Для борьбы с «нравственной дряблостью», как называли священники отсутствие должного уважения к церковности, съезд предложил повсеместно организовать классные и внеклассные собеседования патриотическо-монархического характера, цель которых — пробудить у учеников «высокое и святое чувство к родине». Тематика этих бесед была следующая: «Жизнь без религии — жизнь без смысла и цели», «Истина бытия божия», «Учение о творении», «Происхождение человека», «Древность мира и человека», «Необходимость поста», «Растление современного общества проповедью Дарвина и Геккеля»51.
По предложению съезда во многих школах организовали ученические «христианские содружества» для пропаганды религиозно-монархических взглядов, для борьбы с неверием. С этой же целью рекомендовалось устроить «паломничества» в монастыри и другие «святые места» под руководством священника-законоучителя.
Решения съезда законоучителей носили исключительно воинствующий характер, это было подлинное наступление церковников на школу. Синод и епархиальное начальство одобрили решения монархического духовенства. Они призывали священников-законоучителей к большей активности в школе, рекомендовали им, в целях «спасения душ молодёжи», устанавливать связь с местными органами полиции.
Для усиления своего влияния на школу священники-законоучители стали организовываться в «братства» или союзы, где разрабатывались вопросы активного воздействия на преподавание в школе, меры борьбы с неверием среди молодёжи, занимались опровержением подлинной науки.
Распространение марксистско-ленинских идей среди передовых учителей и учащихся поднимало их на политическую борьбу с царизмом, способствовало росту атеистического мировоззрения. Так, например, в Слонимском училище Гродненской губернии в 1910 г. ученики под влиянием учителя отказались петь «молитву за царя и отечество». Антирелигиозные и атеистические настроения наблюдались и в средних учебных заведениях Могилевской губернии. Законоучитель г. Орши Маслов в секретном докладе на имя могилевского епископа и попечителя Виленского учебного округа с тревогой сообщал о падении религиозности и росте атеистических взглядов среди учащихся.
1. E. Шмидт История средне - учебных заведений в России. СПб., 1872, стр. 98.
2. И. Алешинцев. История гимназического образования в России. СПб., 1912, стр. 158.
3. Там же, стр. 150.
4. «Сборник постановлений и распоряжений по министерству народного просвещения», т. 2. СПб., 1865.
5. Д. Ростиславов. О православном белом и черном духовенстве в России, т. II. Лейпциг, 1864, стр. 395.
6. Ш. Ганелин. Очерки по истории средней школы. M., 1954, стр. 95.
7. H. А. Морозов. Повесть моей жизни, т. 1. M., Изд - во АН СССР, 1947, стр. 12 - 13.
8. Ш. Ганелин. Указ. соч., стр. 123; см. также: А. И. Георгиевский. Предположенная реформа нашей средней школы. СПб., 1902, стр. 55.
9. «Журналы п протоколы Всероссийского съезда законоучителей светских среднеучебных заведений». СПб., 1909, стр. 306.
10. «Искра», № 5, июнь, 1901 г.
11. «Труды высочайше утверждённой комиссии по вопросу об улучшении преподавания в средней общеобразовательной школе», вып. IV. СПб., 1900, стр. 54 - 56, 142, 147 и 189.
12. H. О. Рыжков. Симбирская гимназия с годы учения А. И. и В. И. Ульяновых. Симбирск, 1931, стр. 31.
13. «Русское обозрение», 1872, кн. 4, стр. 836.
14. «Педагогический сборник», кн. VII, 1913.
15. M. Чалый. Белоцерковская гимназия в 1862 - 1869 гг. Киев, 1901. стр. 48.
16. A. И. Георгиевский. К истории учёного комитета министерства народного просвещения. СПб., 1902, стр. 127.
17. Б. E. Райков. Очерки по истории гелиоцентрического мировоззрения в России. Л., 1947, стр. 364.
18. Там же, стр. 375.
19. A. И. Георгиевский. Предположенная реформа нашей средней школы. СПб., 1902, стр. 56.
20. Там же.
21. H. Константинов. Очерки по истории средней школы. M., 1956, стр. 55.
22. В. И. Ленин. Сочинения, т. 6, стр. 63.
23. «Листовки петербургских большевиков», т. 1. Л., 1939, стр. 72.
24. «Сборник постановлений и распоряжений по гимназиям». СПб., 1874, стр. 503 - 504.
25. H. Рыжков. Указ. соч., стр. 13-15.
26. Г. Белявский. Педагогические воспоминания. M., 1905, стр. 170.
27. «Русская школа», кн. 9, 1906, стр. 1.
28. «Сборник постановлений и распоряжений по гимназиям». СПб., 1874, стр. 539.
29. А. Петрищев. Указ. соч., стр. 300 - 301, 308.
30. «Искра», № 5, июнь, 1901 г.
31. А. Велский. Записки педагога. СПб., 1909, стр. 25.
32. E. Лихачева. Материалы для истории женского образования в России, т. III. СПб., 1895, стр. 139.
33. В. П. Лангинская. Возникновение женских гимназий. M., 1950, стр. 234, диссертация.
34. К. Львов. Женское образование в СССР. M., 1946, диссертация.
35. «Вера и церковь», кн. 12, 1902, стр. 651.
36. A. Ткаченко. Роль Харьковского университета в развитии школ в 1-й половине столетия существования Харьковского университета. Харьков, 1950, стр. 363, 597, диссертация.
37. H. Рыжков. Указ. соч., стр. 33.
38. Ш. Ганелин. Указ. соч., стр. 111 - 112.
39. А. Абрамович. Очерки по истории школ в западных областях Белоруссии, стр. 72, диссертация.
40. «Журналы и протоколы Всероссийского съезда законоучителей светских среднеучебных заведений». СПб., 1909, стр. 23.
41. Ш. Ганелин. Указ. соч., стр. 177.
42. H. Алпатов. Очерки по истории кадетских корпусов. M., 1950, стр. 417, 781, диссертация.
43. M. Кириллов. Очерки по истории начальной школы в Белоруссии XIX - XX вв. M., 1950, стр. 303, диссертация.
44. А. Петрищев. Указ. соч., стр. 288.
45. Г. Розанов. Сумерки просвещения. СПб., 1899, стр. 74.
46. А. Петрищев. Указ. соч., стр. 19.
47. О. Г. Андрус. Очерки по истории народного образования в Бессарабии. Кишинёв, 1950, стр. 35, диссертация.
48. С. Знаменский. Средняя школа за последние годы. СПб., 1909, стр. 73 - 74, 89 - 90, 200, 217, 277.
49. А. Велский. Указ. соч., стр. 6.
50. «Невская звезда», № 16, 8 июля 1912 г.
51. «Журналы и протоколы Всероссийского съезда законоучителей светских среднеучебных заведений», стр. 306.
Глава IV. Церковное влияние на внешкольное образование
Воскресные школы для взрослых, возникшие в конце 50-х и в начале 60-х годов XIX в., явились одним из важных средств культурно-просветительной и политической работы среди рабочих.
Правилами 1860 года предусматривалось религиозное направление и этих школ (они должны были учить закону божьему — молитвам, священной истории, катехизису, знакомить с богослужением, с праздниками, церковными обрядами, воспитывать рабочих в духе преданности самодержавию и православию). Воскресные школы, открытые в годы революционной ситуации, приняли, однако, другой характер. На Украине организатором воскресных школ был прогрессивный профессор П. В. Павлов, обвинённый затем в безбожии. Павлов, принёсший в университет идеи революционных демократов, много сделал для распространения среди рабочих знаний. Большое участие в работе воскресных школ принимал также Тарас Шевченко, составивший для учащихся специальный букварь. В Петербурге и в Москве открытие вечерних школ было связано с деятельностью революционных демократов, призывавших защитить народное образование от «злого правительства и попов».
С развитием капитализма в России росла потребность в грамотных рабочих и ремесленниках. Поэтому буржуазия сначала не препятствовала открытию школ и относилась сочувственно к их деятельности. Но в воскресные школы проникали идеи революционных демократов, школы отходили от первоначального религиозного направления. У петербургских рабочих и подростков, посещавших воскресную школу на Шлиссельбургском тракте, популярностью пользовался писатель H. Г. Помяловский, автор «Очерков бурсы» и «Мещанского счастья».
Рассказывая о явлениях природы, Помяловский давал им научное объяснение, разрушая у подростков и рабочих наивные религиозные представления. Об этой деятельности Помяловского писала в своих воспоминаниях E. И. Водовозова: «Ученик-подросток, — рассказывала она, — спросил Помяловского: "Скажите, дяденька, как это пророк Илья так гулко громыхает по небу? Ведь на нём нет ни каменной мостовой, ни мостов…".
Помяловский громко расхохотался, ему вторили его ученики; затем он так просто начал рассказывать о небе и тучах, и громе, и молнии, что под конец мальчик воскликнул: "Значит про пророка Илью только сказки рассказывают?" К нему подошли другие ученики, и Помяловский разъяснял недоумения детей. Скоро все присутствовавшие в школе ученики и учителя обратились в одну аудиторию и внимательно слушали в высшей степени занимательные объяснения Помяловского»1.
Просветительная деятельность воскресных школ вызвала недовольство духовного ведомства. Посыпались доносы церковников, что в них неправильно «трактуется вера православная», что ввиду отсутствия в школах законоучителей имеются «некоторые опасные затеи светских людей»2. Готовясь ликвидировать воскресные школы, шеф жандармов князь В. Долгорукий представил Александру II в декабре 1860 г. записку, в которой предлагал ограничить преподавание в воскресных школах «правилами веры, грамоты, письма и счета», удалить из них лиц, замеченных в направлении, противном «религиозным истинам, государственному управлению и правилам нравственности»3. Воскресные школы стали рассматриваться «только как пособие приходским училищам». Контроль за работой воскресных школ возложили на священников. Помимо преподавания закона божьего, они должны были наблюдать, чтобы в школах «не допускалось ничего противного правилам православной веры и нравственности»4.
