Армада осознала, что она впервые выходит за рамки предначертанного Начальствующими. И это было… странно. Здесь кончались предписанные направления, разрешённые пути раздумий, здесь начиналось нечто совершенно неведомое – но, коль она, Армада, задумалась над этим, следовательно, это было логично и необходимо. Таковой её сотворили Начальствующие.
Возможности, варианты, комбинации – миллионы миллионов их рождались и умирали в сознании Армады; и поверх категорической необходимости повиноваться начинало пробиваться нечто совершенно иное…
Первые конструкты плюхнулись в Четвёртый Источник, и Познавший Тьму вздрогнул от внезапного спазма боли. Он словно наяву увидал всё это: растворяющиеся, расползающиеся уродливыми кляксами тела рукотворных чудовищ; эта масса словно запечатывала Источник, сила вообще переставала покидать его, вся она доставалась атаковавшей Асгард орде.
Это сразу сказалось, особенно на Ракоте. Нет, конструкты по-прежнему валились под его ударами, но теперь ему приходилось тратить на каждого заметно больше времени. Чёрный меч застревал в массе коричневых многоногих тел, уже не проносясь навылет, не оставляя разрубленными десятки, если не сотни.
– Брат! Источник!..
Кажется, они крикнули это разом; оба ринулись к пролому в стенах, к бреши, сквозь которую по-прежнему вливался бесконечный поток конструктов.
Познавший Тьму ощущал, как нарастает со всех сторон тупая, давящая тяжесть, как наваливается, пригнетает, и сама сила уже не течёт свободно. Закупоренный Источник, причина дисбаланса, нарушения равновесия во всём Упорядоченном, словно воздвигал незримые плотины и дамбы вокруг себя – или это орда рукотворных чудищ сама обращалась в них?
Но не только, отнюдь не только!..
Окружавшее их живое море, закупорив пробоину Источника, вбирая его силу, поворачивало её течение. Четвёртый Источник уже не отдавал мощь, он вбирал её, и каждое разрубленное Чёрным мечом страшилище только прибавляло к этому потоку ещё одну искру.
Хедин осознал это разом, в единой вспышке; и, осознав, невольно воздал должное хитроумности плана, не уступавшего его собственным.
Выплеснуть на поверхность сущего неживую полумеханическую орду; связать Новых Богов боем, заставить их растрачивать силу на истребление бессмысленных, не рассуждающих созданий; и, тщательно собрав каждую высвобожденную братьями-богами каплю, направить её истинным хозяевам этого сонмища.
Хитро. Умно. Вот только всё равно – что они станут делать с этой мощью? Остановят Дальних, остановят обращение вселенной в один исполинский кристалл, мёртвый, как и любой камень?
Сейчас уже даже не столь важно, кто именно собирает эту силу – слуги Хаоса, Спаситель или пусть даже Молодые Боги; важно лишь то, что Дальних надо остановить. Великий Предел, вокруг коего якобы должен был «собраться идеальный кристалл», должно было соткаться той самой монаде, что бессчётное время будет существовать как тьма в огненном море Хаоса – Великий Предел станет новым началом, а не последним концом, последним различием, что исчезнет в сущем, окончательно умертвив его.
Ракот Восставший, рыча, пробивал себе дорогу дальше; с отчаянием обречённых сражались асы; холодно и механически рубились Тёмные Легионы, выполняя волю своего владыки – а вот Познавший Тьму внезапно остановился.
Не было смысла пробиваться дальше. Четвёртый Источник больше ничего не извергает, напротив, он вбирает. Вбирает, отправляя силу своим неведомым хозяевам, уже не важно, каким именно. И, следовательно…
– Аэтерос! Что он делает?! – возопил Робин, дёргая Фредегара за рукав. – Что происходит?!
Фиделис – оружейница Айвли по-прежнему так и лежала на пыльной траве – лишь покачал головой.
– Великий бог Хедин всё понял правильно, – проговорил лекарь. – Сила перестала притекать сюда, теперь она утекает. Этот поток надо перенять, вот и всё.
Половинчики дружно воззрились на своего спутника.
Бой вокруг них стих, море конструктов по-прежнему вливалось в пролом, не обращая на четвёрку более никакого внимания. Пространство вокруг Асгарда очищалось – если, конечно, не считать бесчисленных туш сражённых конструктов, больших и малых, оставленных ордой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Вот и всё? И всё? – возмутился Фредегар. – Да ведомо ли тебе, досточтимый лекарь, что такое – «перенять этот поток»?!
– Ведомо достаточно, чтобы знать – даже Новый Бог не в силах справиться тут один, – парировал Фиделис. – Орда скоро отступит. Она добилась, чего хотела, я чувствую это.
– Чего же?
– Она заполучила Источник, добрый мой Робин. Не думаю, что это сильно поможет ей – или её хозяевам, – но приказ она выполнила. Я ощущаю её… удовлетворение.
– Как нам это поможет?
– Тому, что задумал великий Хедин, – боюсь, что никак. – Лекарь печально повёл свободной рукой; Айвли глухо застонала. – А вот пленённый Спаситель – это уже совсем иное дело. Наш бой – не тут, но там.
– Тогда что же мы тут делаем?!
– Мы окажем всю помощь Новым Богам, на какую окажемся способны. Быть может, не потребуется никакой; быть может, придётся сложить тут головы, чтобы Хедин и Ракот продолжали битву. Кроме того, мы поняли намерения орды. Более того, гонясь за силой, она помогла нам, поддержав баланс: Четвёртый Источник более не есть угроза. Это даёт нам чуть больше времени, чем мы располагали раньше.
– Как-то мудрено… – задумчиво протянул Фредегар.
– Мудрено, не спорю. И чтобы понять это, уже требовалось тут очутиться.
– А орда эта? Монстры?
– Вот увидишь, они сейчас разбегутся. Источник в их власти, и, собственно, сражаться тут более незачем. Хозяевам сих дворцов лучше всего отступить. Опять же, боюсь, очень скоро нам понадобится каждый меч, какой мы только сумеем призвать.
– Брат! Пусть они продолжают!.. Задержи их хоть немного!..
– А ты?
Хедин улыбнулся. В правой руке его бился огненный лоскут – меч, сотканный из Пламени Неуничтожимого.
– Я тут, недалеко. Сейчас вернусь.
Твердь равнин Иды послушно раздалась, уступая напору полыхающего клинка.
Уводящий силу канал был где-то рядом.
Армада ощутила движение Врага почти сразу же. Потребовалось, однако, некоторое время на осознание происходящего, на то, чтобы среди множества вариантов проявился наиболее вероятный и наиболее опасный.
Враг догадался. Он не стал тратить время на попытки отбить Источник; вместо этого он решил рассечь сам ток силы, направляемый Армадой к Начальствующим. В руках Врага полыхал огненный меч, и нагая мощь этого клинка заставила даже Армаду заколебаться.
Бог Хедин до сего момента, похоже, лишь экономил силы, заставляя Армаду поверить, что явленное им – всё, на что он способен.
Нельзя сказать, что Армада не учитывала подобной возможности, однако считала её недостаточно воплощаемой.
А теперь Враг стремительно погружался сквозь слой реальности, исчезал из неё, просачивался, подобно влаге сквозь песок.
Армада не могла оставить это без внимания.
Она не страшилась. Часть её уже отделена и послужит залогом возрождения Армады как сражающейся силы; то, что осталось здесь, может в случае надобности прекратить существование. Сознание Армады, её опыт – всё это будет жить.
Потому что, кроме приказов Начальствующих, есть и её собственное бытие.
Армада сталкивалась с задачами, одолевала их, одолевала врагов. Побеждала. Победы приносили удовлетворение, довольство – этот стимул заложили в неё Начальствующие, но, похоже, они зашли слишком далеко.
Чтобы испытывать что-то, Армада должна была существовать. И та её часть, что заранее отделилась от неё, памяти об этом одолении лишена. Она словно бы стала другой Армадой, не пережившей то, что переживает сейчас эта. Следовательно, гибель этой Армады станет последней и окончательной…
