— Я благодарю тебя за этот поединок, Дитя Водной Стихии! — он выдохнул это с такой силой, что, казалось, его услышали асолютно все, — до этого момента я и не знал, что способен на подобное. Этому приёму я научился во время поединка с тобой. И я благодарю тебя за этот опыт!
И вот теперь трибуны взорвались от восторга. Как видно, для них стала шоком не столько победа, сколько открывшаяся возможность Фетриша, который раньше не умел делать подобного. И в восторгах толпы явно слышалось сомнение. Вопрос, который наверняка сейчас задавали себе другие чемпионы: «А что, если и я могу больше?»
— Итак, Фетриш побеждает Дэмиена! — возвещает Фартхарос, — и потому он дополнительно вознаграждается его вниманием на весь следующий день! Наши поздравления и благодарность всем участникам, которые сегодня выступали!
Зрители тут же стали расходиться. Оно и неудивительно: Турнир явно выходил слишком затянутым по времени мероприятием. Фетриш же, почтительно подхватив меня под плечо, повёл к загону, где нас уже ждали целители. Рано с кинжалом Жизни пару раз коснулся ладонью сначала меня, потом Фетриша. И от этих касаний меня, в самом деле, словно наполнили новые жизненные силы. И, как ни странно, даже пришло осознание того, что случившееся — справедливо. Я сражался ради возможности размяться и развлечься. Фетриш — ради возможности напоить свою семью драгоценной водой. Неудивительно, что победил именно он.
— С вашего позволения, я зайду за вами завтра, — с почтением сказал Фетриш, когда целители, признав наше состояние приемлемым, с облегчением покинули загон, — сегодня вам нужно отдохнуть и набраться сил. Ах, вы не представляете, Дэмиен, какое это чудо, какой прорыв в душе! Я и подумать раньше не мог, что способен на такое! Но не буду вас утомлять, завтра у нас будет возможность побеседовать. Сейчас же мне нужно скорее вернуться домой.
Что было совершенно ожидаемо. Наверняка его семья, друзья, соседи спешат отметить это великое событие. А, возможно, те его знакомые, что поумнее и дальновиднее, уже готовятся дать ему советы, как правильнее распорядиться моими дарами. Но меня это уже мало волновало. Это была его победа, это были его дары, и он вправе распоряжаться ими так, как считал нужным. А я же… я, конечно, устал, но впервые за долгое время это была приятная усталость с чувством выполненного долга. А не беспросветное, беспробудное, выматывающее и высасывающее все силы существование, которое я был вынужден вести в этом мире большую часть времени.
Маис и Пино уже ждали меня, и сейчас в их взглядах было больше уважения в мой адрес, чем когда бы то ни было. И это было хорошо. Возможно, стоит осторожно предложить свои услуги и их семьям, чтобы наладить с ними отношения. И тогда, возможно, слегка пришпорив обстоятельства своими гипнотическими чарами, мне удастся проникнуть в тайну их источника воды. И хотя это явно случится не сегодня, я всё больше убеждался, что следующим шагом к возвращению в Руарх гармонии будет именно раскрытие этой тайны. Значит, нужно дейстовать в этом направлении. Медленно, осторожно, аккуратно… и неизбежно…
Глава 2.6
Глава 6. Союзник новый, союзник старый.
На следующий день сразу после еды Маис и Пино сопровождали меня к дому Фетриша. Из вчерашних объявлений я помнил, что чёрный генрано проживает в районе Питомников, значит, путь к нему не должен быть слишком долгим. И, в самом деле, Фетриш проживал практически рядом с загонами ферстов и, вполне вероятно, что где-то в этой сфере и работал. Что означало, что он, скорее всего, из людей Лексаба, и потому с ним стоило быть осторожнее. Лексабу я доверял меньше, чем остальным градоначальникам. Если Гимлава теоритечески можно было подкупить, а с Викаем — договориться, то условие сотрудничества с Лексабом было только одно: полный и всеобъемлющий контроль с его стороны безо всяких компромиссов.
Наконец, пройдя мимо крайнего в ряду питомника, мы вышли к улице, где стояли, стоит признать, вполне сносные двухэтажные дома. Наверняка ещё времён до коллапса вимрано: после того, как наступил период нехватки воды, строить более, чем одноэтажные здания явно было неразумно. Среди новых зданий вообще выделялись только длинные бараки, где можно было заселить сразу два-три десятка жильцов. Ну, это Викай ещё не знает, что бараки можно растягивать не только в длину и ширину, но и высоту. А потом ещё и сдавать их в ипотеку. Гимлав от таких перспектив вообще придёт в полный восторг.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Выбрав, наконец, четвёртый в ряду дом, Пино постучал в старенькую, но ещё крепкую дверь. Буквально пару секунд спустя дверь открылась, и перед нами предстал хозяин.
— Дэмиен, прошу, прошу, жду тебя с самого утра, — он почтительно склонился и отодвинулся в сторону, приглашая войти. Едва я оказался внутри, как следом попытались войти Маис и Пино, но Фетриш уже загораживал вход своим телом.
— Вас, уважаемые, я сюда не звал, — мягко, но с ощутимой угрозой сказал он, — вы можете быть свободны.
— Подчёркиваю: нам дан прямой приказ не спускать глаз с Дэмиена, — таким же тоном ответил Маис, — так что мы никуда не уйдём.
— Значит, ждите здесь, — спокойно ответил Фетриш, — вам в моём доме делать нечего.
С этими словами он громко хлопнул дверью перед их носом. Подобное, стоит признать, было странно. Если и стражники, и дрессировщики ферстов подчинялись Лексабу, то между ними должна присутствовать хоть какая-то корпоративная солидарность. Хотя, учитывая, что всё это — органы исполнительной власти, ещё неизвестно, какие у них внутренние тёрки.
— Ещё раз благодарю тебя, Дэмиен, и за поединок, и за предоставленную возможность, — Фетриш снова склонился передо мной, — я знаю, что этого бы не было, если бы ты не дал на это своё согласие.
Я, наконец, получил возможность осмотреть Фетриша поближе. Сейчас вместо своего боевого тёмного костюма он был одет в свободные светлые штаны и такой же халат. При этом его чёрные ладони, лапы и голова, выглядывающие из полностью светлой одежды, выглядели настолько забавно, что я с трудом удерживался от улыбки.
— Андара тоже надо мной постоянно смеётся, — от Фетриша не укрылась моя реакция на его внешний вид, — говорит, что слишком забавно я выгляжу в этой одежде. Ну да светлая одежда отражает светлые помыслы — а после вчерашнего нашего поединка я чувствую просто невероятное просветление. Я и не знал, что вообще на такое способен.
— Почему же? — заинтересованно спросил я, — и если уж на то пошло, расскажите, как в вашем мире вообще обучают магии?
— Ах, Дэмиен, да это даже обучением назвать сложно, — тяжело вздохнул Фетриш, давая мне знак следовать за собой, — в школах если у кого-то из детей способности проявляются хотя бы аквот до десяти — таких ещё могут признать способными и вложить в их обучение какие-то силы. Если же после этого возраста — то только самые базовые механики. Огонь метать умеешь? Камни толкать умеешь? Воздух гонять туда-сюда умеешь? Всё, ты маг, свободен.
Нехотя я вынужден был признать, что в этом был свой смысл. В любой системе власть вкладывает ресурсы в то, что помогает ей эту самую власть удерживать. В Авиале маги были редкостью — и по этой причине Совет был так одержим идеей обучать собственных магов, в обход Университета. И, судя по тому, каким довольным выглядел ректор Нейетти в последний раз, когда разговор коснулся этого вопроса, он отвоевал себе большую часть прав и привилений обратно. Возможно, даже право аттестовать магов, которые обучались за пределами его академии.
В Руархе ситуация сложилась иная. В умирающем от жары мире главной ценностью стала вода. И именно вокруг неё стали группироваться основные силы. В таких условиях обучать слишком много магов — занятие опасное. Нечего, как говорится, собственными руками плодить потенциальных конкурентов.
— Так что дальнейшее обучение уже зависит только от твоего желания и твоих возможностей, — продолжал Фетриш, пока мы шли по коридору его дома, — с учётом же наших возможностей желания мало кого интересуют, сам понимаешь. Когда ты каждый день отдаёшь всё время и все силы, чтобы выжить самому и обеспечить выживание своим детям — тут не до обучения новым магическим возможностям.
