Он догадался, что мы хотим провернуть. — Краем глаза я заметила, что к нам приближается Дай, с не добрыми намерениями. В тот же момент, подо мной открылся портал, и я провалилась в свою комнату. Напоследок, услышала рев ректора: «Амалия, зараза мелкая», и уже более раздраженно «Грин, ты труп».
Темный, помоги своему подопечному. Прошу тебя. Надеюсь, у ректора нет проблем с головой?!
Приняв душ, я легла в кровать. И тут же услышала стук в дверь. На пороге стояла бледная русалка.
— Ты вернулась. Я так испугалась за тебя. Что случилось? Где ты была? — повиснув на мне, затараторила Анхелина.
— Ты не представляешь, что я сегодня пережила. — Мне нужно было выговориться. И я в кратции, рассказала обо всем, что произошло со мной после того, как убежала.
— О, Светлая, что же это? Надо выпить. У тебя есть? — я кивнула и улыбнулась. — Отлично. Пойдем.
Спустя два часа, мы развалились на моей кровати и сопели. Тяжелый день и выпитый алкоголь сморили нас. Я попросила Анхелину не уходить, а остаться со мной. Возражений не было. А утром нас разбудил рыжий и настойка антипохмелина.
Глава 4
Дайлонд
— Твою мать, Грин. Какого хрена? — во мне просто бурлило бешенство.
Сначала, эта маленькая засранка сбежала у меня из под носа, ослушалась моего приказа. Так еще и, увидев меня у академии, рванула в противоположную сторону. Умудрилась напиться с друзьями в таверне, чуть не подраться с какими то отморозками, найти еще одну жертву, на которую и работникам морга смотреть страшно. Как она смогла завоевать доверие Грина, вообще не понятно. Но факт остается фактом. Она снова сбежала от меня. Рррр…
— Дай, ну девчонка и так сегодня настрадалась.
— Чем? Тем, что пила в таверне или тем, что по магазинам ходила? — заводился я все больше и больше.
— Нет, лорд Де Карс. Она обнаружила убитую девушку, одна. Девушку, которая была ровесницей ей самой, и от которой не осталось не одного живого места. Ее родители только по кольцу узнали. Она два часа провела в компании людей, не обращающих на нее никакого внимания. Ей было страшно. И я больше чем уверен, что вот эти олухи, — он показал на следователя и служащего, — при ней зачитывали заключение из морга. Теперь ты можешь представить, как она себя чувствовала? — зло выговаривал мне Грин.
И тут я действительно понял, что вся моя злость была и не злостью вовсе, а ревностью. Которая застилала мне глаза, и я не видел ничего вокруг. Что я наделал?
Когда она сказала про то, что вампир будет покупать ей одежду, я так взбесился, что и не думал больше ни о чем. А потом она ушла по магазинам. Ревность еще больше распаляла меня. Влетело всем. И Грину, который чтоб отделаться от меня пошел искать ее в город. И охране на воротах не повезло.
Но вот подумать о том, что она, маленькая девочка, которая увидела, то от чего у меня самого волосы дыбом становились, я не мог. Болван. Еще и рычал, когда нашел ее тут. И испугал ее окончательно.
Тут в голову пришла мысль. И я ее решил озвучить.
— Грин, а почему я ее к тебе не ревную? — задал вопрос, и тут же мысленно хлопнул себя по лбу. А то я не знаю, как будто, почему.
— Ээ… а мне то откуда знать? — опешил демон, — давай потом это обсудим, — мне, и, развернувшись к мужчинам, сказал, — ну что мальчики, поговорим о вашей профнепригодности.
Следующие полчаса, я слушал, как Грин распекает следователя и его служащего. Объясняя, уже чуть ли не кулаками, что при свидетелях, особенно если это молодые и невинные девушки, говорить такие страшные вещи, не профессионально. После того, как следователь «ляпнул», что «по ее одежде сразу видно, что она уже давно не невинная», я зарычал и поднялся. Но друг меня опередил, и, схватив за горло следака, прижал к стенке и угрожающее произнес:
— Еще раз я услышу подобное выражение в сторону этой девушки, и ты пожалеешь, что вообще говорить научился. Я ясно выразился? — оба мужчины закивали. Я тоже кивнуть хотел, уж очень убедительно он говорил, но вовремя опомнился.
В общем, сказав еще несколько крепких словечек, в адрес этих идиотов, причем так, что мне добавить, было нечего, и я даже пару слов взял на заметку, мы вышли на улицу и побрели к Академии.
— Грин, что с тобой? — спросил я через какое то время.
— В смысле? — пробубнил в ответ тот.
— Я задам тебе один раз этот вопрос и прошу ответить честно! — Грин внимательно на меня посмотрел и кивнул, — Что ты чувствуешь к Амалии?
— Эээ… не понял? Ты на что намекаешь? — у демона даже глаза округлились от моего вопроса.
— Ты ее сейчас так защищал, чего я ни разу не замечал за тобой. Учитывая, что ты и так не равнодушен к женским слезам.
— А, вот ты о чем! Не знаю, Дай. Но мне кажется, что в ней частичка моей души, что ли. Я смотрю на нее, и мне хочется улыбаться. Защищать ее. Даже от тебя. А еще в ней я вижу свою… свою мать. Не знаю, как мне тебе объяснить это.
— Мать? — я опешил. Как так?
— Да. Но мои чувства больше на родственные похожи. Нежели на те, о которых подумал ты, друг мой.
— Я тебя понять не могу, то есть ты считаешь ее…
— Ну, что тут понимать. Она мне как сестренка, намного младшая, — со смешком сказал друг.
— Я думаю, она бы обрадовалась такому родственнику, чего не скажешь обо мне. Ты мне и так то надоел, а тут еще породниться с тобой.
— Эй, я и обидеться могу, — он пихнул меня в бок локтем и рассмеялся. В такие моменты, когда не знаешь за что браться, так как проблем очень много, вот такие тычки от друзей очень помогают. И пусть они не решат проблемы с твоей возлюбленной или с государственными делами, но они всегда поддержат. И поэтому мне было в тройне тяжело говорить дальше. Но я сделал выбор и должен ему следовать, ради них обоих.
— Грин, прости, что спрашиваю, а как ты? Вспоминаешь ее? — я видел, что лицо у демона помрачнело, улыбка пропала без следа, но чтоб задать следующий вопрос нужно его подготовить.
— Да, вспоминаю. Дай, я помню все до мелочей и никогда не забуду. Пока не отомщу. Ты знаешь, почему я взялся за это дело.
— Я хочу
