с Григорием. Пальцы на секунду зависают над экраном.
«Привет. Готова обсудить проект».
Отправляю.
Ответ прилетает почти сразу.
«Доброе утро. Уже?»
Невольно усмехаюсь.
«Да».
Пауза.
«Тогда давай не по телефону. Пообедаем?»
«Только не там, где вчера».
«Согласен. На час в Аделаиде».
«Хорошо».
Снова оплачиваю номер, но надо что-то думать с проживанием, вечно я тут торчать не смогу. Нужно выгнать лису из нашей избушки, построенной на деньги моего отца. Да, пусть Привалов вкладывал силы, но основу ему дал именно бизнес Епифановых. Надеюсь, адвокат, которого дала Алёна, хорош, потому что ему придётся бодаться со Львом, а он та ещё акула.
Добираюсь до места в назначенный срок. Тут спокойно и уютно. Панорамные окна, много воздуха, тихая музыка. Никто не орёт, не дерётся, не выясняет отношения и, надеюсь, не появится с телефоном, чтобы нарушать моё личное пространство.
Валерия Анхелевна ничего не писала, наверное, нужно больше времени, пока не буду надоедать, времени прошло мало, а вот нервов потрачено уже много.
Григорий уже за столом. Поднимается, как только подхожу, целует в обе щёки, как старую знакомую, а я сразу добываю из сумки блокнот и ручку.
Разворачиваю лист, на котором уже есть наброски.
- Это не будет классическая реклама с девушкой на капоте, - начинаю, проводя линию.
- Так, стоп, - кладёт ладонь поверх бумаги. – Сперва еда, потом работа. Что ты будешь?
Глава 24
Выбираю борщ, салат и чай с блинчиками. Немного обсуждаем вчерашнее, а потом Григорий рассказывает о своих путешествиях. Оказывается, он посетил больше пятидесяти стран, и это невероятно интересно и увлекательно.
- Но самая странная история случилась со мной в Исландии, - говорит он, откидываясь на спинку стула и делая глоток кофе.
- Звучит многообещающе, - улыбаюсь, подперев подбородок рукой. Даже забыла, что мы тут не просто для общения.
- Я туда поехал зимой. Сама понимаешь - снег, ветер, пустота. Красиво, но ощущение, будто ты на другой планете. Взял машину и решил прокатиться подальше от города. Хотел увидеть северное сияние не с экскурсионной толпой, а один.
- Романтик, - тихо замечаю.
- Скорее упрямый идиот, - усмехается он. - Потому что через пару часов началась метель. Такая, что дорогу не видно вообще.
- И что ты сделал?
- Сначала - как нормальный человек - запаниковал, - честно отвечает он. - Потом понял: если буду метаться, то просто слечу с дороги. Остановился, заглушил двигатель. Сижу. Тишина. Только ветер машину качает.
- Жуть…
- Самое интересное дальше, - чуть склоняет голову. - В какой-то момент сквозь снег вижу свет. Думаю: всё, галлюцинации пошли. Но нет - реально свет. Подъезжает какая-то старая машина, чуть ли не разваливается на ходу.
- Спасение?
- Типа того. Из неё выходит мужик лет шестидесяти. Вязаная шапка, борода, как у викинга, и спокойный такой, будто каждый день людей из метели вытаскивает.
- Может, так и есть, - пожимаю плечами.
- Может, - соглашается он. - Подходит ко мне, стучит в окно. Я открываю, а он говорит: «Ты либо сейчас едешь за мной, либо остаёшься здесь до утра. И не факт, что проснёшься».
- Очень обнадёживающе, - хмыкаю.
- Зато честно, - усмехается Григорий. - Я, конечно, поехал за ним. Еле вижу его задние фары, держусь на расстоянии. Минут двадцать едем, и вдруг он сворачивает куда-то в сторону, вообще с дороги.
- И ты за ним?!
- А у меня выбор был? - поднимает бровь. - Либо за странным мужиком в никуда, либо одному в метели.
- Логично.
- В итоге он привёл меня к какому-то дому. Вокруг ничего. Просто дом посреди снежной пустоты.
Я слушаю, забывая про еду.
- Он меня туда завёл, дал горячий чай, какую-то рыбу, сказал: «Переночуешь здесь». И ушёл.
- В смысле - ушёл?
- В прямом. Сел в свою развалюху и уехал обратно в метель.
- Ты остался один?!
- Да, - спокойно кивает он. - И вот тут началась самая странная часть.
- Ну конечно, - тихо смеюсь. - А до этого всё было нормально.
- Дом был как будто нежилой, - продолжает он. - Чисто, аккуратно, но ощущение, что там давно никто не живёт. Ни фотографий, ни вещей. Только кровать, стол, печка.
- И ты там спал?
- А куда деваться. Заснул. А утром проснулся - солнце, тишина, никакой метели.
- И мужчина?
- Ни мужика, ни машины, - качает он головой. - Я вышел на улицу и понял, что стою почти у основной дороги в пяти минутах езды.
- И ты его больше не видел?
- Нет. И дом этот, кстати, тоже потом не нашёл.
Смотрю на него внимательно.
- Ты сейчас серьёзно?
- Абсолютно, - кивает он. - Можешь считать, что меня спас исландский призрак или очень уставший фермер, который не любит гостей.
Несколько секунд молчу, переваривая.
- Знаешь, - наконец говорю, - после того, что происходит в моей жизни, история про призрака-спасителя уже не кажется такой странной.
Глава 25
Сидим в ресторане уже около часа, и я, наконец, перехожу к сути рекламы.
- Вообще забудь про «девушка + капот = красиво.
- Уже нравится, - усмехается он.
- Мы пойдём от эмоции, - продолжаю. - Сюжет: ночь, город, дождь. Пустые улицы. Камера идёт за машиной, но мы не сразу её показываем полностью. Только детали: фары, отражение в лужах, руки на руле.
Рисую схематично кадры.
- Главная героиня - не просто «модель». Она как будто убегает от чего-то или от кого-то.
Григорий чуть наклоняется ближе.
- Интрига.
- Да. Мы не объясняем сразу. Только намёки. Звонящий телефон, который она сбрасывает. Сообщения, которые она не читает.
На секунду замираю. Слишком знакомо, но продолжаю.
- Потом - резкий поворот. Она выезжает за город. И там уже тишина. Рассвет. И вот только там мы впервые показываем машину полностью.
Обвожу прямоугольник на листе.
- Не как предмет роскоши. А как способ вырваться.
- Свобода, - тихо говорит он, поднимает он брови.
- Именно, - киваю. - И финал: она выходит из машины, смотрит на горизонт и впервые за весь ролик улыбается. И надпись – «Ты не убегаешь. Ты выбираешь себя»
Замолкаю.
Григорий не перебивает. Смотрит на рисунки, потом на меня.
- Это не про машины, -
