Церковь Большое Вознесение. Современный вид
Церковь Большое Вознесение в XIX в.
Хлыновский тупик, между нынешними Вознесенским и Леонтьевским переулками, напоминает о существовавшем здесь селе Хлыново и стоявшей тут церкви Св. Николая, «что в Хлынове». По высказанному в литературе мнению, название этого храма обязано тому, что в церкви некоторое время (с 1552 по 1556 г.) находился образ Николы Великорецкого, принесенный из города Хлынова, как ранее именовалась Вятка. Однако позднее историкам стало известно летописное известие об основании этой церкви в 1514 г.: «Князь великий Василей другую церковь камену заложил Благовещение святей Богородицы за Неглимною на Старом Хлынове». Она была закончена строительством и освящена через два года. Указание летописца на «Старое Хлыново» со всей очевидностью говорит, что поселение на этом месте существовало гораздо раньше начала XVI в. Действительно, в источниках село Хлыново впервые упоминается в обводной грамоте XV в. земель села Большого Кудрина. Последние исследования историков показали, что помимо Хлынова на Вятке в XIV–XV вв. существовал другой город Хлынов – на реке Ветлуге. Во время феодальной войны он был разорен, и основная масса его жителей вынуждена была перебраться севернее – на Вятку, где основала одноименный город. Часть жителей бежала в Москву и Тверь, где также образовала небольшие поселения с этими же названиями.
С 1536 г. церковь в Хлынове значится как Николо-Введенский женский монастырь. Обитель перестала существовать здесь в Смутное время, а ее главный храм был вновь обращен в приходскую церковь.
Кольчуга и шлем русского воина XIV в.
Другие слободы расположились между нынешними Бульварным и Садовым кольцами. Здесь, между современными Малой Никитской и Тверской улицами, располагался район оружейников. Гранатный переулок получил свое название от Гранатного двора.
Церковь Воскресения Словущего в Бронной слободе
Одной из крупнейших здесь была Бронная слобода, память о которой сохранилась в названиях Большой и Малой Бронных улиц. Здесь было поселение мастеров-оружейников, изготовлявших броню. В 1632 г. в ней значилось 103 двора.
В старину бронником именовался латник, панцырник, делавший брони. Собственно говоря, под этим названием на Руси подразумевались кольчуги, которые были распространены на Руси с древнейших времен. В X–XV вв. кольчужная рубаха являлась основной, а часто и единственной броней русских воинов и вместе со шлемом и щитом составляла обычно все их защитное вооружение.
Церковь Рождества Христова, что в Старых Палашах
Всем здесь распоряжался Бронный приказ, впервые упоминаемый в источниках с 1573 г. и, по всей вероятности, основанный Иваном IV. Он заготовлял брони, шлемы, сабли, луки, стрелы, самопалы и другие предметы воинского снаряжения. По данным XVI в., в Бронном приказе состояло 110 мастеров, занимавшихся выделкой и ремонтом оружия. Источник называет среди них бронников, юмшанников, сабельников, мастеров самопальных пищалей. Московские «пансыри» были настолько хороши, что в 1589 г. бухарские послы домогались разрешения купить их. Мастера приказа за свою работу получали денежные и поместные оклады, что особо выделяло их из общей массы московских ремесленников.
Введенская церковь Новинского монастыря, что на Бережках. Литография XIX в.
Главной в слободе была церковь Иоанна Богослова, известная по документам с 1625 г. и перестроенная в камне в 1652 г., по которой был назван Богословский переулок. Поскольку слобода была большой, здесь имелся и второй приходский храм – церковь Воскресения Словущего на Малой Бронной, перестроенная в камне из деревянной в 1689–1690 гг.
Церковь Рождества Христова в Кудрине
Расположившиеся по соседству Большой и Малый Палашевские переулки указывают на слободу Палаши. Здесь же до 1935 г. находилась церковь Рождества Христова, «что в Старых Палашах». В одном из документов XVII в. она ошибочно названа – «в Старых Палачах», и это дало основание П. В. Сытину полагать, что здесь проживали палачи, казнившие преступников и приводившие в исполнение различного рода приговоры. В действительности же тут, очевидно, жили мастера-оружейники, изготовлявшие палаши – прямые и широкие обоюдоострые сабли с закрытым эфесом. На Руси палаши, являвшиеся видоизменением древнего меча, появились в XVII в. и были принесены с Запада иноземными ратниками, поступавшими на русскую службу. Это предположение тем более обосновано, что рядом находилась Бронная слобода, где также жили оружейники. Приходская Рождественская церковь здесь упоминается с 1573 г. Как деревянная она значится еще в 1657 г., а как каменная – с 1692 г.
Название церкви Большого Вознесения «в сторожах» у Никитских ворот Белого города напоминает о существовании здесь Вознесенской сторожевой слободы. Основной обязанностью ее обитателей была охрана зданий московских приказов. Любопытно, что в старину различали два вида охраны – караульная и сторожевая. В отличие от вооруженных караульных сторожа заступали на пост без огнестрельного оружия, оставались на посту от 4 до 6 часов и сменялись сами, без разводящего. Деревянная церковь на этом месте фиксируется с 1619 г. Дворы приказных сторожей упоминаются здесь еще в 1711 г.
Рядом с этими слободами располагались владения патриарха. Улица Спиридоновка и Спиридоньевский переулок получили свои названия по Спиридоньевской патриаршей слободе «на Козьем болоте». Ее центром являлся храм во имя Спиридона, известный как деревянный с 1627 г. и перестроенный в камне в 1633–1639 гг. Посвящение церкви именно этому святому – покровителю пастухов, очевидно, объясняется тем, что в слободе, видимо, разводили скот. О ее владельческой принадлежности напоминают также Большой и Малый Патриаршие переулки. Слобода была достаточно большой и имела также другой приходский храм во имя святого Ермолая.
На границе Земляного города находилось село Кудрино, о местоположении которого дает представление московская топонимика – сохранившиеся и поныне Кудринские площадь и переулок. К этому следует добавить, что нынешняя Баррикадная улица до 1919 г. именовалась Кудринской. Первые сведения об этой местности восходят к рубежу XIV–XV вв., когда здесь находились обширные владения князя Владимира Андреевича Серпуховского с центром в селе Выпряжкове, которое располагалось в устье ручья Студенец при его впадении в Москву-реку (там, где позднее известна усадьба Студенец). Впоследствии центр этого владения сместился немного восточнее, в Кудрино, а на рубеже 20–30-х гг. XV в. вдова князя Владимира Елена Ольгердовна передала эти земли митрополиту Фотию, который в свою очередь передал их в собственность соседнего Новинского монастыря.
Центром села являлась церковь Рождества Христова, первые сведения о которой дошли с 1640-х гг. К этому времени Кудрино, вошедшее в состав города, превратилось в стрелецкую слободу. Храм, находившийся на Поварской улице, с 1693 г. числился каменным и простоял вплоть до 1931 г.
Н. Е. Сверчков. Царь Алексей Михайлович с боярами на соколиной охоте близ Москвы
Сам же Новинский монастырь располагался неподалеку, близ устья реки Пресни. Обитель была основана митрополитом Фотием в первой трети XV в. и с самого начала являлась домовым митрополичьим, а затем патриаршим монастырем. В нем имелись три храма: главный монастырский собор во имя Введения во храм Богородицы, Казанской иконы Божьей Матери и Иоанна Предтечи. Вскоре здесь возникает подмонастырская Новинская слобода, в которой, по описанию 1638 г., значилось 86 дворов. В 1646 г. здесь зафиксировано 125 дворов, из которых 72 были крестьянскими. Следует, правда, заметить, что Новинский монастырь никогда не занимал выдающегося положения среди прочих московских обителей. Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что в 1746 г. его превратили в женский, а в 1764 г. и вовсе упразднили. Введенский собор был превращен в приходскую церковь, а в 1933 г. она была уничтожена. В черту Москвы эта местность вошла в 40-е гг. XVIII в.
Рядом с Новинским монастырем в XVI в. возникает еще одно селение, получившее название Новое Ваганьково, о котором ныне напоминает название Нововаганьковского переулка. Оно образовалось после того, как сюда из Старого Ваганькова (напротив Кремля, у пересечения Моховой и Знаменки) перевели государев «псарный двор» и обслуживавших его дворцовых служителей.
В XVII в. он находился в ведении Ловчего приказа, в распоряжении которого находилось одних псарей, конных и пеших, до 300 человек. В их обязанности входила забота «о всяких собаках, потешных, борзых и гончих, и меделянских, и волкодавах». Когда государь выезжал на охоту, они держали на сворах «хортей» (борзых). С 1631 г. Псарный двор несколько раз перемещался с места на место, пока в 1695 г. не был окончательно размещен в районе урочища «Три горы». В том же году здесь была построена деревянная Никольская церковь, которую в 1785 г. заменили на каменную.
