм! – выслушав ее, только и сказал Василий.

Помедлив, не скажет ли он чего-нибудь еще, Наташа опять взялась за карандаш и дневник.

2. За графом числится какой-то загадочный карточный долг.

– Да, княжна, вы, оказывается, многого мне не рассказываете… – Васина голова опять висела над дневником.

– Ой, Вася, долго рассказывать, да и вообще со всем остальным это никак, скорее всего, не связано. Это совсем другое. Я потом тебе объясню, если не вычеркну.

– Гм! – Сегодня юноша был очень лаконичен.

Наташа, опасливо на него взглянув, продолжила:

3. В доме Феофаны Ивановны живет ее родственник, Антон Иванович. Тетушке он не нравится. Возможно, что он и загадочный рубщик мебели – это один и тот же человек. И он что-то ищет. Находка эта, видимо, должна быть небольшой и находиться в мебели.

– Васенька! – От пришедшей вдруг в голову совершенно очевидной мысли голос Наташин дал петуха. – Но ведь получается, если рубщик мебели и Антон Иванович – это одно и то же лицо, значит, он же и старьевщик! Помнишь, мы думали, что старьевщик, это человек не нанятый, а сам знающий какую-то тайну про чайный столик. Он же так переживал, ничего не найдя. Значит, цепочка у нас получается: старьевщик – он же рубщик мебели – он же барин, посещающий городской трактир, – все это, возможно, один человек – Антон Иванович? Так ведь, а? Эх, если бы застать его где-нибудь! До именин еще сколько времени пройдет, а вдруг что-нибудь нехорошее случится! Вася, ты обязательно должен быть на именинах! Ведь будешь? Нам непременно надо узнать этого человека! Это сейчас самое важное!

Удивившись, почему Вася никак не реагирует на ее слова, Наташа подняла глаза на друга. Лицо Васино было очень бледным. Ногу он уже опустил и теперь осторожно пытался ее растереть.

– Васенька, что с тобой? – испугалась Наташа.

– Да ничего, барышня, пройдет, – криво, видимо от боли, улыбнулся тот. – Вот только насчет именин ваших я теперь не уверен. Знаю я эти ушибы! Второй-третий день самый худший приходится. Так что вы уж не обессудьте, если придется день-два без меня…

– Да-да, Вася, конечно, тебе хорошо полежать бы… Думаю, что ничего не случится… Я, в конце концов, или графа, или Феофану про Антона Ивановича расспрошу. Да и сама по твоему описанию хоть где узнаю…

Наташа опять взялась за карандаш и продолжила.

Что следует сделать:

1. Еще раз поговорить с графом. Ну сколько можно быть таким несерьезным!

2. Если будет возможность, последить за подозрительным Антоном Ивановичем, он этот старьевщик или не он? И вообще следует за ним последить…

3. Рассказать обо всем обнаруженном тайному советнику или доктору, ежели граф опять смеяться будет.

Составив этот список, она вздохнула и покачала головой.

– Знаешь, Вася, все, что происходит, так странно выглядит… Немного неправдоподобно, тебе не кажется? Как будто из книжки взято. И получается, что мы ничего толком не знаем, одни догадки. И Митрофан мог неправду сказать о подкованной лошади. Ведь ему надо как-то оправдаться. С пистолетом тоже неясно… Никого не убило, не покалечило, вроде все хорошо… Грибы… даже доктор, и то до конца не уверен в своих словах… Да… Что, Вася, думаешь, а?

Вася молчал, поэтому Наташа продолжала:

– Давай тогда действовать так, как решили. Рубка мебели должна графа непременно заинтересовать. Думаю, ему будет интересно эту тайну с нашей помощью разгадать. Ну а там посмотрим, какие тайны эта тайна за собой потянет… – вздохнула Наташа и захлопнула дневник. Невесело посмотрела на друга: – Как-то мне неспокойно, Васенька, что-то ведь происходит, а мы как котята слепые… даже страшно немного.

«Шшшшшшшш», – согласно зашелестел листьями ветер…