выжатый лимон. Моих сил, после того, как я просканировал окружающее пространство на предмет не замеченных нами противников, с трудом хватило на то, чтобы подхватить наших раненых бойцов. И, судя по их ранам, нам стоило поспешить, чтобы донести их до Лины живыми.
Убедившись, что всё в порядке, и больше врагов нет, мы двинулись к нашему дому. Мои силы закончились, когда до дверей оставалось метров пять. Я опустил потерявших сознание бойцов на брусчатку и плюхнулся рядом с ними.
Нас заметили, и из дома выбежал отряд бойцов. Они моментально взяли всю улицу под контроль, и, подхватив раненых, быстро занесли внутрь. Мне тоже помогли подняться, и я, ковыляя, как старый дед, последовал вслед за остальными.
С нашим появлением, несмотря на поздний час, в доме сразу же началась суета. Первым делом Лина осмотрела меня и, убедившись, что помирать в ближайшее время я не собираюсь, занялась ранеными. Я же наконец позволил себе расслабиться и не заметил, как отрубился.
Утром мне рассказали, что после допроса пленных они нанесли визит заказчику. Им оказался один из аристократов, который был в игорном доме и видел, как я выиграл крупную сумму. Он с чего-то решил, что сможет безнаказанно меня ограбить, тем более, что моя охрана была довольно малочисленной.
Ребята, взбешённые этим нападением, особо не церемонились. Сперва они вообще хотели его убить, но потом всё же пощадили, правда сломав ему все пальцы на левой руке. Убедившись, что урок усвоен, они вернулись домой, прихватив с собой, в качестве компенсации, содержимое найденного сейфа.
Уже к обеду следующего дня, мы стояли у ворот выигранного мной поместья. Вот только охрана почему-то не спешила впускать нас на территорию. Пришлось Эвану продемонстрировать свою силу, смяв замок и распахнув железные ворота.
Охранники барона намек поняли правильноо, и бросаться на нас с оружием не стали. Тем не менее, к дому мы подошли в окружении пары десятков вооружённых бойцов. Да и у самого дома нас уже ждало еще столько же.
— Что вы себе позволяете⁇ — закричал вышедший на крыльцо пьяный вусмерть должник. — Проваливайте с моей земли!
— Позвольте, барон, — с усмешкой произнёс я. — Но это больше не ваша земля и не ваш дом. Забыли? — я потряс в воздухе его распиской.
— ТЫ меня обманул! — он обвинительно ткнул в меня пальцем, при этом покачнувшись так, что еле устоял на ногах.
— Ты мог уйти в любой момент, — поморщился я, признаваясь самому себе, что сейчас я не то, что кривлю душой, а откровенно лгу, — как это сделали другие. Но ты предпочёл пойти до конца.
— Вышвырните их! — приказал он своим людям.
— Ты совершаешь ошибку, — покачал я головой в ответ на его слова. — Твои люди просто бессмысленно погибнут.
— Я сказал вышвырните их! — закричал барон.
Повинуясь его приказу, сразу пятеро арбалетчиков подняли свое оружие и нажали на спусковые скобы. Однако, мои люди даже не дернулись, спокойно глядя на зависшие в метре от них болты. Если после такой демонстрации он не сдаст назад и продолжит давить, придётся нам всё же применить силу.
Мы уже было приготовились к драке, глядя на шагнувших в нашу сторону людей барона, как на сцене объявились новые действующие лица.
Я бросил быстрый взгляд в сторону шума и увидел забегающих в ворота стражников. Интересно, откуда они тут появились, да ещё так вовремя?
Люди барона тоже не спешили атаковать, переводя взгляд со стражи на барона, а потом на нас и так по кругу. Пьяный аристократ появлению стражи не удивился. Всё-таки, похоже, что это его рук дело. И хорошо, что дело не дошло до драки. Уверен, что нас бы просто повязали, не слушая наших аргументов и возражений.
— Что здесь происходит? — закричал на ходу их главный.
— Приветствую, уважаемый стражник, — начал я благожелательным тоном. — Этот человек отказывается покинуть наш дом.
— Это мой дом! — заорал барон, брызгая от возмущения слюной.
— Вчера ночью он проиграл мне его. Вот бумаги.
Я продемонстрировал расписку барона, не спеша отдавать её в руки стражнику. Мало ли, вдруг они заодно, и это такой хитрый ход, чтобы выманить у меня документы и уничтожить их.
— Я…это не в моей власти, решать такие вопросы, — произнёс стражник, а барон громко хмыкнул, услышав его заявление. — Вам придётся проследовать к судье. Он во всём разберётся.
— Я не собираюсь никуда ехать, — бесцеремонно перебил стражника барон. — Ещё не хватало ехать куда-то, чтобы разобраться с этим безродным! Просто задержите его!
— Вы выделите нам людей, чтобы они проводили нас к этому судье? — даже не посмотрев в сторону барона, спросил я.
— Да, следуйте за мной, — кивнул скривившийся стражник.
Когда мы вышли с территории поместья, стража моментально заняла позицию спереди и позади нашего отряда. Боятся, что мы сбежим? Напрасно. Я намерен решить этот вопрос. Зря что ли так напрягался и проворачивал всю эту схему.
— Проследи за этим алкашом, — тихонько шепнул я Алексу.
Наш диверсант молча кивнул и, выбрав подходящий момент, просто растворился в толпе. Судя по отсутствию какой-бы то ни было реакции со стороны наших конвоиров, никто из них этого не заметил.
К судье мы сразу не попали. Пришлось ждать пару часов. Всех нас не пустили, пришлось мне идти одному. Остальные остались ждать меня в приемной для посетителей в компании стражников.
Общение с судьёй у нас не задалось. Он изначально был какой-то недовольный. Наверное, не особо жалует простолюдинов. Другого объяснения у меня нет. Однако, после осмотра расписки и изучения оттиска печатки барона, он был вынужден признать мои притязания законными. Вот только, с какой-то стати, дал моему должнику целых десять дней на то, чтобы покинуть поместье.
Я попытался спорить, напирая на то, что за это время барон может причинить уже моему имуществу существенный ущерб. Однако судья был непреклонен и в итоге распорядился выгнать меня из здания суда. Пришлось стерпеть, иначе, чувствую, меня бы просто бросили за решётку. Тем не менее у меня получилось выбить с него подтверждающий его решение документ.
До поместья барона мы вернулись практически тем же составом. Только добавился работник суда, который и передал решение судьи барону. Как тот ругался! Видимо, до последнего надеялся, что судья встанет на его сторону, а не какого-то простолюдина.
Он был настолько недоволен, что даже швырнул
