- Это мне, Ваше Высочество? - Скептически подняла бровь Хранительница.
- Конечно, госпожа Верховная Хранительница! Это маленькая компенсация за ваши усилия.
Травница так и стояла, скорчив скептическую гримасу.
- Я прошу вас передать от меня скромные подарки герцогу эт Верису и баронессе эт Солариэсс.
В другой руке принц держал два красиво упакованных свертка: один был перевязан синей лентой, другой - белой.
Хранительница склонила голову в издевательском верноподданническом поклоне и положила свертки на стол, рядом с предыдущими. Принц увидел их и рассмотрел, чуть склонив голову, потом положил цветы на ближайший стул и, поцеловав достойной даме на прощание руку, вышел.
Глава 11
В далеком Северном море пена вздымается над носом корабля. Крепкие руки сжимают весла, оплетенные кожаными ремнями, длинные светлые волосы рассыпаны по плечам, просмоленная палуба качается под ногами. Между сидений на толстых морских плащах спит смена гребцов, один из них вздрагивает во сне и шепчет женское имя. Никого этим здесь не удивишь, проводящие в море несколько месяцев подряд мужчины с нежностью вспоминают даже самых ворчливых жен. Странность только в том, что это не северное имя, что впрочем, тоже не редкость, и друзья не мешают уставшему товарищу видеть во сне любимую.
Рита
Солнце, наконец, выбралось из-за темного леса, я зевала и куталась в дорожный плащ с капюшоном и пелериной. Рядом зябла Ситтариэ, вокруг двуколки скакали охранники, сзади тянулись телеги обоза. Выехали мы еще затемно, и теперь ужасно хотелось размять ноги, выпить горячего и навестить тот уголок земли, куда не зарастет народная тропа. Но знатной даме полагается терпеть и ждать, пока Его Светлость изволит объявить привал. К счастью, Вран тоже решил, что глоток горячего нам не помешает, и когда впереди показался трактир, махнул рукой, обозначая стоянку.
Переглянувшись, мы с Ситтариэ поспешно раскутались из тяжелой полости и, не дожидаясь охраны, выбрались из повозки. Ноги задрожали, голова пошла кругом, Тари рядом тоже неуверенно переминалась. Два дюжих гвардейца личной охраны подхватили нас под руки и проводили в красноватое тепло трактира. Знатной даме полагалась комната для отдыха, то есть для умывания и туалета, хорошо, что еще ширма была! Я быстренько воспользовалась вычурным керамическим изделием, пока Ситтариэ требовала нам горячий чай, пирожки и печеные яблоки. Потом я с наслаждением погрела озябшие руки в тазу с теплой водой, скинула часть одежды и села за маленький столик - выпить чаю. Не успели мы с Тари сделать по глотку, как раздался стук в дверь, и к нам вошел Вран в сопровождении охраны.
- Миледи, вы позволите, к вам присоединится? Свободных комнат больше нет, а солдатам тоже хочется согреться и выпить горячего.
- Конечно, господа, мы будем рады вашему обществу, - чирикнула я, заглядывая в такие темные, обведенные кругами глаза.
Вран отводил взгляд, потом вышел распорядиться о чайном наборе, сесть в комнатке было некуда, мы с Тари заняли стулья, и господа гвардейцы, извинившись, уселись на кровать. Пришлось вспомнить уроки чайного этикета: принесли поднос с чайником, коробочки с приправами, блюдце с лимоном и сливки, в следующий заход хозяин лично притащил чашки. Я наполняла чашки чаем, уточняя у охраны их вкусы, а Ситтариэ раскладывала на блюдца пирожки. Последняя чашка предназначалась Врану. Я аккуратно сделал все так, как он любил: кусок сахара, на него ложечкой выдавить лимон, потом налить черный крепкий чай, не разбавляя кипятком. Аккуратно завершив все операции, я поставила чашку на край стола, испугалась, что уроню. Вран взял, коротко кивнул, в несколько глотков осушив чашку, подхватил с блюдца пирожок и вышел проследить за солдатами.
Гвардейцы оттаяли, в обществе милых женщин они бывали частенько, но долгая дорога и горячий чай развязали языки - им захотелось продлить минуты отдыха.
- Герцог эт Верис удивительно заботливый владетель, - сказал один из них - высокий красивый блондин.
- Неужели его болезнь так опасна, госпожа баронесса, что вам приходится сопровождать герцога в такую погоду?
Ага, любопытство не порок, но большое свинство, сейчас я вам туману напущу!
- Его Светлость долгое время был в отлучке и подхватил там необычную болезнь, внешне она почти не проявляется, но когда нападает, Травнику приходится быть при нем неотлучно, да еще эти покушения...
- Как же вы решились, миледи, на такую опасную поездку? - поинтересовался третий - полноватый, лысеющий, но вполне ловкий и подвижный мужчина.
- Мои владения граничат с землями герцога, а управляющий давно просит моего присутствия для решения некоторых важных вопросов, кроме того, кто же решится отказать в маленькой просьбе Их Высочествам? - Я растерянно пожала плечами с видом полного недоумения, дождалась сдержанного фырканья в чашки и кокетливо опустила ресницы.
Гвардейцы понятливо закивали, и все же в их лицах проскользнуло сомнение - ну не может старая дева просто так тащиться поздней осенью, в холод и грязь, в поместье, которое и до весны не развалится.
Я чуть не зашипела, как сердитая кошка, ну почему меня все время записывают в любовницы? То к принцам, то к герцогу? Одеваюсь скромно, украшений почти не ношу, за ручку ни с кем не хожу, и все равно, упорно пытаются сосватать мне хоть кого-нибудь, делать людям больше нечего!
Вскоре за окном пропел рог - сигнал к сбору, гвардейцы откланялись, а мы с Ситтариэ, еще раз прогулявшись за ширмочку 'на дорожку' и прихватив остатки пирожков, вышли во двор. Отряд уже построился, нас тут же закинули в двуколку, и караван потащился по застывшей грязи.
Смотреть было не на что: лес и лес вокруг, лошадиные крупы и серые мундиры. Кстати, Вран выбрал мне дорожную одежду тех же стальных оттенков, чтобы я растворялась в толпе? Ситтариэ, напротив, была одета ярко, впрочем, ей это шло, девушка расцвела, повышение статуса и уверенность в завтрашнем дне послужили лучшими украшениями.
Поняв, что трястись нам еще долго, я решила поупражняться с Благословением. Конечно, Вран ощутит эманации, но ничего сложного делать не буду, просто попытаюсь научиться использовать этот дар аккуратно.
Для начала я закрыла глаза и сосредоточилась, Ситтариэ, сидящая рядом, вся лучилась любопытством и интересом к тому самому блондину-гвардейцу, который гарцевал неподалеку. Непорядок! Она ему не ровня, и все закончится в лучшем случае слезами в подушку, а как же жених? Хороший парень, и у них есть перспективы: возможно в моем поместье найдется работа для семейной пары, а может быть, и во дворце смогут пробиться в доверенные слуги, там поглядим. В общем, осторожно вызвала огонек, но не на пальце, как для принцев и Королевы-Матери, а в солнечном сплетении. Потом потянулась одним лепестком к девушке, розовое любопытство сменило равнодушие с оттенком приязни - бледно-кофейное. Так, а теперь гвардеец, что там у него мелькает? Ах ты, половой хулиган! Ну, сейчас я позабавлюсь. Так же осторожно потянулась язычком огня к гвардейцу. Неудовлетворенное желание сменилось полным довольством от горячего чая и свежего воздуха, интерес к Ситтариэ перешел в равнодушие с оттенком высокомерия: кофейно-желтая полоса обвивала теперь эту пару.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
