– Превосходно, – объявил Чёрный. – Путь сейчас откроется.
– Путь?
– Конечно, кузен. Дорога к тому месту, где заключены Губитель и…
Речь Чёрного прервал нарастающий свист. Вокруг тёмного куба заплясал песок, взлетали его фонтанчики, закручивались пока ещё невысокие вихри. За спинами Аратарна, Лидаэли и Горджелина угрожающе застонала и закачалась скала, с вершины и скатов её срывались причудливыми птицами лохмотья Дикого Леса.
Прямо напротив, сразу за границей песчаного круга, сухая земля расплескалась, появилась чудовищная башка какого-то рогатого создания, разинула пасть, глухо заревела – и скрылась обратно в нору. Скалы вокруг начали одна за другой раскалываться, оседая настоящими лавинами мелкого щебня, словно тут старалась целая армия дробильщиков с тяжкими кувалдами. Сила взвихрилась вокруг, заметалась, словно рыба в садке, кидаясь во все стороны разом; у Аратарна вдруг подогнулись ноги, Лидаэль с Горджелином подхватили его с двух сторон, но бежать было некуда, повсюду с треском лопался и крошился камень, из трещин вырывалось янтарное пламя, воздух стремительно наполнялся гарью.
– Чёрный! Что происходит?! – гаркнул Снежный Маг, но призрак не ответил.
Аратарн ощущал, как судорожно, словно в агонии, содрогается и пульсирует окружающая их незримая мощь. Магия словно прорвала сдерживавшие её досель запруды, ринулась, подобно селевым потокам с крутых холмов: песок взметнулся морскими волнами, засвистел, зашипел яростно, подобно полчищам змей.
Горджелин с размаху воткнул в землю посох, вцепился в него обеими руками.
– Держитесь! За меня, все, да покрепче!
Дважды повторять не пришлось.
Призрак на гагатовом камне сделался едва заметен, посерел, став почти прозрачным, лишь глаза полыхали ещё ярче – два алых огня, висящих в пустоте.
Чудовищный вихрь раскручивался вокруг них, набирал скорость, вниз сквозь него, пробивая небесные сферы Хьёрварда, тянулся исполинский язык Межреальности. Лидаэль вскрикнула подбитой птицей, рухнула на колени – свободная рука наставлена на высунувшуюся из песка рогатую башку, в распахнутую зубастую пасть влетел наспех слепленный огнешар.
– Чёрный! – вновь выкрикнул чародей, но напрасно – взметённый вихрями песок обрушился на них со всех сторон, и Аратарн тотчас же ощутил, как их начинает тащить за небо.
Междумирье, словно ящерица, поймавшая языком муху, втягивала добычу.
Следом за Чёрным расточился и исчез гагатовый куб.
Рядом хрипела Лидаэль, отплёвываясь от лезущего в рот песка.
Кажется, единственной реальностью в обрушившемся на них урагане оставался холодный, словно лёд на горных вершинах, посох Снежного Мага.
Ни одно заклятие сейчас не получалось, да и получиться не могло, такой царил вокруг хаос. Аратарн едва нащупал кисть Лидаэли, накрыл собственной ладонью, подобрался поближе; оторвал одну руку от спасительного посоха, обнял дочь Горджелина за плечи, прижал к себе.
Словно камень из гигантской пращи, их швырнуло сквозь Межреальность, но не просто к иным мирам. Всё вокруг залило кроваво-красным светом, у Аратарна перехватило дыхание; песчаная буря вокруг улеглась, сила вновь обрела упорядоченное течение… только где же они оказались?
Алый свет пробивался сквозь длинные, вытянутые, словно исполинские веретёна, тучи. Исчез песок под ногами, исчезло всё, и чёрного куба нигде не было видно; Горджелин, Лидаэль и Аратаран плавали в немой пустоте, словно в воде, и каждое движение встречало лёгкое сопротивление, словно они и впрямь очутились в океанской толще.
Здесь можно было дышать. Здесь можно было… плыть, наверное, хотя Лидаэль первая показала, что двигаться сподручнее, помогая себе магией. Но где они, что это за место и где, проклятие, этот Чёрный?!
Высоко над их головами (а здесь имелась привычная тяга, как и в Межреальности) медленно проплыло длинное змеевидное тело, стройное, извивающееся; было в этом плавном неторопливом скольжении что-то завораживающее, Аратарн провожал взглядом обитателя алых пространств, пока тот не скрылся из виду.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Где мы? – голос Лидаэли звучал чуть приглушённо, но в остальном – вполне себе обычно. – Отец?
Они все трое по-прежнему держались за посох Снежного Мага.
Горджелин крутил головой, озираясь.
Алый свет лился со всех сторон – сверху, сбоку, снизу; вот проплыл ещё один громадный змей, как и первый, не обратив ни малейшего внимания на неподвижно зависшую троицу.
– Драконы… – хрипло сказал Горджелин.
– Мы на месте, – перебил его бесплотный голос Чёрного. Впрочем, не совсем бесплотный, призрак медленно проявлялся перед ними. Аратарн подумал, не притащит ли он и сюда свой любимый куб, – но нет, Чёрный просто висел рядом, глаза едва выделялись в алом свете.
– Если мы на месте, где тогда Губитель?..
– Мы на месте, – повторил призрак. – Надо искать. И возвращаться, долго тут нельзя оставаться…
– Почему?
– Это Великая Река, досточтимая Лидаэль, Великая Река Времени, куда попадали считанные единицы как смертных, так и бессмертных.
– И Драконы Времени… – проговорил Аратарн. – Они… совсем близко…
Отчего-то стало весьма неуютно.
– Что поделать, – сухо сказал Чёрный. – На этот риск мне пришлось пойти. Драконы Времени заняты сами собой и собственными делами, они нападут, только если сочтут нас угрозой.
– А они сочтут?
– Не ведаю, прекрасная дева. Поэтому и говорю – отсюда надо убираться, и как можно скорее.
– Тогда ищи! – зло бросил Горджелин.
– Искать станете все. – Чёрный остался невозмутим. – Заклятия поиска. Самые простые. Досточтимый Аратарн, надеюсь на тебя. Любезный кузен, не подведи.
– А ты?
– А я постараюсь устроить так, чтобы хозяева этих мест подольше не обращали бы на нас внимания.
Чёрный шевельнулся, Аратарн ощутил движение силы.
– Искать! Искать! – услыхал он настойчивое.
Искать… заклятия поиска соскользнули с пальцев Аратарна, словно извивающиеся змеи. Они ему не слишком удавались, несмотря на всё потраченное на них время – пока искал отца, попробовал, наверное, все известные в Хьёрварде их виды. То ли дело боевые, то ли дело сражения!..
Ему самому его чары казались толстыми и неуклюжими удавами, слишком короткими по сравнению с настоящими змеями, слишком медленными; и слишком мало чующими.
Он старался не думать о месте, куда их привела капля его крови. Великая Река Времени, хозяева её, вечные Драконы – как можно оказаться в ней, если время и без того властвует в Упорядоченном, неостановимо стремясь от будущего к прошлому, на исчезающе краткий миг замирая в настоящем?
Аратарн искал отца.
Делал то, что ему говорят, отринув гордость.
Заклятия поиска расходились всё шире, удалялись, отзвуки их слабели, постепенно угасая. Великая Река не имела ни дна, ни поверхности, ни берегов; казалось, она поглотила всё сущее, обратила в самоё себя, и лишь чёрные тела драконов скользят в алых водах, движимые неведомой целью и предназначением.
Последнее из его заклятий расточилось, сгинув где-то в толще багровых струй.
– Ничего, – вырвалось у Аратарна. – Лидаэль?
Но та не ответила, недвижно зависнув в нескольких саженях, свернувшись в клубок, обхватив руками колени и прижимая их к груди. Глаза плотно закрыты, едва ощутимы вибрации силы; Горджелин застыл подле собственной дочери, посох вскинут на манер копья.
«Неужели даже отца для меня отыщут другие?..»
– Есть! – вдруг каркнул Снежный Маг. Посох его дрогнул, по древку побежали цепочки белых огоньков.
– Прекрасно. – Чёрный мигом возник рядом с чародеем. – Видите, как всё просто – достаточно оказалось одной капли его крови. – Кивок в сторону Аратарна.
«Я ничего не вижу. Совсем ничего. Что он нашёл, Равнодушный?!»
Посох Горджелина указывал куда-то вниз, однако не отвесно.
– За мной, – скомандовал призрак, подавая пример.
Они двигались – или сама Великая Река двигалась вокруг них? Тела драконов исчезли; Аратарну казалось, что его словно несёт неспешным потоком… куда?
