колотить того по лицу без разбора. Сильные и резкие удары оставляли темные пятна на костяшках стража, зато слизняк уже не улыбался.
— Остынь, Ин. — Холодно проговорил Ригир, пытаясь за руки остановить его.
Он поднялся, ударяя кашлявшего слизняка ногой по ребрам, и пошел в замок дорогой, мной еще не изученной.
Первая капля коснулась моей щеки. Небо плакало. Светлая видела людские судьбы и горевала вместе с ними.
— Что ты ему наплел? — холодно спросил Ригир, помогая тому подняться.
— Тебе то что, Ригир, — с хрипом поднялся на ноги слизняк, вытирая кровь костяшками пальцев.
Помощь Ригира он так и не принял.
— Сколько рыбу не учи, все равно молчит, — придерживая ушибленные ребра, ответил слизняк и пошел к столам с едой.
Ригир смерил того недобрым взглядом, и будто уловив мой, покосился, сощурился и пошел вслед за воином.
Дождь усилился, с визгами молодые девушки и дети подскочили, чтобы скорее спрятаться внутри замка. И вместе с ними и я, ведь теперь это мой дом.
Лишь когда все разбежались, гонимые непогодой, и я сидела в задумчивости в своих покоях, ожидая служанку, мне пришла в голову мысль. Не может так запросто воин нападать на королевского отпрыска. Здесь что-то другое. И Ригир пошел их разнимать… Как Истар бегал за мной, в какую бы передрягу я не попала.
Глава 13
Дождь быстро утих, зато принес чарующий свежий ветер.
— Где Ави? — спросила я пришедшую ко мне служанку.
— А я почем знаю? — возмутилась пожилая дама. — Мне велено, я и несу.
Я с сомнением понюхала настойку на травах: отчетливый хмельной аромат обжег ноздри и дошел до гортани.
— Это для лучшего сна, — она покосилась на меня, мол, пей, чего глядишь, а потом добавила. — Завтра же день первой жемчужины!
Я помедлила, продолжая принюхиваться. Нет, ничего плохого не было в этом отваре. Выпила все, до капли.
В кровать ложилась с уже потяжелевшей головой, которая так и норовила опустится на подушку. Жесткая простынь колола, я завернулась в менее неприятное одеяло, постепенно отпуская переживания и невзгоды, и все сильнее сливалась с темной сумрачной вуалью. Ноги покалывало от усталости. Я засыпала все крепче. Мысли плавали в родном замке, воспоминаниях, комнате брата, в другом мире с другими подушками, где были совершенно иные и воздух, и еда, и одежда. Я и не подозревала что когда-нибудь буду скучать по мелочам, казавшимся мне совершенно незначительными днем ранее. Ускользая и снова возвращаясь, путаясь в “лестничных пролетах”, я не могла никак понять, где должна была свернуть, чтобы снова вернуться в реальность. Жжение усилилось, нога начала неметь, я почувствовала странные покалывания на щеке и шее. Волосы спутались и вымокли от пота. От резкой боли я открыла глаза.
Одеяло скомкалось и вот-вот норовило упасть на пол. В голове колола боль. В полубреду я потянулась за одеялом и увидела на своей руке жуткое животное, не похожее ни на рыбу, ни на ракушку. Его лапы оплели мою руку и нестерпимо обжигали. Увиденное не только отрезвило, оно невероятно напугало меня, не давая ни минуты на осознанность. Я закричала, резво тряся руками и пытаясь отодрать лапу чудовища. Склизкая голова мерзко испачкала руку, в панике я упала с кровати и стала помогать себе ногами отодрать еще одного от руки. У меня получилось. Я поднялась, судорожно проверяя помещение на наличие еще каких-нибудь гадов. Один все еще был на моей кровати, прямо рядом с подушками. Я задышала, пытаясь прийти в чувство, избавиться от страха, который захватил с головой. Руки тряслись, я рассматривала монстра на полу, которого отбросила ногой. Красно-коричневое нечто ползло, снова приближаясь к моей кровати.
“Нужно бежать отсюда! Пока они здесь, я не вернусь в комнату!”
Я дошла до двери, коснулась пальцами ручки. Руки тряслись, я только сейчас увидела, как сильно испугалась, ощутила, как бьется в панике мое сердце, зажмурилась. Не могу. Не могу показать им слабость! "Это лишь животное. Тебя пытаются напугать и ждут именно такой реакции!"
Я еще долго стояла у двери, просто страшась повернуться, столкнуться с “этим” лицом к лицу. В дверь тихонько постучали. Я прислушалась. За дверью шептались, затем снова постучались чуть громче.
— Принцесса? — услышала я приглушенный преградой голос.
Но не ответила, и голос тихо продолжил:
— Я услышал крик.
Пресветлая матерь, кто это?
— Да, — заминка, — кошмар приснился.
И снова услышала неразборчивый шепот, а затем тихие, почти неслышно удаляющиеся шаги. Беззвучно и крайне медленно оторвалась от дверной ручки. Пока я собиралась с мыслями, рука задубела от напряжения. Я повернулась, держа голову высоко, а ноги твердо. Подошла к кровати и одним движением сорвала ненавистную колючую ткань. Накинула простыню на руки, намотала покрепче. Так, чтобы посередине получился мешок. Подошла к первому существу и тут же скривилась. Почему я должна это делать?!
Гадина странно передвигала лапами по полу. Где носит эту непутевую служанку, когда она так нужна! Аккуратно, садясь на корточки, накрыла ее, зачерпнула руками снизу, проталкивая ткань. Лапы твари будто приросли к полу, я пыхтела сжимая склизкие конечности. Что за гадство!
Вынесла на балкон, смахнула вниз. Гаденыш снова приклеился… Пресветлая Матерь…Я вздохнула, готовая опустить руки, и тут тварь отвалилась. Я лишь услышала хлюпающий гулкий звук: чудовище упало на каменную дорогу, и снова наступила тишина.
Я переглянулась с ночным небом. Звезд не было видно, а значит подсматривать за мной некому. Вдохнула поглубже свежий морской воздух, и вернулась в комнату, ведь работа еще не окончена. Случившееся вымотало меня. Мне бы забыться крепким сном. Однако на кровать я не легла, свернулась на кресле у окна, слушая успокаивающий шум волн.
Глава 14
Проснулась от скрипа. Резко и неприятно.
— Где ты была?! — прошипела я, едва за служанкой закрылась дверь.
Небо за окном все еще дремало, усмехаясь тому, что меня потревожили в такую рань.
— Ваше Высочество, Вы не пове-ерите-е!
Она оглядела комнату, сбилась и спросила:
— А почему Вы в кресле? А это что? — она округлила глаза и указала на мою ногу, выглядывающую из-под сорочки. Я брезгливо осматривала себя, гадая, насколько плохо я выгляжу. Нога была в круглых следах от лап ночных гостей, измазана темной жидкостью. Видимо, эта тварь еще и испачкала меня. Руки и некогда белоснежная ткань сорочки были в той же жиже. А я и не заметила грязи.
— Действительно, почему! — встала с места, потирая бок, и подошла к ней. — Где ты была?! — спросила сухо.
— Тетушка Гориа отпустила всех на
