– Я не знаю, но он истекает кровью.
– Я сейчас вызову 911. – После короткого разговора с оператором Вики поставила телефон на громкую связь.
Каждое движение казалось Мигелю словно снятым замедленной съемкой, и он боролся с нахлынувшими воспоминаниями. Все инстинкты врача и целителя были включены, но вид Карлоса на полу едва не парализовал его. Сцена была ему так знакома, что вызывала боль, и в памяти возникала та ночь, которая изменила всю его жизнь.
– Осмотрите его? – спросила Вики и натянула пару медицинских перчаток.
Карлос напоминал Мигелю его брата. До сегодняшнего дня он этого не сознавал. Глядеть на Карлоса было все равно что глядеть на Эмилио, снова умирающего у него на руках. Он потянулся к рубашке юноши, его руки тряслись.
– Мигель?! Мигель! – Вики потрясла его за руку. – То, что происходит с вами сейчас, нужно отставить в сторону. Мы должны сосредоточиться на Карлосе.
Звук ее голоса вернул Мигеля из прошлого, и огромным усилием воли он отогнал образ умирающего брата. Вики потянулась и задрала рубашку Карлоса, чтобы осмотреть его рану.
Глава 9
Вид ножа, ранившего Карлоса под левое ребро, заставил Мигеля действовать. Это была та же самая рана – повыше пупка.
– Черт возьми. – Кровь из глубокой раны была плохим признаком. – Рана глубокая, возможно, задета селезенка. – Одно это уже угрожало жизни.
– Я привезу каталку. – Вики бросилась в травматологию. – Все, что нам нужно, здесь есть. Мы спасем его, Мигель. Мы спасем его.
Несмотря на ее уверенный тон, он услышал дрожь в голосе. Она была так же не уверена, как и он.
– Поставьте ему две капельницы. Ему нужна кровь. – Он потянулся, распахнул шкаф и взял из него перевязочные средства. Наложить тугую повязку на рану – не решение проблемы, когда рана такая глубокая и, возможно, задета селезенка, но он должен был что-то сделать. Черт побери, они так мало могли сделать.
– Приготовлю еще кислород, – сказала Вики, не сводя глаз с капельницы, иглу которой она уже вводила в правую руку Карлоса. В одну секунду капельница заработала, и Вики потянулась к левой руке, чтобы поставить вторую. Затем она сделала паузу, в ее глазах светилась надежда. – Может быть, наложить тампон? Это должно помочь.
– Тампон? – Мигель нахмурился, ошарашенный.
– Я читала, что моряки используют их для перевязки в бою.
В ту же секунду Мигель понял совершенно ясно, к чему она клонит. Введение тампона глубоко в рану вызовет внутреннее давление, которое может ослабить кровотечение и впитать некоторое количество крови.
– У вас есть тампоны?
– В моей сумке. – Она поставила вторую капельницу.
Мигель схватил ее сумку, перевернул и вытряхнул из нее все. Он взял три тампона, которые оказались сверху.
– Вам придется сделать это. Я ни разу этого не делал.
Без слов Вики распаковала тампоны. Ловкими пальцами она ввела тампон в рану.
– Идите глубже.
Дрожащие пальцы Вики просунули тампон на дюйм или, может быть, глубже.
– Вам нужно продвинуть тампон глубже с помощью аппликатора.
Затем Мигель использовал марлю, чтобы впиталась вытекающая кровь. Она потекла тонкой струйкой. Он улыбнулся, осознав, что у Карлоса появилась реальная надежда на спасение.
– Вы сделали это!
Воздух прорезали сирены, и врачи скорой помощи вбежали в двери. Тишина и атмосфера уединенности были нарушены новой энергией, с которой люди собрались вокруг них. Мигель почувствовал облегчение.
– Его ударили ножом, возможно, в селезенку. Сильное кровотечение.
– Он вставал? – спросил врач скорой помощи, когда санитары склонились над Карлосом, забирая у Вики капельницы и накладывая кислородную маску.
– Он вбежал, потом потерял сознание.
– Он упал на пол?
– Я успел подхватить его, так что головой он не ударился. – Мигель отряхнул свой халат, затем осознал, что он пропитан кровью, и стащил его с себя. – Послушайте, я поеду с вами и отвечу на все вопросы.
– Мы его забираем, док.
Следующие несколько минут они грузили Карлоса, все еще без сознания, на каталку и торопились с ним к машине.
Когда Мигель уже садился в машину скорой, его позвала Вики.
– Вы позвоните его матери? – спросила она, слезы текли по ее лицу. Тревога туманила ей глаза, но у него не было времени утешать ее. Сначала он должен был спасти Карлоса.
– Я позвоню ей. Поезжайте за нами в реанимацию. – Он нуждался в ее успокоительном присутствии. Он был достаточно эгоистичен и признал это.
– Езжайте! Я за вами.
Двери «скорой» захлопнулись, и Мигель увидел, как Вики бежит к своей машине.
Когда Вики нашла Мигеля, он сидел на стуле в комнате ожидания отделения хирургии, поставив локти на колени, закрыв лицо руками. Мгновение она колебалась, стоит ли его беспокоить, потом решительно шагнула к нему, поняв, как ему тяжело.
– Мигель, – она положила руки ему на плечи, – они уже взяли его на операцию?
– Да.
После секундного колебания он обнял ее. Она почувствовала его отчаяние и прижалась к нему теснее, всем сердцем желая поддержать и успокоить его.
– Расскажи мне.
– Селезенка поражена точно, все остальное только предположения.
– Мне так жаль. О боже, мне так жаль.
Минуту или две они просто молча обнимали друг друга, переживая горе, которое так внезапно свалилось на них.
– Ты звонил его семье?
– Они будут здесь через несколько минут. – Мигель чуть отстранился от нее.
– Ты любишь его, как брата, да? – Она видела страдание в его глазах и знала, что это правда. Вики немного было известно о его прошлом, но она знала, что Мигель потерял брата.
– Да. Он мне как младший брат, который у меня был и которого я потерял. Его мать – лучшая подруга моей матери, так что я знаю его много лет. Должно быть, помог твой тампон, и он не умер прямо у нас на руках.
Его глаза блестели, но она не знала, был то гнев или слезы, которые он не мог себе позволить. У нее вырвался вздох, и слезы наполнили ее глаза.
– Я не знаю, смеяться мне или плакать.
– Я тоже не знаю, но ты точно спасла ему жизнь.
Вики сжала ладонями его лицо и заставила посмотреть на нее.
– Мы спасли ему жизнь. Вместе. А теперь все зависит от Бога и хирургов. – Она шмыгнула носом. – Мы можем только молиться и посылать ему добрую энергию.
Кивнув, Мигель прижался к ней лицом. Его била дрожь, и он словно передал ее Вики. Она почувствовала, что он действительно нуждается в ней, и наслаждалась этим ощущением. И она знала, что тоже нуждается в нем. Этот порыв не был вызван страхом за жизнь их друга, это не была просто страсть, которая приходит и уходит. Она полюбила его. Всем сердцем, всем, что у нее было, она полюбила его.
