– А знаете ли вы, как они выглядят, эти Агак и Гагак?
– Нет, они могут походить на нас с вами, а могут выглядеть совсем иначе. Тех, кто видел их и остался в живых, очень мало. Судя по их рассказам, эти существа способны принять любое обличье.
– А известно ли вам, как лучше избавиться от них? – с насмешкой поинтересовался Хоукмун.
– С помощью отваги и смекалки, – просто ответил Капитан.
– Вы не слишком красноречивы, – так же насмешливо, как и Хоукмун, произнес Элрик.
– Я говорю ровно столько, сколько могу. А теперь, друзья мои, вам следует немного передохнуть и приготовить оружие.
Они вышли в туман, который скользил длинными прядями, цепляясь за нос корабля, словно щупальца какой-то морской твари.
– Сколько бы мы ни убеждали себя в обратном, но выбора у нас нет, и нет никакой свободы воли, – заметил помрачневший Эрекозе. – Погибнем мы в этом приключении или уцелеем, по большому счету это ничего не изменит.
– Я вижу, вы настроены довольно мрачно, мой друг, – бросил ему Хоукмун с насмешкой. Он хотел добавить что-то еще, но Корум прервал его:
– Я реалист. Просто реалист.
Проводив Элрика и Эрекозе до их каюты, Хоукмун и Корум зашагали по палубе в собственное убежище, где каждый должен был выбрать четверых воинов, готовых идти заними в огонь и в воду.
– Теперь мы Четверо-в-Одном, – заявил Корум. – И сила наша безгранична. Я в этом убежден.
Но Хоукмун уже устал от разговора, в которым было слишком много метафизики для его практического ума.
– Нет силы, более достойной доверия, чем та, которую я сейчас держу в руках. Сила хорошего клинка и заточенной стали.
Воины поддержали его одобрительным гулом.
– Посмотрим, – промолвил Корум.
Все время, пока Хоукмун точил и полировал клинок, он не переставал думать о другом мече, который был под плащом у Элрика. Он почувствовал, что сразу узнает его, как только увидит, но не понимал, почему меч альбиноса внушает ему такой ужас. И этот пробел в знаниях беспокоил Хоукмуна. Он думал об Иссельде, вспоминал своих детей, Ярмилу и Манфреда, графа Брасса и других героев Камарга. В это приключение он ввязался в надежде вновь обрести всех своих старых друзей. А теперь дело оборачивалось так, что он мог потерять их навсегда. Он вряд ли согласился бы сражаться ради той цели, о которой ему поведал Капитан, если бы в конце пути его не ждал Танелорн, а значит, и дети. Но Иссельда? Где же она? Или ее он тоже найдет в Танелорне?
Вскоре все были готовы. В отряд Хоукмуна вошли Джон ап-Райс, Эмшон д'Аризо, Киит Приносящий Несчастье и Никхе-Перебежчик, в то время как барон Готтерин, Тереод Пещерный, Чаз Элоколь и Рейнгир Скала, все еще не протрезвевший, попали в распоряжение Корума.
Все сгрудились у борта судна. С носа корабля в воду упал якорь, и заскрипелацепь. Сквозь завесу тумана виднелся дикий неприступный берег. Неужто в таком месте мог и впрямь находиться Танелорн, этот легендарный город?
Джон ап-Райс подозрительно принюхался, стряхнул с усов капли осевшего тумана, другой рукой погладил эфес меча.
– Никогда не видел более неприветливого места, чем это, – заявил он.
Из своей каюты на палубу вышел Капитан. Рядом с ним шагал Кормчий. В руках оба они держали связки факелов.
Хоукмун испытал нечто вроде шока, увидев, наконец Кормчего вблизи. Они с капитаном были похожи как две капли воды, с той лишь разницей, что один был слеп, а глаза другого излучали глубину и скорбь познания. Хоукмун с трудом смог выдержать его взгляд, когда Кормчий протянул ему факел и помог закрепить его на поясе.
– Лишь огонь способен навсегда покончить с этим врагом, – Капитан вручил ему коробочку с сухим трутом, чтобы при необходимости зажечь факелы. – Я желаю вам удачи.
Теперь у каждого воина был факел и трутница. Эрекозе первым принялся спускаться по длинной веревочной лестнице. На последней ступени он снял с пояса меч, поднял его над головой, чтобы не замочить, и прыгнул в белесую воду, которая доходила ему до пояса. Остальные последовали за ним, и пройдя немного, оказались на берегу. Они обернулись, чтобы взглянуть на корабль.
Хоукмун заметил, что туман доходил лишь до берега, и остров вблизи выглядел не столь унылым. Впрочем, в иные дни все равно здешние краски показались бы ему тусклыми и блеклыми, но по сравнению с Темным Кораблем, окруженным молочно-белым туманом, эти бурые скалы в гирляндах желтоватого лишайника казались почти сверкающими, а над головой у него висело Солнце, огромный, неподвижный, кровавый диск, отбрасывавший на землю разнообразные тени.
Лишь чуть погодя он осознал, что теней этих слишком много и их явно отбрасывали не скалы, поскольку здесь были тени всех размеров и форм.
Такие тени могли отбрасывать только люди.
Глава четвертая
ЗАЧАРОВАННЫЙ ГОРОД
Небо было подобно гноящейся ране и переливалось множеством тошнотворных оттенков голубого, коричневого, грязно-красного и желтого. Там также плавали тени, но в отличие от наземных они все время перемещались.
– Я не так много где побывал, – заявил некто Хоум Укротитель Змей, воин, принадлежащий к отряду Элрика. На нем были сверкающие доспехи цвета морской волны. – Однако мне никогда не доводилось видеть местности столь странной, как эта. Все эти отблески, отражения…
– О да, – согласился Хоукмун. Он тоже заметил, как странно поблескивает свет, словно солнечные лучи причудливым образом деформировали саму землю, попадая на нее.
Ашнар Рысь, воин-варвар с волосами, заплетенными в косу, и свирепым взором, явно чувствовал себя не в своей тарелке.
– Откуда же все эти тени? – проворчал он. – И почему не мы видим, кто отбрасывает их?
– Вполне возможно, что это тени предметов из других измерений, – предположил Принц-в-Алом-Плаще. – Если и впрямь здесь пересекаются все плоскости Земли, такое объяснение вполне правдоподобно. Это еще не самое странное проявление Совмещения, которое я уже однажды наблюдал.
Негр, лицо которого было отмечено необычным шрамом в форме перевернутой буквы «V», отзывающийся на имя Отто Блендекер, теребил перевязь, опоясывающую его грудь. Озираясь вокруг, он недовольно проворчал:
– Правдоподобно? Если это считать правдоподобным, то скажите на милость, что же тогда, по-вашему неправдоподобно?
– Я был свидетелем подобных странностей, но, конечно, в гораздо меньшем масштабе, в самых глубоких пещерах моей страны, – заявил Тереод Пещерный. – Как мне объясняли, там тоже пересекаются измерения. Должно быть, Корум прав.
Он поправил за спиной свой невероятно длинный меч и о чем-то оживленно заговорил с Эмшоном д'Аризо, который, как всегда, надсмехался над всем, что видел вокруг.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
