— Рай? — подтолкнул Сэм.
Она обернулась к Бренту с виноватой улыбкой.
— Я позвоню тебе позже?
— Конечно, — сказал он, бросив на нее понимающий взгляд.
Взгляд, который он бросил на Сэма, был гораздо менее нежным, но Сэм не потрудился выглядеть извиняющимся. Он поднял руку и раздраженно помахал рукой другому мужчине. Увидимся.
Райли снова повернулся лицом к Сэму, как только Брент ушел, и он понял, что был неправ. Может, она и планировала это, но это не значит, что она не была немного зла. Ладно, очень зла, поправил он, глядя на огонь в ее глазах.
— Ладно, у тебя есть минутка, — сказала она, сделав ударение на последнем слове.
Перевод: Давай быстрее.
Не волнуйся. Он так и сделает.
Он мотнул головой в сторону редко используемого кабинета ее отца, и выражение ее лица стало слегка настороженным, прежде чем она закатила глаза и промаршировала своей упругой задницей в небольшое пространство в передней части дома.
Быстро оглядевшись и убедившись, что они одни, Сэм последовал за ней.
— Здесь нет места, — пробормотала она.
Конечно, «офис» Джоша был больше похож на рождественский склад/неиспользуемую мебель/заброшенную кладовку для рукоделия.
Он все равно подтолкнул ее, закрыв дверь, так что в тесном помещении остались только они двое. Поздний послеполуденный солнечный свет заиграл на ее висящих серьгах, и Сэм сосредоточился на этом. Это было гораздо легче, чем сосредоточиться на ее лице.
— Что тебе нужно, Сэм? — спросила она, ее голос был скучающим, а глаза — незаинтересованными.
Он вгляделся в черты ее лица. Неужели он ошибся? Неужели Брент был чем-то большим, чем просто инструментом, заставляющим его ревновать? Интуиция говорила «нет», но сердце не было уверено, что он хочет рисковать.
А его тело... чёрт. Возможно, уединение было не тем, что нужно было ему и Райли в данный момент. На самом деле, наблюдая за тем, как ее грудь поднимается и опускается под красным свитером с глубоким вырезом, он вдруг убедился, что уединение — это последнее, что им нужно.
— Что это за немые пещерные приёмы? — спросила она, подняв брови. — Я сказала маме, что помогу помыть посуду, а потом мне нужно вернуться в город, чтобы сделать свои правки, которые должны быть готовы завтра...
Посуда? Она серьезно думала о посуде прямо сейчас? Он был готов взорваться, а она говорила о чертовой работе по дому?
Ну, у него было кое-что другое на уме. Что-то гораздо более насущное, чем посуда.
Не делай этого, чувак, приказал он себе. Он обещал Лиаму. Он обещал себе.
Он не годился для нее, и один из них мог пострадать.
— Хорошо. Тогда ладно, — пробормотала она, пытаясь обойти его, ее рука потянулась к дверной ручке.
Отпусти ее.
Он не мог.
Рука Сэма нашла ее запястье прежде, чем она успела повернуть ручку, и они оба замерли, их дыхание стало быстрым и тяжелым.
Его большой палец провел по ее ладони, и она ахнула от прикосновения. Он знал, что она чувствует. Они чертовски старались избегать физического контакта все эти годы, и вот почему.
— Сэм...
Он придвинулся, прижав ее к двери, его глаза на долю секунды встретились с ее глазами, прежде чем его рука обхватила ее сзади за шею, и он опустил голову.
А потом он поцеловал ее.
Черт возьми, он целовал Райли МакКенну.
Это было неправильно, это было ошибкой и это было чертовски хреново, и все же все, о чем он мог думать, было «наконец-то».
Она прерывисто вздохнула, и его язык проник внутрь, когда он откинул ее голову назад, губы изогнулись, языки переплелись, когда он придвинулся к ней, сильнее прижимая ее к двери.
Ее руки переместились на его плечи, и на какой-то душераздирающий момент он подумал, что она оттолкнет его. Но затем ее пальцы впились в его рубашку, притягивая его ближе.
Он словно заново стал подростком, наконец-то заполучив в свои руки самую сексуальную девушку в школе.
Только самой сексуальной девушкой в школе была младшая сестра его лучшего друга, и он был уверен, что потерпит неудачу в этом деле, как и во всем остальном.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Он отстранился настолько, чтобы заглянуть ей в лицо.
Они оба задыхались, и ее рука легла на его лицо, ее пальцы слегка коснулись его нижней губы.
— Давно пора.
Он ненадолго закрыл глаза.
— Ты знаешь, что это безумие.
Вместо ответа она самодовольно посмотрела на него, выглядя гораздо более уверенной в этом — в них — чем он.
— Ну, Брент, наверное, как раз сейчас добирается до вокзала. Держу пари, я смогу его поймать.
Сэм недовольно фыркнул и снова поцеловал ее, сильно и быстро.
Она поцеловала его в ответ, так же горячо, прежде чем ее рука легла на его грудь и толкнула.
— Так ты собираешься быть тем парнем? Собираешься помочь мне со статьей? У меня нет серьезных отношений, и я не могу просто написать о каком-то старом парне и сделать это личным...
Нет.
Да.
Просто... чёрт.
— Почему ты не можешь быть воспитателем в детском саду или кем-то еще? Почему ты должна быть чертовым секс-обозревателем?
Она улыбнулась, ее пальцы легонько царапали его голые руки. Он был более чем искушен взять ее прямо здесь и сейчас. Но они находились в комнате со старым радиоприемником ее отца и рождественским вертепом ее матери, а искусственная елка была на расстоянии одного неверного движения от его задницы.
— Райли...
— Скажи «да», Сэм, — сказала она, прерывая его. — Не заставляй меня делать это с другим парнем.
Он закрыл глаза и прижался лбом к ее лбу.
— Пожалуйста, — прошептала она. — Я хочу, чтобы это был ты.
Чёрт.
Это была одна вещь в которой он отказывал себе все эти годы. Это было не больше и не меньше, чем он заслуживал.
Но отказывать Райли?
Он не мог. И никогда не был способен на это.
— Мы пожалеем об этом, — сказал он, открывая глаза и глядя на нее.
Ее глаза загорелись от неявного согласия в его словах.
— Возможно, — тихо сказала она. — Но мы получим огромное удовольствие от этого.
Глава 8
Обычно первое свидание с новым парнем требует девчачьих разговоров.
На протяжении многих лет Райли рассчитывала на то, что Джули и Грейс подскажут ей, не является ли ее изумрудное шелковое платье с глубоким декольте слишком откровенным для первого свидания (да), или ее новые джинсы клёш слишком повседневными для шикарного ужина в Per Se (тоже да).
Джули и Грейс, а с недавних пор и Эмма, были ее наставниками в вопросах свиданий.
Но сегодня она была предоставлена сама себе.
Потому что не было хорошего способа рассказать даже лучшим подркгам, что ты собираешься покончить с нелепо долгим сексуальным перерывом с...
Ну, кем бы Сэм ни был для нее. Называть его другом казалось неправильно.
Особенно после того поцелуя в доме ее родителей.
Оказалось, что никакие фантазии не могут подготовить человека к настоящему, потому что Райли определенно не была готова к тому, что она почувствовала, когда он прижал ее к той двери.
Конечно, все было спланировано. Она знала, что Брент попытается ее поцеловать. И она была уверена, что Сэм последует за ними в фойе дома ее родителей. Она была права по обоим пунктам.
Но она хотела лишь подтолкнуть Сэма к тому, чтобы он пересмотрел свое решение. Шпилька достаточно научила ее мачизму и мужскому собственничеству, чтобы понять: даже если Сэм не был полностью уверен, что хочет ее, он не захочет, чтобы она досталась Бренту.
Она была права.
Слишком права.
Потому что ни одна ее часть не была готова к тому, что один поцелуй заставит ее захотеть покончить со своим сексуальным перерывом прямо здесь, в импровизированной кладовке родителей. За две минуты Райли почувствовала то, что годами ждала от других парней — неконтролируемый всплеск желания.
