Иски до десяти тысяч рублей от Управления коммунального хозяйства за повреждение двух поливальных машин и еще на четыре тысячи от «СевТранса» даже и рассматривать не будем как несущественные. Ах да, существенно повреждено здание полицейского управления Фрунзенского района Санкт-Петербурга. Это только те, кто уже успел подать прошения. Скорее всего, сумма ущерба увеличится. Честно говоря, не удивлюсь, если кратно. Имеете что добавить?
– Ольга как? – устало спросил Матвей, которого все последствия после очередных суток допросов оставляли, мягко говоря, равнодушным. Кроме одного. Вернее сказать, одной. Все-таки за девушку он чувствовал некую ответственность. Очень не хотелось бы, чтобы она пострадала.
– Сейчас обследуют. – Взгляд хозяина кабинета скользнул по юноше, лишь на миг отразив хоть какие-то эмоции, но уже через мгновение истинные чувства вновь были надежно спрятаны за создаваемым много лет эмоциональным щитом. – Скорее всего, просто перегорела. Атаку на вас сопровождало ментальное воздействие высокого порядка. Около четырех баллов по Линденманну. Еще четверку составила физическая атака в аспекте Воды.
Ого! Впору загордиться собой! Отбить две четырехбаллки – это надо уметь, да еще и от воды огнем прикрыться. Серьезно. До этого момента Матвею приходилось выдерживать только учебные субъединичные атаки, да одно покушение после древней истории с его срывом оценили в 1,2 балла в аспекте воздуха (род одного из пострадавших от его действий учеников постарался). Тогда он, кстати, около месяца в госпитале погостил. Естественно, после того, как реанимационная бригада буквально вытащила его с того света. А тут две разом. Четверки…
– Никита Владимирович, – чуть справившись с огромным количеством вопросов, почти спокойно уточнил он, – вы уверены?
Князь лишь пожал плечами, словно бы имея в виду, что он никогда не произносит слов, в которых не уверен.
– Матвей Александрович, – протянул только что прибывший в кабинет его непосредственный начальник Андрей Иванович Ефимовский, – это данные объективного контроля. Как вы знаете, любое здание службы государевой оснащается…
– …детекторами Линденманна, – закончил молодой человек, принимая объяснение.
Логично, тогда сила атаки должна быть вычислена с большой точностью. Так что две четверочки он выдержал. Что, впрочем, никак не делало уже круг его вопросов.
– Свободны, внештатный канцелярист, – отдал распоряжение Михалков. – И, Матвей Александрович, до конца рабочего дня извольте не покидать здание. Вы можете понадобиться представителям Службы дознания, если у них появятся какие-либо вопросы.
Дождавшись, когда за молодым человеком, которому огромных усилий стоило сохранить лицо непроницаемым, закроется дверь, Ефимовский коротко рассмеялся:
– Интересного ты мне сотрудничка сплавил, Никита Владимирович. – Имя старого приятеля его зам произнес четко, раздельно, легонько «поперчив» щепоткой едва заметной иронии.
– Не говори, – спокойно согласился князь. – Но ведь и детишки, похоже, на правильном пути. Нащупали ниточку, а? Мои аналитики, изучив стенограммы допросов Матвея, дают около восьмидесяти процентов, что ниточка ведет к Кавалергардскому полку, но при этом с большой долей вероятности выводят из круга основных фигурантов князя Волоконского.
Ефимовский удивленно поднял левую бровь. Этот жест у него получился исключительно удачным, не зря же он столько времени в свои годы уделил постановке мимики.
– Сомнение вызывает только скорость и качество организации атаки, – правильно расшифровал невербальный посыл своего подчиненного Никита Владимирович. – Кстати, не напомнишь, сколько у нас адептов Воды на данный момент в городе и сколько из них могут выдать четверочку? Да плюс совместить стихийную атаку с сильнейшим ментальным ударом?
Ефимовский на пару минут задумался, пару раз отправил какие-то запросы со своего телефона и, изучив ответы, вздохнул:
– Англичанка снова гадит?
– Не обязательно… – Хозяин кабинета пожал плечами, а ручка в его пальцах начала вращаться еще быстрее. – Однако явно кто-то из европейских экселенцев здесь отметился.
Зам хозяина кабинета только кивнул, что-то для себя отметив.
– А у вас есть такой же, но немецкий? – протянул Ефимовский, явно вспоминая что-то, и после театральной паузы закончил: – Жаль, будем искать!
– Ищи-ищи, а я Саше позвоню, – задумчиво произнес Михалков. – Пора подключать его опричников и военную разведку.
Ефимовский застыл на секунду, после чего медленно кивнул. Его старый приятель потому и занимает свое место, что всегда мог разглядеть серьезную угрозу гораздо раньше, чем она постучится непосредственно в дверь государства Российского. Тот факт, что Михалков решил обратиться напрямую к императору, говорил людям понимающим о многом.
– Так, а Службу дознания отправь-таки к своему сотрудничку, пусть устроят потогонную часов на шесть, – неожиданно встрепенулся хозяин кабинета.
Второе поднятие брови Ефимовского за один разговор случалось редко. Мало что могло его удивить настолько, чтобы он повторно за одну беседу прибег к столь сильному выражению своего недоумения.
– Да, я говорил, что ребятки справляются, – опять без труда расшифровал его мимику князь. – Вот только парень твой выдержал сдвоенную четверочку, а учитывая его познания в иных аспектах Воды… Нам нужно очень крепко приучить его к ответственности за свои действия.
Ефимовский вдруг почувствовал себя неуютно. Веселящийся без руля и ветрил потенциальный повелитель или, не приведи Всевышний, абсолют на улицах Санкт-Петербурга…
– Работу с Ольгой мы, естественно, прекращаем, – объявил он, чтобы отвлечься от неприятных мыслей и воспоминаний (правда, с нарезки слетел «всего лишь» воевода, но и тогда потери были… ощутимыми!). – Полагаю, ей лучше пока отбыть в родовое…
– Нет, – последовал короткий ответ. – Глава Демидовых ясно дал понять, что заинтересован в продолжении работы своей внучки с Матвеем. Так что поднимай психологов и… Ну, ты знаешь…
Ефимовский подумал мгновение и, молча кивнув начальнику, покинул кабинет. Мысли о том, что глава рода обязан в первую очередь думать об его усилении, а внучка, в случае чего, у него не единственная, он оставил при себе. В конце концов, его задача сейчас сделать так, чтобы Матвей не вышел из-под контроля Российской империи, а не думать о его гипотетических детях, хотя мысль о родовом союзе Воронцовых и Демидовых в разрезе пользы для Отечества была достаточно интересной. Сейчас патриархи друг друга на дух не переносят, но ведь они не вечны, верно?
А что делать, он действительно знал. Уже сегодня на стол императора ляжет папочка с единственным личным делом для утверждения передачи отделу ликвидаторов, подготовленных для одной цели – избавление государства от вышедших из-под контроля империи одаренных уровня «воевода» и выше. Нелегкие времена теперь ждут внештатного канцеляриста
Матвея Александровича Воронцова. Постоянные проверки на лояльность государству теперь станут основным хлебом целой команды мозгоправов, а малейшее сомнение… Лучше лишиться потенциального (пусть даже у Матвея, едва взявшего уровень гридя, добраться до высших уровней шансов немного, но… они есть) абсолюта, чем разгребать иные последствия его нелояльности.
Матвей же пока пребывал в счастливом неведении относительно всех телодвижений в отношении столь дорогой ему собственной тушки. Он второй
