но, закрывая её, услышал звуки: шорох ткани, лёгкий вздох, затем — переодевание. Мантия упала на пол с тихим шелестом, за ним последовала другая одежда. Дверь щёлкнула, и я остался в тихом коридоре, где эхо шагов растворялось в полумраке. Хозяин крепко уснул — я чувствовал это через остатки Сети, как затихающий сигнал.
Я стоял неподвижно, глядя в пустоту, думая, чем бы заняться дальше — в моем распоряжении была целая ночь. В сознании тут же развернулась карта особняка — детальная, с пометками. Мой «взгляд» остановился на помещении [Оружейная]. Я чувствовал, что там должно быть куча «интересных вещичек» — оружие, артефакты, возможно, что-то для усиления. Отлично, то, что надо. Пора провести собственную, тайную инвентаризацию!
Глава 8
Хозяин уснул. Это был мой шанс. И я не собирался его упускать. Пока создатель Сети был погружён в глубокий сон, я, его «верный ассистент», намеревался нанести визит в одно очень интересное место — его личную оружейную.
Согласно данным карты особняка, она находилась в противоположном крыле здания. А ключ… ключ был спрятан в северном коридоре, за неким гобеленом, видеть который мне, не смотря на знание, ещё не доводилось.
Хозяин совершил ошибку, когда не стёр такие секреты со своей карты. Или же просто не считает меня опасным? Но это точно не может быть ловушкой, учитывая сколько подобных мелочей ещё есть на моей карте. Тут и тайные ходы и рычаги неизвестного назначения, даже указания на несколько открытых ловушек. И ключ в оружейную, среди всего этого, ничем не более ценен, тем более что благодаря всё этой же карте, её внутреннее устройство итак уже стоит перед моими глазами. Простая дверь, очевидно, не единственная защита.
Я двинулся с места, не забывая о своём главном прикрытии… Уборка. Так что первым делом снова посетил подсобку. Швабра оказалась в одной руке, ведро с водой — в другой. Скрип мокрой тряпки по каменным плитам стал моим алиби для этой ночной вылазки. По-настоящему убираться я не намеревался, потому что этого и не требовалось. Сеть не была способна отличать «правильную уборку» от того как ей занимался мой предшественник. Она считывала лишь сам факт, а, заначит, это и есть тот самый минимум, меньше которого мне опускаться нельзя ни за что.
Но и о возможности неожиданной проверки Хозяина забывать было нельзя. Не слишком халтурно и не слишком долго, ведь времени у меня могло не быть вовсе.
В северном крыле, в тишине и запустении, висел огромный гобелен. На его выцветшем полотне была выткана грандиозная батальная сцена: армия скелетов в ржавых доспехах теснила ряды сияющих рыцарей. В центре, возвышаясь над хаосом битвы, стояла фигура в тёмном балахоне, с поднятой рукой, из которой исходили нити тёмной энергии, управляющие мёртвым войском. Отодвинув пыльный край, я обнаружил в нише за ним большой железный ключ.
С ключом в руке я направился к оружейной. Дверь была массивной, окованной железом, и я не сомневался, что она под защитой. Осторожность стала моим главным инстинктом. Я замер у стены, активировав «Духовное Око» и вглядываясь в пространство перед собой.
Пол был чист — никаких нажимных плит или скрытых нитей. Но сам замок… он был другим. Я видел тонкие, едва заметные нити энергии, вплетённые в замочную скважину и петли. Спящие руны, готовые проснуться от любого неверного движения.
Не зная, как их обезвредить, я мог полагаться лишь на предельную аккуратность. Медленно, без резких движений, я вставил ключ в замок. Он повернулся с мягким, промасленным щелчком. Никакой реакции. Ни вспышек, ни тревоги. Дверь поддалась, открываясь в темноту.
Атмосфера здесь была совершенно иной. Воздух буквально гудел от скрытой мощи, и как только я переступил порог, Система ожила, засыпая меня потоком данных.
Стойки у стен ломились от оружия, но оно было простым, почти безликим.
`[Стальной полуторный меч (Ранг G)]`
`[Боевой топор (G)]`
`[Длинное копьё (F)]`
Моё Духовное Око подтверждало их заурядность: от них исходили лишь тусклые, едва заметные ручейки энергии, слишком слабые, чтобы представлять интерес.
Но истинное сокровище хранилось дальше, за толстыми, укреплёнными рунами решётками. Мой взгляд, усиленный Духовным Оком, впился в артефакты, и от увиденного внутри всё затрепетало.
`[Клинок Бури (E) — Двуручный меч, зачарованный на урон молнией]`
От меча исходили не просто потоки — это были яростные, пульсирующие вихри чистой силы, сплетающиеся в ауру, обещавшую неминуемое разрушение. Рядом, на бархатной подставке, покоился щит.
`[Эгида Непокорного (E) — Тяжёлый щит, способный отразить одно смертельное заклинание в день]`
Его энергия была иной — плотной, спокойной, но несокрушимой, словно скала. А в глубине, на отдельном постаменте, лежал кинжал, который казался сгустком самой тьмы.
`[Шепот Тени (D) — Кинжал, наносящий некротический урон и игнорирующий доспехи]`
От него не исходило яркого свечения. Наоборот, он поглощал свет, а потоки энергии вокруг него были тонкими, почти невидимыми, но острыми как иглы. Я чувствовал их опасность на интуитивном, почти живом уровне. Если бы я только мог им воспользоваться, то, возможно…
Во мне смешались азарт и холодный расчёт. Я понимал, что не смогу добраться до лучшего — решётки и витрины были мне не по зубам. Пока. Но даже среди того разнообразия, что лежало в открытом доступе, было кое-что очень интересное. И я уже не сомневался в своём желании этим воспользоваться.
Я подошёл к одной из открытых стоек и взял в руки особенно приглянувшийся длинный меч. Он был тяжелее, чем я ожидал… А ещё здорово отличался от всего того, что мне довелось потрогать в пещерах.
На порядок… Могущественнее? Это было необъяснимо, но я ощутил, как оружие словно вливало в мои кости силу, которая проникала в само сознание. Меч изгонял сомнения, заменяя их жгучим желанием действовать: сражаться, побеждать, добиваться своего.
Эта ментальная трансформация пугала. Она не была естественной. Но стоило мне взмахнуть мечом, как моё тело, лишённое мышц, обрело неожиданную и пугающую грацию. Парирование, выпад, рубящий удар — движения рождались сами собой, словно эхо давно забытого танца.
Мне отчаянно захотелось вспомнить этот танец. Рассекая воздух, я словно повторял движения невидимого мастера. В сознании замелькали образы: фэнтезийные воины, эпические битвы, приключения. Возможно, это была моя забытая мечта, прорывающаяся наружу.
Это было захватывающе, но в то же время я понимал: в этих движениях не было ни капли боевой эффективности. Они были красивы, грациозны… и совершенно бесполезны. В настоящем бою, с которым я уже успел познакомиться, за такие пируэты мне бы мигом снесли голову. Увидев подобное
