Это поразительное нежелание богатых и влиятельных соотечественников заниматься собственной страной давно стало полноправным пунктом в перечне прочих странностей «загадочной русской души». Кажется, если им предложат взойти на эшафот или что-то построить и создать в России и для России, они не раздумывая выберут первое. Экономисты и психологи во всём мире ломают головы, что за причуда такая, почему русские чиновники и крупные предприниматели выводят миллиарды долларов из отечественной экономики через липовые фирмы, открывая вклады в европейских банках и скупая недвижимость за рубежом? Для чего? Нанимают на работу выходцев из беднейших стран мира, объясняя это дешевизной приезжей рабочей силы в отличие от «зажравшихся» соотечественников. И не замечают, что в Европе к таким странам относится уже и сама Россия, что дешёвый наёмный труд – это, как правило, отсутствие квалификации, то есть без качества выполненных работ, которое просто не с кого спрашивать. Миф о нетребовательности гастарбайтеров так раздут, что они выступают чуть ли не жертвами злобных русских бездельников, которые сами не хотят заниматься тяжёлым физическим трудом. Ложь, рассчитанная на безграмотность и безразличие уставшего коренного населения. Тем не менее, выходец из Средней Азии на стройке в Москве в начале века получал двадцать-тридцать тысяч рублей, тогда как средняя зарплата по России составляла пять тысяч рублей даже у квалифицированных работников, людей с профильным образованием. Хорошо помню передачу в конце девяностых, где журналисты и общественные деятели плакали, как мало платят дворникам-киргизам в Москве, «всего-то пять тысяч рублей». Когда инженер в Петербурге получал две тысячи, квалифицированный рабочий – полторы, технолог – семьсот рублей. Россияне теряли дар речи, когда слышали такие «рыдания». В российской глубинке гастарбайтеров нет, их там некому нанимать, у населения нет денег, да и строительства никакого не ведётся. Дворники и грузчики все русские, работают за копейки. В то время как гастарбайтеры вывозят и переводят деньги из России себе домой, а это миллиарды долларов. Например, в Таджикистане денежные переводы мигрантов, работающих в России, составляют 48 процентов ВВП страны, это самый высокий показатель в мире.
На Руси испокон веков бормочут о каком-то мировом заговоре против их «горячо обожаемой» Родины, в которой сами авторы этих обвинений не живут и никому не желают. Да ни одному лазутчику или оппозиционеру не по зубам провернуть «на законных основаниях» такие глобальные финансовые операции по выведению крупнейших предприятий из строя, по развалу и сворачиванию целых отраслей, по разгону специалистов и разбазариванию трудовых ресурсов! Чтобы вырученные деньги тут же положить в швейцарский банк, естественно. Они вкладывают деньги за нефть и газ в чужую экономику, объясняя, что «в этой России нет хорошей банковской системы, в любой момент любые сбережения могут лопнуть». Так создайте эту систему, на то вы и влиятельные люди! В США и Швейцарии она не сама собой возникла – люди её создавали, власть, управление. Но похоже, что у них и мысли такой нет. Они точно так же заявляют, что в России нет «интересной» недвижимости за пределами столицы, даже не догадываясь, что её можно было бы создать. Причина в том, что они не считают себя властью, а ощущают какими-то мелкими щипачами, которым выпала возможность слегка пощипать бюджет и казну, так чего ж не воспользоваться. Главное, вовремя смыться. За бугор, ага, туда. Там для этого всё готово. Русские богачи скупают Лазурное побережье и целые улицы Нью-Йорка – такие заголовки уже перестали быть сенсационными. Они стали нормой. Построить такую улицу в родном Урюпинске – не-а, не катит. Да что там построить – уже находятся русские градоначальники, которые… не живут в родных городах, что возглавляют. Всё по той же причине: «В этой дыре жить невозможно». Сделать из «дыры» уютный комфортабельный город с привлекательными условиями жизни – руки не доходят, да и вообще оно мне надо, когда в Европе уже есть готовые для этого города. Проще туда уехать и семью увезти.
Нет ни одной другой нации на планете, ни одной популяции в животном мире, которая бы так странно себя вела: выкладывала ресурсы из своего ареала в чужую среду обитания, словно бы желая её задобрить или даже шокировать нездоровой щедростью. Именно поэтому в показной русской моде сорить деньгами за бугром всегда проглядывает некая пришибленность и ущербность. При этом нет ни одной нации, которая с таким остервенением вела бы разговоры о своём патриотизме и вопила о любви к Родине. Нигде вы не найдёте такого, чтобы американские политики жили за пределами США, чтобы испанский депутат или мэр Парижа прикупил себе огородик под Самарой и проводил там львиную долю своего рабочего времени. Но депутаты из Сибири или чиновники с Волги, безвылазно живущие в той же Испании или под Парижем на деньги российских налогоплательщиков, давно стали обычным явлением, которому никто не удивляется. Чего они там делают, эти перелётные птицы, эти Иваны, родства не помнящие? Они там живут! Потому что, видите ли, «в этой дыре России» нормально жить невозможно. Их же стараниями.
С другой стороны, такое поведение вполне объяснимо, если учесть, что эти люди стали богаты воровским путём. Такое стихийное обогащение было возможно только с помощью нарушения закона и при поддержке… со стороны закона. И не бывает, чтобы вор украденные средства потратил на обустройство жизни ограбленных. Это противоречило бы самой логике воровства и психологии преступника. Именно поэтому у нас так трудно выбить хотя бы косметический ремонт подъездов или запуск автобуса для школьников, вынужденных ходить в школу за десять километров через лес. Разграбившие целый город деятели не выделят и копейки на такую галиматью. Они будут изображать боль за Отечество, морщить оплывшую от обжорства и пьянки рожу, ныть и причитать, как они устали от этих зашкаливающих капризов какого-то быдла, вообразившего себя людьми. Им в самом деле некогда, потому что надо лететь в Болгарию, где они собираются прикупить симпатичный коттедж на побережье, а потом их ждёт «рабочая поездка» в Финляндию, где… А тут эти холопы, мать их, бормочут что-то о ремонте каких-то обваливающихся потолков! Жили вы при них и дальше проживёте, если это вообще можно жизнью назвать. У вас всю дорогу если не потолки осыпаются, то полы проваливаются или асфальт под ногами крошится. Мы чем виноваты, что вы так ходите? Ох, дикая страна! За что, Господи, за какие такие грехи нас сюда закинуло?
Человек, ставший миллиардером на развале и распродаже нескольких промышленных предприятий, на обмане десятков тысяч земляков, оставшихся без работы и зарплаты, не будет ничего для них делать. Не для того он воровал и дрожал как лист осиновый, как бы не спалиться, не для того нервную систему расходовал и валидол глотал, запивая водкой. Ему дешевле и проще вывести деньги и ценности из «этой помойки», выслать всех, кто ещё дорог, чем попытаться из устроенной им помойки сделать оазис. Это в самом деле противоречит всякой логике: восстанавливать то, что было тобой же умышленно разорено и разрушено только что.
Но у нашего Авторитета свои все были здесь. И он всё чаще приходил к странной для себя мысли, что ему не всё равно, какая жизнь здесь царит сегодня и какой она будет завтра. Ему надо обустраивать жизненное пространство для своих детей. И ни где-нибудь, а вот здесь. Не в Европу везти на всё готовое, созданное кем-то другим, а создавать приемлемые условия жизни самому. Здесь, где царит такой упадок, что от безысходности пачками спиваются здоровые и сильные мужики, а бабы превращаются в бесполую тяговую силу. Его дочь одно время училась в Петербурге, но потом решила, что хочет жить и работать в родном городе. Авторитета это в какой-то степени напугало, потому что наш город на его взгляд не был предназначен для жизни.
– Зато у нас жить интереснее, – объяснила ему дочь. – Живёшь и не знаешь, чем всё кончится. А неизвестность всегда лучше, потому что есть надежда, что всё будет хорошо. Жизнь в большом городе беспокойная и нервная, а наша успокаивает и разгоняет мрачные мысли. В мегаполисе существует множество сообществ, и каждый человек вращается в своём кругу, имеет обязанности перед ним. Времени не остаётся даже на родственников. Сосед не знает соседа, жители одного подъезда имеют самые смутные представления об обитателях соседнего. А я знаю почти всех поимённо, кто живёт рядом, кто чем занимается. И меня все знают!
– Давай, я тебя в Англию отправлю учиться, – предлагал ей Авторитет, – раз в Питере не хочешь.
– Нет! – топнула она ножкой. – Папка, ты меня не слушаешь!
– Слушаю тебя внимательно…
– Не слушаешь! Ты до сих пор считаешь меня птенчиком, который расчирикался не по делу, а я хочу жить здесь.
