Теперь я поняла, что это - голос Радмира. Он меня звал, говорил, что скучает, просил вернуться. Но почему я оказалась в своем мире? Сама отправилась? Или меня вернули?
Мои размышления прервались тянущей болью в животе и пояснице. Я охнула, сложилась пополам, пытаясь сдержать стон. Не хотелось будить Аглаю Степановну, но, похоже, придется. Пока доедет скорая, пока довезет меня до роддома в соседний городок…
Аглая Степановна, которая, похоже, что-то услышав, а может быть и просто что-то почувствовав, уже влетала в мою комнату.
– Что такое? Началось? - тревожно спросила она.
Я молча кивнула, пережидая схватку. Бабушка кинулась к телефону - вызывать скорую. Потом были сборы, ожидание скорой, дорога в больницу, роды.
Малыш родился ближе к вечеру, по словам врачей - с отличными показателями здоровья. Разве что крупненький и горластый.
На следующий день ко мне приехал Паша. Он имел какие-то там связи в больнице и смог ворваться ко мне в палату.
– Фрукты я не стал привозить, решил, что тебе их пока нежелательно употреблять, вдруг у малыша будет аллергия на них. Вот тут нежирный сыр, паровые котлетки моя мама для тебя приготовила…
– Да нас тут хорошо кормят, улыбалась я.
– Ну все равно, пусть будет. Тебе надо хорошо питаться.
Он явно нервничал и хотел что-то сказать, но все не решался.
– Паша… выкладывай уже, что ты там держишь в себе, - вздохнула я.
– Оль… выходи за меня замуж! Давай, вы выпишетесь из роддома и сразу поедете ко мне? И мама моя тебе поможет с малышом. Кстати, ты уже придумала, как назвать его.
– Придумала. Димой назову. А про замужество. Я ведь говорила тебе уже. Паш, я не могу с тобой так поступить. У тебя еще есть шанс встретить ту, что будет любить тебя и которую полюбишь ты. Ты мой друг, к которому я тепло отношусь, но…
– Я понял, - уныло ответил он.
Он посидел со мной ещё немного и вскоре вынужден был уехать, сказав, что ему скоро выходить на вечернюю смену и что завтра он снова приедет. Видимо, решил взять измором.
А через три дня нас выписали и мы вернулись в дом к Аглае Степановне. Дни полетели один за другим: пеленки, распашонки, кормление, укачивание сына… Дима был мальчиком среднестатистическим. В меру спал, в меру не спал, периодически зажигая по ночам и не давая уснуть маме. Аглая Степановна просто выручала меня, помогая, чем только могла. Только благодаря этой доброй женщине мне удавалось более-менее высыпаться.
Паша тоже приходил. Приносил гостинцы и подарки и смотрел на меня каким-то щенячьим взглядом, выворачивая мне душу наизнанку.
А по ночам я видела Радмира. Мы целовались, проводили вместе жаркие ночи. А еще я училась ведьмоству, зажигая свечку силой взгляда и замораживая воду в стакане. Отношение Радмира с той нашей совместной ночи сильно изменилось. Нет, конечно, мы не афишировали наши отношения. Встречались тайно, я проводила ночь в его постели, а под утро старалась незаметно проскользнуть в свою спальню.
Тут мне вдруг помогли мои способности: я научилась отводу глаз и, когда пробегала в свою спальню, случайные слуги, проходящие мимо, не замечали меня.
Я влюбилась. До одури, до безумия, сходя с ума по своему любовнику. И даже на людях он смотрел на меня теплым и каким-то нежным взглядом. Я ничего особенного от наших отношений не ожидала, ведь прекрасно понимала, что я ему не ровня. Он герцог, а я… Я вообще не понять кто. На таких, как я, герцоги не женятся. Поэтому я просто старалась об этом не думать, наслаждаясь тем, что у меня есть сейчас.
Но где-то в глубине души, похоже, жила надежда на то, что это навсегда. Иначе почему мне было так больно, когда вдруг все сломалось?
Глава 27
Мы сидели с Брилом в его лаборатории и смеялись. Он рассказывал мне смешные истории со времён своей учебы, мы пили ароматный чай с невероятно вкусными печеньками и в целом наслаждались жизнью. Для меня Брил был хорошим другом, веселым и интересным приятелем. Я с удовольствием общалась с ним, даже не задумываясь ни о чем серьезном.
Вдруг Брил посерьезнел и выдал:
– Олли, выходи за меня замуж!
– Чего? - ошалела я от такого заявления.
– Олли, ты мне нравишься. Нам хорошо вместе.
– Брил, но это еще не повод жениться, - ответила я, раздумывая, как бы мне ему помягче отказать.
– Олли…. - вдруг как-то простонал мужчина, притянул меня к себе и впился губами в мои губы.
Я собиралась оттолкнуть его, как вдруг от двери лаборатории раздался холодный голос Радмира.
– Вот значит как! - и хлопок дверью.
Я тут же вырвалась из объятий Брила и кинулась вслед за своим мужчиной, но его уже и след простыл - он просто вылетел из дома и умчался куда-то в неизвестном направлении.
Расстроенная, я не стала возвращаться в лабораторию, чтобы объясниться с Брилом, поняв, что у меня сейчас просто нет на это сил. Вернулась в свою спальню и просидела там до вечера, выглядывая в окно и ожидая Радмира. Мне очень нужно было с ним объясниться.
Его не было долго. Я чуть не задремала, сидя на подоконнике, когда вдруг услышала подъезжающую к дому карету Радмира. Увидев это, я соскочила с подоконника и понеслась вниз, к холлу, где уже хлопнула входная дверь. Я хотела броситься навстречу Радмиру, когда увидела, что он не один.
В обнимку с ним в дом вошла эффектная молодая блондинка, очень ухоженная и красивая. Радмир заметил меня и, как-то ехидно улыбнувшись, заявил:
– А, Олли, привет! Знакомься, это - графиня Арнаутская, моя… ну пусть пока просто моя.
Девушка захихикала и, прижавшись к Радмиру, впилась в его губы ярко накрашенным ртом.
И я все поняла. Конечно, графиня. Конечно, не я. Именно она станет ему отличной парой. С ней не будет никакого мезальянса. А со мной… побаловался и хватит. Я присела в реверансе:
– Приятно познакомиться, Ваше Сиятельство! - ответила дрожащим голосом и, извинившись, заявила, что мне пора и выскочила из холла.
Решение, принятое мною в тот же момент, было спонтанным. Всё, чего мне хотелось - это исчезнуть отсюда и никогда больше не видеть ни Радмира, ни его… графиню. Я понимала, что видеть их рядом я не смогу. Мне было больно, обидно, меня душила горькая ярость.
Я влетела
