— Покажи мне карту еще раз.
Ева подошла ближе к экрану.
— Это её ежедневный маршрут. Из дома на утренние занятия. Затем из студии на работу, если в этот день её смена. Снова на занятия, опять на работу или на пробы. Вечерние занятия трижды в неделю и четыре ночные смены на работе.
— Постоянный посетитель ресторана, — предположил Рорк. — Кто-то, кого она часто обслуживала.
Ева кивнула в ответ.
— Возможно. Наиболее вероятно, что это был кто-то знакомый. Кто-то, способный заманить её в нужное место. Не вызывает таких затруднений, как при насильственном похищении. У него должно быть место. Под землёй. Цокольный этаж или подвал.
— Подземка, как таковая, — прокомментировал Рорк. — под улицами есть места, где никто не обратит внимания на страдающую, кричащую, зовущую на помощь женщину.
— Слишком много, — согласилась Ева. — Но это слишком рискованно. Её могут у тебя забрать. Это должна быть частная собственность, — вновь сказала она. — Ты можешь найти чертежи этого здания, танцевальной школы?
Его ответом был лишь пристальный взгляд, и Ева округлила глаза.
— Ну давай, покрасуйся. И мне нужны данные на их дядю, Сашу Корчева.
— У меня есть более полная информация и на Наталью Баринову.
— Это мужчина. Начни сначала с него.
Милый. Так Рорк описал парня, с которым работала Беата и его соседей по комнате. Такое же слово приходило в голову с Сашей. Мечтательные глаза, это она помнила — немного напоминало Денниса Миру — и даже его фото с документов показывало то же самое, и ещё мягкую улыбку.
Но на найденных Рорком изображениях из периода до аварии, стоившей Корчеву карьеры и возлюбленной, был подвижный, сильный, страстный мужчина. Прыгающий, изгибающий длинное, стройное мускулистое, облаченное в костюмы для выступлений тело на сцене. Копна угольно-чёрных волос, огонь в глазах.
— Как же ты потерял это? — пробормотала Ева. — Потерял свою энергию, страсть, необузданность. Это должно быть как смерть: твоя или близкого человека. Что-то ломается, не просто нога или рука. Что-то внутри тебя крошится, но не ступня или рёбра.
«Как вы боретесь со злостью?» — это она спрашивала у Лопеза о выживших, о семьях, близкие которых были убиты.
— У тебя однажды отобрали значок, — напомнил Рорк. — Что это сделало с тобой?
— Уничтожило меня. На время. Лишило меня того, кем я было. Но у меня был ты, чтобы помочь мне собраться с силами и я смогла вернуть значок. Он потерял свою женщину. Свою женщину, — повторила она. — Танцовщица. И, посмотри, они исполняли вместе балет «Дьявол». И дьявол был его главной ролью. Сукин сын. Я должна была это заметить.
— У здания есть подвал, — сообщил ей Рорк. — Его длина и ширина совпадают с размерами здания и в нём множество комнат, которые, согласно планам, используются как склады или технические помещения.
— Кому принадлежит здание?
— Забавно, что ты спрашиваешь. Ему. Корчев накопил приличную сумму за свою карьеру, а после аварии получил хорошую компенсацию.
— У него нет записей. Только если они не спрятаны. Никакого криминала.
— Деньги могут сгладить многое.
— Ага, — Ева наклонила голову набок и посмотрела на Рорка. — Могут. Но обычно можно что-то найти в СМИ. Домыслы, слухи. Человека могут не обвинить, но он будет виновен.
— Я посмотрю, что смогу найти, но, полагаю, он не давал интервью и не появлялся на публике после аварии.
— Он спрятался в подвале, — пробормотала Ева. — Фигурально. Потерял всё, что было ему дорого. Его сестра бросила дом и, возможно, карьеру, чтобы приехать с ним сюда, взяв малолетнего сына. Мечтательные глаза, — вспомнила Ева. — Лекарства? Судя по медицинским записям у него множество повреждений после аварии, таких, когда говорят, что чудом выжил. Должно быть, это чертовски больно.
«И это не просто физическая боль», — решила Ева, вспомнив о том, как она потеряла значок. «Это куда больнее».
— Он сидит в этой студии и играет музыку, чтобы другие могли танцевать. Чтобы могла танцевать красивая молодая девушка, такого же возраста и телосложения, как та, которую он любил, да и цвет волос у них одинаковый. И она должна была исполнять ту же роль, но уже с его племянником.
— Это разозлило бы его, расстроило? Они едут в Вегас, — произнесла Ева, когда в голове что-то словно щелкнуло. Наталья сказала, они едут в Лас-Вегас, чтобы танцевать в кабаре. Может, Беата была не первой?
Ева направилась к вспомогательному компьютеру и запустила поиск пропавших без вести: девушки такой же возрастной группы, связанные с балетом.
— Есть кое-какие домыслы и слухи, относящиеся к молодости Саши Корчева и его темпераменту. Разносит сцену на репетициях, ругается с другими танцорами — совершенно ничего удивительного, — добавил Рорк. — Кроме того, упоминания о безумных вечеринках и разгромленных гостиничных номерах и прочее. Это было до его встречи с Ариалой Нуренски. Она, и это здесь подчеркнуто, стала бальзамом для его измученной души и прочие романтические аналогии. Она изменила, успокоила и вдохновила его. Они должны были пожениться через две недели, когда случилась авария и Ариала погибла.
— Ванесса Ворвич, двадцать два года, последний раз её видели выходящей из кафе, чтобы идти на прослушивание в школу искусств в Вэст-Сайде. Она должна была танцевать Ангела в их осенней премьере — как раз, как Беата. Это случилось два года назад. И есть ещё, — Ева посмотрела на Рорка. — Мне нужна перекрёстная проверка, чтобы найти связь со школой, Бариновыми или ролью.
— Перешли мне список. Я возьму половину.
Ева отправила данные на его компьютер.
— Рорк, если это он похищал этих девушек, удерживал их запертыми в подвале, то он и есть Дьявол.
Они нашли восьмерых.
Глава 9
Это уже не барбекю на заднем дворе, но список приглашенных почти совпадал. В конференц-зале Центрального управления Ева рассказывала о полученных данных.
— Девять женщин за последние двадцать три года, — начала она, — которые на момент исчезновения были прямо или косвенно связаны с этой школой или балетом. Всем им около двадцати пяти лет, темные волосы, худощавые. Также все они занимались танцами и исчезли без весомых причин.
Ева повернулась к изображениям на экране.
— В некоторых случаях жертвы поговаривали о том, чтобы покинуть город, в большинстве случаев из их квартир исчезли личные вещи, как если бы жертвы и правда уехали.
— Девять жертв, если считать Беату Варга и жертву убийства, которым ты занимаешься. — Капитан Уитни изучал доску, на которую Ева поместила фотографии пропавших.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
