— Не думаю. Полагаю, что ты многому можешь научить меня.
Меббет внимательно взглянула мне в глаза.
— О, да? И зачем тебе изучать подобное?
— Потому что я хочу узнать, кто я такой.
Поразмыслив немного, Меббет кивнула.
— Искусство может помочь, а может — и нет; ты не должен полагаться на него для решения всех своих проблем. — Она вздохнула. — Скорее всего, дитя, к твоим нынешним вопросам добавится еще превеликое множество.
— Я понимаю. Ты будешь учить меня?
— Ба! — Меббет покачала головой. — Лучше петь песни, чем заниматься магией. Песни хотя бы красивы. А магия стала пресной, общедоступной, испоганенной толпой смертных, хорошенько по ней потоптавшейся… фр! — Она хитро взглянула на меня. — Я обучу тебя… но сперва ты должен будешь сделать кое- что для меня, слышишь?
Меббет озадачила меня несколькими заданиями, которые я должен был исполнить перед началом обучения. Я бросился исполнять их, на время забыв о необходимости отыскать Фарода. Задания эти были мало похожи на проверку серьезности намерений кандидата на изучение Искусства.
Остаток дня я бегал по Улью, в основном от Меббет на рынок. Я принес ей какую-то рамку, сделанную из колючего растения, выдубленную кожу и сосуд с рыбьими чернилами.
Когда все было исполнено, старуха вновь обратилась ко мне.
— Хорошо поработал, паренек. Все, что я просила. И теперь я вопрошаю вновь: после всего, что ты видел, хочешь ли ты еще изучать Искусство?
— Да. В конце концов, цель твоих поручений крылась в испытании моего терпения?
Меббет улыбнулась, кивнула.
— Да… возможно, дитя, возможно.
— И это еще не все: ты знала, с кем я должен встретиться, чтобы исполнить их, так?
Меббет вновь кивнула, медленнее на этот раз.
— Возможно, дитя, возможно… И если так, что твоя интуиция говорит обо всем этом?
Я припомнил, о чем я говорил с теми существами, у которых раздобыл необходимые для ведьмы предметы.
— Оплакивающий Деревья показал, что мои верования влияют на окружающий меня мир; Гискорл научил меня, что ритуал — совершенно бесполезная вещь, если истинная цель его неведома; Мейр'ам открыл, что неважно, сколь много, по моему мнению, я знаю, всегда смогу узнать гораздо больше, взглянув на вещи с иной позиции.
Меббет немного помолчала, затем шагнула ко мне и коснулась щеки.
— О, дитя… — вздохнула она. — Когда- нибудь ты станешь великим волшебником, непременно. У тебя есть знания, и все же… ты пришел к Старухе Меббет за помощью. Чему может простая знахарка обучить такого, как ты?
— Многому, Меббет. Я хочу узнать все, что ты можешь открыть мне.
— Что ж, стало быть, ты пройдешь этот путь… — Меббет выдержала паузу. — Ну, во- первых: иметь способности к Искусству недостаточно. Тебе нужно придать им некий фокус: обычно это заклинания из книг. То есть, Искусство требует, чтобы при тебе находилась книга заклинаний или нечто подобное, дабы ты мог использовать магию. Читать хоть умеешь?
— Да. По крайней мере, в Мавзолее татуировки свои я читал без проблем.
— Ну, давай проверим, можешь прочесть вот это? Меббет протянула мне какой-то измятый лист пергамента…
Что это, рецепт?
Я осмотрел его. Текст рецепта расплывался перед глазами, каждый символ выходил из фокуса, лишь я пытался его разглядеть. Инстинктивно, я позволил глазам охватить всю страницу целиком… и символы проявились отчетливо: в рецепте излагались компоненты, их количество и меры… похоже, это какой-то несложный заговор.
— Это заговор, так? Заклинание, позволяющее увидеть истинную природу чего- либо… зачарован предмет, или нет?
Глаза Меббет расширились.
— Кто ты такой, чтобы так проверять Старуху Меббет? Какой — нибудь демон?
— Нет… вроде бы. А что случилось?
— Ну… не ожидала я от тебя… — Она кивнула на рецепт, затем выхватила его из моих рук. — То, что ты прочел, написано на языке Искусства. Если ты не маг, то прочитать текст невозможно. — Она постучала пальцем по пергаменту. — Однако, очевидно, что ты с лету ухватил смысл. Может, расскажешь Старухе Меббет, как это тебе удалось?
— Думаю, я мог знать это раньше, но позабыл… а символы лишь воскресили мою память.
— А может, просто одарен природой… не важно, не важно, ты только что опустил годы учебы, о да! А я — то искала себе помощника…
— Если тебе нужна еще помощь, только попроси…
Это меньшее, что я могу сделать в качестве платы за обучение. Я проклял свой неудержный рот, который произнес эти слова. Не знаю, почему я так по- доброму относился к Меббет, ведь я не мог терять много времени здесь.
К счастью, ответ ее развеял мои опасения.
— Нет, нет, не волнуйся пока об этом… — Она нахмурилась. — Ну, ты можешь читать заклятия легко, но пользы от них мало, если у тебя нет книги, в которую их можно записать…
— А у тебя есть лишняя?
Меббет осмотрелась, а затем взяла в руки шипастую рамку для картины, что я сделал и принес.
— Это сойдет.
— Это? Но это же просто рамка, пустое вместилище!
— Как и ты сам, дитя… — Она взяла в руки несколько полосок выдубленной кожи, полученной мною от Гискорла, оторвала зеленоватую корочку, покрывавшую ее. — Не могу позволить себе пергамент, увы…
Она обтянула кожей рамку, закрепив ее на шипах, в итоге вся конструкция получилась похожа на черно- зеленый каркас.
— Чего-то не хватает… В ней должно быть что-то записано… — Меббет поставила рядом с собою сосуд с рыбьими чернилами, опустила в него длинный ноготь и, бормоча про себя, принялась наносить символы на кожу, один за другим.
Через некоторое время Меббет оторвалась от работы, взглянула на меня.
— Готово. — Она вытерла испачканный чернилами палец о собственную накидку, склонила голову набок, оглядывая странную страницу. — Вот тебе и страничка для книги заклинаний. — Она протянула ее мне.
Я осознал, что назначение книги заклинаний мне знакомо. Я могу переписывать в нее заклятия со свитков, на которые смогу набрести в своих странствиях, затем запоминать и использовать эту магию, контролируя ее собственными магическими силами. Я почувствовал, что мое знание об этих силах возрастает и понял, что за считанные дни смогу изучить то, на что иные тратят годы жизни. Я видел, что Меббет осознала: ее помощь мне больше не нужна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
