Он закрывает глаза и откидывается на спинку водительского сиденья. Ему сложно дался этот разговор, мужчине вообще непросто признаваться в своих чувствах. Они это слабостью считают, своей уязвимой стороной.
Нам, женщинам, проще в этом плане. Мы даже после причиненной боли можем открыть сердце для по-настоящему своего мужчины.
И наша ссора с Костей не стала бы финалом, если бы он действительно был моим.
— Не говори ничего сейчас, Ладка, — он будто читает мои мысли. — Сейчас не надо.
— Кость…
— Сегодня я просто тебя подвез. Я, кстати, всегда готов. Меня уволят, конечно, но это малая плата за возможность делать тебе приятное, — опять улыбается уголками губ, проводит тыльной стороной ладони по моей щеке.
Он извиняется за то, что не смог сдержаться, после того как я не подпускала его к себе долгие месяцы, а я вспоминаю, как у меня горели губы от недавних поцелуев бывшего мужа.
Чувствую себя предательницей.
— Давай не будем идти на такие радикальные меры? — парирую с долей шутки. — Как ты без зарплаты собираешься содержать машину, чтобы меня катать? Бензин вроде бесплатно не раздают.
— Какая умная девочка мне попалась, — голос, пропитанный нежностью. — Забрать тебя не смогу, извини. Мы сегодня заключаем сделку, после которой я получу повышение.
— Так чего ты тогда сидишь? Опоздаешь же! — начинаю суетиться, тянусь к дверной ручке.
— У меня все под контролем, — он мягко перехватывает меня за руку. — Я поухаживаю, Лад.
Костя открывает дверь со своей стороны, огибает машину и помогает мне выбраться из теплого уютного салона, подав руку. Я прижимаю к себе кремовые розы, прячу их от хлопьев рассыпчатого снега.
Мужская рука лежит на моей талии, Костя на короткий миг касается моих губ своими, и я позволяю себе этот мимолетный поцелуй, словно с помощью него смогу отомстить Марку за вчерашнее унижение.
Самой смешно. Как будто он видит меня сейчас.
— Удачной тебе сделки, Кость, — произношу вместо прощания, глазами выискиваю вход в центр.
— Я позвоню, как освобожусь. Отпразднуем?
Киваю, потому что не хочу его расстраивать перед ответственным моментом.
Разворачиваюсь в нужную мне сторону, посильнее прижимаю цветы к себе и делаю несколько шагов вперед по подтаявшей слякоти.
Замираю, когда мой взгляд наталкивается на глаза бывшего мужа.
Марк в ярости идет прямо на меня.
Глава 11
Я никогда не встречала в своей жизни разъяренных быков, но, кажется, сейчас это случится.
У Марка такие жутко злые глаза, что я машинально делаю несколько шагов назад и оглядываюсь по сторонам, раздумывая над тем, стоит ли звать людей на помощь.
Только вот на парковке лишь мы с Костей, и в случае чего Марку даже не нужно будет подкупать свидетелей.
— Что с тобой, малышка? — на плечо ложится мужская рука, я дергаюсь, отшатываюсь, будто от удара.
— Кость, уезжай, пожалуйста, — беру себя в руки, шепчу, повернувшись лицом к нему.
— Детка…
— Пожалуйста, сейчас. У тебя же сделка, я не хочу, чтобы ты опоздал.
Я помню, как Марк недавно отреагировал на безобидный телефонный звонок. У меня на следующий день болели губы и ныли отпечатки его пальцев на бедрах.
— Лад, кто это? Ты его знаешь? — спрашивает Костя, выводя меня из легкого транса.
Марку остается до нас всего несколько метров, я машинально встаю впереди — не хочу, чтобы он причинил вред Костиному здоровью. А в том, что бывший муж сейчас на это способен, я ни капли не сомневаюсь.
— Это мой знакомый…
— Муж, — Марк перебивает меня.
Я предпочла бы сжаться до песчинки под его жестким взглядом.
— Бывший, — все-таки шиплю в ответ. Замечаю, как он протягивает ладонь Косте, тут же поворачиваюсь спиной к Марку. — Я все объясню.
Начинаю оправдываться перед ничего не понимающим Костей, он поджимает губы и смотрит на меня так, как еще никогда не смотрел.
Такое ощущение, что я нахожусь на перекрестном огне. Спину прожигают жесткие глаза бывшего мужа.
— Ты была замужем? — цедит сквозь зубы Костя.
За спиной я слышу усмешку Марка. Боже, как же мне хочется развернуться и со всей силы залепить ему пощечину. Если я не рассказала Косте о своем прошлом — это вообще еще ничего не значит!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Можно подумать, он своей надутой кукле много рассказывал.
Теперь моя очередь злиться. На бывшего мужа, на Костю за то, что не уехал вовремя, когда я просила. На себя.
Какого, спрашивается, черта я вообще боюсь Марка? Почему у меня внутри все в узел сворачивается, если я перед ним вообще ни в чем не виновата? Это у него внезапно ревность взыграла, я вообще никакого отношения к этому не имею.
Пусть идет, курс уколов себе от бешенства сделает. Ему полезно. И больница как раз рядом.
— Встретимся вечером, Кость, закажем ужин из ресторана, отпразднуем твое повышение, — натягиваю улыбку на губы, утыкаюсь в цветы, чтобы он понял — они безумно мне понравились.
— Забудь об этом, котенок.
Костя отодвигает меня в сторону и делает шаг вперед.
— Ты кто вообще такой?
— Влада, могла бы себе и поумнее мужика найти, — бывший муж нарочно провоцирует Костю. — Тебе еще раз озвучить или ты, наконец, свалишь и оставишь мою жену в покое?
— Бывшую, Марк! — взвизгиваю в стороне, наблюдая за этими разборками. Если честно, они сейчас больше на петухов похожи.
В детстве я несколько месяцев проводила у бабушки на даче, и там были таких же экземпляры с красными хохолками. Вечно грудь колесом сделают, перья распушат и вперед, достоинствами мериться.
— И в покое должен оставить меня ты, — вклиниваюсь между ними, тычу Марку пальцем в грудь. — Мы в разводе, если тебе вдруг отшибло память. Я могу встречаться с другими мужчинами.
— Тогда почему ты позволяла мне трогать тебя ночью, когда мы спали в одной постели?
Меня опять отодвигают в сторону, только на этот раз довольно грубо. Я едва не поскальзываюсь на припорошенном снегом льду, чуть не роняю букет из рук, стараясь удержать равновесие.
Костя после этого вмешательства отводит руку, сжатую в кулак, назад, а я вижу это словно в замедленной съемке. Он выбрасывает ее в сторону лица моего бывшего мужа, я вскрикиваю, но Марк каким-то чудом уворачивается. Он уходит от удара, но тут же наносит ответный, и снег под ногами Кости окрашивается в красный.
— Ты что творишь?! — бросаюсь вперед, отпихиваю ухмыляющегося Марка и пытаюсь рассмотреть, насколько с разбитым им носом все плохо.
Костя отмахивается от меня, запрокидывает голову, давит пальцами на переносицу. Кровь продолжает стекать по губам и подбородку, капает на его рубашку, виднеющуюся из распахнутого пальто.
Машинально думаю о том, есть ли у него на работе запасная, потому что в таком виде проводить сделку, влияющую на будущее, нельзя.
— Оставь, Лад, — Костя отстраняет меня, нагибается за чистым снегом и прикладывает плотный снежок к разбитому носу, чтобы отек не раздуло на все лицо.
Они оба молчат. Я тоже. Не знаю, что сказать в этой ситуации.
Костя переводит взгляд на часы, я цепляюсь за этот жест.
— Мы потом поговорим, хорошо? Мне жаль, что так все получилось… У тебя теперь проблемы будут, да?
— Нормально все, — он выкидывает снег из рук, морщится, дотрагиваясь до носа.
Нормально все, как же. У него, возможно, сделка срывается, а причина этого — я.
Бросаю взгляд через плечо на бывшего мужа, он отходит в сторону и зажимает сигарету, дымит куда-то в небо.
Я киваю Косте, когда он открывает дверь своей машины со стороны водителя. Он уезжает, я выдыхаю, потому что Костя не стал разбираться во всем сейчас. У нас еще будет время на это. Я надеюсь.
— Ты доволен? — подхожу к Марку и вырываю у него сигарету, бросаю ее в снег.
Бесит потому что. Понимаю, что это выглядит слишком по-детски, но а что я еще могу ему сделать?
Марк провожает ее взглядом, тянется к карману, спокойно достает новую из пачки.
