Читаем без скачивания Укрощение строптивой (СИ) - Ростов Олег

— Стёпа, на это уйдут годы и скорее всего впустую. Ты потом меня ещё больше возненавидишь.

— Ещё больше, чем ненавидел, это вряд ли. Тогда меня фактически принудили жениться на тебе. А сейчас меня никто не принуждает. Это моё решение и я сам буду отвечать за своё решение. Ты здесь ни при чём. Завтра начнём делать упражнения. Я всё приготовил. Специальный спортивный инвентарь привезли. Я заказывал. Так что не хандри.

— Стёпа, мне уже тридцать лет. Слишком поздно. Если даже что-то и получится, я буду уже старухой.

— Ну вот, возвращаемся к нашему разговору. Кристина, это в двадцать кажется, что тридцать лет это старость. А знаешь почему так кажется? Потому, что мозгов нет. Одни гормоны из ушей брызгают. Понимаешь, если юную девушку, молодую женщину до тридцати можно сравнить с цветком, то женщину в тридцать и за тридцать можно смело сравнить с созревшим плодом. Например с персиком. Сочный, сладкий, вкусный. Когда его кусаешь, то сок брызжет в стороны, течёт по губам, по подбородку, по рукам. Ты ешь его и не можешь насытиться. Тебе хочется ещё и ещё. Цветок даёт лишь аромат, а плод дает и аромат, и сладость. В тридцать женщина вступает в свой наивысший рассвет настоящей женской красоты, зрелости, обаяния и обольщения. Это уже не та наивная девчонка. Она имеет опыт прожитых лет, знает чего хочет и знает, на что способна. При этом её тело упруго и прекрасно. Ты же слышала такое выражение как роковая женщина? Так вот, роковых женщин в двадцатилетнем и даже в двадцатипятилетнем возрасте нет и быть не может. Роковым женщинам всегда за тридцать. Такие способны свести с ума и заставить уйти от молодой жены, которая много моложе этой красотки. А вот ты именно и есть такая роковая женщина. Да-да. Вернее ты можешь ей стать. Но для этого нужно потрудиться. Ты очень красива, Кристина. Сейчас твоя красота, как выдержанное вино. Она пьянит, Её хочется пить большими глотками. И когда утоляешь первую жажду, всё равно прикладываешься к бокалу и начинаешь пить уже маленькими глотками, смакуешь, наслаждаешься. Тебе это дано от рождения. И даже не смотря на твой недуг, эта красота никуда не ушла. Она только затаилась на время, сделала шаг назад. Она ждёт своего часа.

— Ты всё врёшь, Серёгин!

— Зачем мне врать? Смысл? Я тебе говорю это как мужчина.

— Как мужчина… Скажи, а сейчас у тебя есть кто-то? Не поверю, что нет. Ты же нормальный здоровый мужик. Тебе ведь женщина нужна, ты понимаешь о чём я говорю? Ты уезжаешь иногда, почти на целый день.

— Я уезжаю проведать мать, помочь им с тётей. Продуктов купить. Мастерская даёт доход. Парни работают. Заказов на три месяца вперёд расписано. Каждый хочет прокачать тачку в мастерской у зятя твоего отца. Это же круто, похвастать: «Мне тачку муж Кристины прокачивал!» Кретины! — Я засмеялся. Кристина улыбнулась.

— А ты сам там тоже что ли работаешь? Я думала, что уже нет.

— Иногда. Когда особо выгодный заказ и без меня парни не могут.

— Зачем тебе это, Степан? Ты же и так распоряжаешься моими деньгами.

— Вот именно, Крис, твоими. Все твои деньги идут строго на тебя и на содержание этого дома. На зарплату обслуживающего персонала. На себя я не потратил и копейки. Ну, за исключением, что кушаю тут. Но надеюсь, в этой малости ты мне не откажешь?

— Почему, Стёпа? Ты можешь пользоваться ими.

— Не могу. В том то всё и дело. Я не альфонс. Конечно, мой доход много ниже чем то, сколько выделяет тебе твой отец. По сути это даже не твои деньги. Это деньги твоего отца. И что получится? Ладно ты, Кристина. Ты его дочь, плюс сейчас больна и сама зарабатывать не в состоянии. А тут я ещё, здоровый балбес сяду на его содержание. Но мало того и свою маму сюда же подцеплю. Я себя не на помойке нашел. Среди наших и так разговоры пошли, что я не плохо устроился, живу на бабло жены и тестя. Пришлось даже кое-кому морду бить. Я живу Кристина на свой доход. А поэтому мне нужно отлучаться. И то я стараюсь находиться с тобой, как можно больше времени.

— Разве тебе не плевать, что там будет о тебе говорить разная шваль?

— При чём здесь шваль? Это нужно в первую очередь для меня. Я мужчина, здоровый. Голова на плечах есть, руки растут откуда надо, поэтому я должен зарабатывать свои деньги, а не тягать их из чужого кошелька.

— Степан, ты не ответил на мой вопрос, ловко ушёл от ответа.

— Ты насчет того, есть ли у меня какая-нибудь мадам, с которой я сбрасываю напряжение?

— Да. Только не ври мне.

— А если совру?

— Я почувствую.

Я усмехнулся глядя в её глаза. Кристина опять начала губы кусать. Ну начинается!

— Кристина, а разве для того, что бы получить разгрузку нужна постоянная мадам? Ошибаешься. Но я тебя успокою, постоянной партнёрши у меня нет. Не вижу смысла.

— То есть, ты пользуешься услугами проституток?

— Еще чего не хватало! Поиметь мадам и ещё заплатить ей за это? Я пока не кретин.

— Правильно, ты не кретин, ты жлоб! Жадный да, Стёпушка?

— Почему жлоб? Ничего не жлоб. Просто я не люблю продажную любовь. Для разовых отношений достаточно того, что я её в кабак свожу или в ночной клуб. Угощу вином. Этого достаточно, что бы заполучить ляльку в постель. Зато она будет трудиться на совесть и не за деньги изображать страсть, а по настоящему. При этом и ты, и она понимаем, что это разово. Особенно, если мадам уже замужем. Только секс и ничего более.

— Ну если ты так рассуждаешь, тогда на жену вообще тратиться не нужно. Секс бесплатный обеспечен! Ты, Стёпа, натуральный козёл!

Я засмеялся. Начала меня ругать, значит всё хорошо.

— Крис, у тебя вновь системная ошибка, так сказать. Жена это другое.

— Что другое?

— Жена это святое. Она твоя половинка, мать твоих детей, хозяйка твоего дома и твоей души. Вот её как раз нужно одаривать, не жалеть не только денег, но и любви, внимания. Так как потеряв её, ты потеряешь часть себя.

— Что-то я не заметила, что ты потерял часть себя, когда ушёл. И внимание ты мне уделял только скотское, ради того, чтобы поиметь меня. И подарков ты мне не дарил.

— Ловко рассуждаем, Кристина Александровна. А ты была женой то? Конечно юридически мы муж и жена. А здесь, — я положил ладонь на сердце, — здесь ты была моей половинкой? Подарки тебе дарить? А было за что? Да и нуждалась ли ты в этом? Ну подарил бы я тебе что-нибудь, ты же посмеялась бы надо мной и выбросила бы подарок демонстративно в мусорный бак, как ты выбросила мой букет цветов, который я подарил тебе при выписке из клиники после родов. Помнишь? А ведь я с душой его тебе покупал. Думал… Да не важно, что я думал… Ладно, Кристина. Нам по расписанию пора лекарства принимать. Давай, надеюсь капризничать не будешь? — Супруга выслушивала меня, отвернув лицо. — Кристин! Давай, нам нужно таблетки выпить, капсулы скушать и я тебе укол поставлю. — Уколы я умел ставить, всё же мама больна была и ей приходилось это делать. Так что пришлось научиться. Кристина повернула лицо ко мне. На глазах были слёзы. — Ну вот, чего расплакалась? Ты сегодня по слезам перевыполнила дневную норму. Даже недельную.

— Стёп, прости меня за букет. Я потом вернулась одна и вытащила его оттуда.

— Вытащила?

— Да.

— Зачем?

— Не знаю. Но мне было почему-то приятно. Я ждала, когда ты приедешь. А ты не приехал.

— Я сделал так, как ты хотела. Исчез из твоей жизни.

— Да, я и этого хотела. Я тебя ненавидела. Хотела чтобы ты исчез, чтобы больше тебя не видеть никогда. И в тоже время ждала, что ты придёшь, зайдёшь со своей наглой ухмылкой, скажешь: «Что смотришь Крис? Почему до сих пор на тебе трусы? Бегом в кровать и ноги в стороны! Я уже раздеваюсь и я ждать не люблю». Я бы конечно тебя обозвала, стала бы кусаться и дергаться, но ты схватил бы меня своими сильными и горячими руками… А ты не приходил. Я и радовалась и плакала.

— Поэтому ты себя так вела? Колбасилась как невменяймая?

— Наверное… Ты меня всё таки поцеловал, там в больнице!

— Да, было дело. Когда впервые тебя увидел на больничной койке.