Пока ничья…
Теперь атаку начал я ударом ногой в колено. Попал отменно, сместив на бок коленную чашечку. Жрец на мгновение отвлекся и… прямым в голову, сломав челюсть, я впечатал его в стену комнаты. Бандит закатил глазки, опустил руки, но не упал. Увидев его широко раздвинутые и чуть согнутые в коленях ноги, я не отказал себе в удовольствии и, вложив в удар всю злость за пропущенные удары, двинул ему между ног. Жрец сдавлено пискнул, - хэк. Пинок практически подбросил его на полметра и вышиб из него дух. Приземлился боевик уже в полностью отключенном состоянии, в первую очередь от болевого шока. Все его главное мужское достоинство приобрело характер каши-размазни.
Восемь, аут!
Я оглядел поле боя, ища последнего, еще обделенного моим вниманием участника маевки. Его не было видно. Пришлось поискать и пройтись вдоль стола. Напротив пустого кресла главного босса, заметил, торчащие из-под стола, зеленые бархатные туфли и часть ноги в красных шароварах. Схватил за толстую щиколотку и вытащил, скулящую от страха личность, на свет божий. Перехватил за шиворот, вздернул на ноги, повернул лицом к себе и, по полной программе давя на психику, спросил замогильным голосом.
– Ты кто?
– Мэ-э. У-у… - Я еще раз встряхнул его. Перехватил за жирное горло, заставил посмотреть в глаза и прорычал.
– Отвечай.
– Ш-ш-шах Адерабада. - К такому повороту событий я был внутренне готов.
Отпустив горло шаха, я выяснил, что ноги его не держат и он, приземлившись на пятую точку, не удержался и на ней, завалившись на бок. Откат нормальный.
Осмотрев поле боя, и больше пока не обращая на шаха внимания, пошел вокруг стола, собирая свое оружие. Охранник шаха с ножом в голове пришел в себя, ворочался и, поскрипывая пеньками обломанных зубов о сталь кинжала во рту, делал попытки подняться с пола. Проблема маленькая и почти не стоящая внимания, но пришлось успокоить его ударом ноги, проломив висок. Шустрый старик сипел и булькал кровью в пробитом легком, упорно не желая умирать. Ядовитые крысы всегда опасны, живучесть их безмерна и проблему контакта с ними нужно решать радикально, не дожидаясь пока природа мать или естественная смерть возьмет свое. Точным ударом в шею добил подранка и напоследок прирезал, по-прежнему лежащего без сознания, жреца-убийцу с шипастым кастетом.
В процессе обхода стола в голове родился план и по дороге я подхватил с пола за ухо отрубленную лысую голову одного из жрецов. Подошел к шаху, вздернул его на ноги, подтащил к столу и усадил в кресло. Локтем сдвинул посуду вместе с едой в сторону и положил руки шаха ладонями вниз на освободившееся место стола. На каждом пальце шаха, за исключением больших, имелось по перстню. И каждый перстень являлся произведением искусства, поражая в первую очередь размерами драгоценных камней. На блюдо с овощами перед шахом поместил отрубленную голову жреца, с расчетом чтобы хорошо был виден оскал мертвой головы и достал свой меч.
Держа меч у горла шаха одной рукой, другой рукой придерживая за волосы, так чтобы из его поля зрения не исчезала отрубленная голова, наклонился к его уху и прошипел.
– Меня зовут Черный. - Зубы шаха выбивали чечетку.
– Я сейчас уйду. Но обязательно вернусь. Может через месяц или через год. И если, когда вернусь, у тебя в стране, я найду хоть одного убийцу из Клана, то…
Я легким и точным ударом отрубил шаху правый мизинец, вместе с перстнем. Шах пискнул, откинулся назад и закатил глаза. Придерживая обмякшее тело, снял с отрубленного пальца перстень с крупным алмазом в золотой оправе и плеснул шаху в лицо вином из бокала. Он очнулся и заперхал.
Держа перстень с алмазом перед глазами шаха и слегка покачивая им из стороны в сторону, повторил.
– Меня зовут Черный. Я обязательно вернусь и проверю. Ты все понял?
– Д-да.
Ударом рукоятки меча вырубил шаха минут на пятнадцать. Положил перстень с алмазом в карман и выглянул в коридор. В доме стояла тишина. Осторожно ступая, на цыпочках пробежал по коридору до лестницы и, спустившись по ней на десять ступенек, снова оказался в пустом доме городка Ларго.
Сошел по лестнице, постоял в центре зала, успокаивая слегка растрепанные нервы. Затем произвел осмотр одежды на предмет наличия пятен крови - все в норме. Синяки и шишки не в счет. Подумал - не забыл ли чего-нибудь и вышел во двор дома. Отметил для себя, что по внутренним часам, на все про все мне потребовалось не более часа, вскочил в седло и выехал со двора, аккуратно прикрыв за собой ворота.
Выехал на тракт и рысью запылил в сторону Ластота. Нужно еще обговорить с матером Либестоком адреса и явки в городках Берк и Ларго. Имелось у меня на примете несколько подходящих человек.
Мотаясь, как челнок по королевству, вновь попал в Ларго только через месяц. Проехал центральную площадь и свернул на знакомую улицу к старому двухэтажному дому. Дом уже не выглядел нежилым. Через забор видно, что на втором этаже приоткрыто окно, а из трубы поднимается легкий дымок. Мгновение поколебавшись, по-хозяйски постучал в ворота.
Почти сразу же, буквально на мгновение, распахнулось маленькое смотровое окошечко в воротах. И уже через секунду послышался шум отодвигаемого засова и заскрипели петли открываемых ворот. Я въехал во двор и соскочил с коня. Оглянулся назад. Смутно знакомый человек в жреческой хламиде, стоя ко мне спиной, закрывал ворота на засов. Хлопнула распахиваясь дверь дома. С крыльца, на двор высыпали три человека. Двое, не пройдя и шага, бухнулись на колени и склонили головы. Третий, в черной рясе жреца, широким шагом направился ко мне. Слегка повернув голову, краем глаза отметил - человек, который закрыл ворота, тоже стоит на коленях, опустив голову.
Жрец был мне определенно знаком. Да, это именно его я освободил из каменоломен. Не доходя до меня двух шагов, он остановился, склонился в поклоне, выпрямился и глубоким торжественным голосом произнес:
– Я рад приветствовать Старшего брата, Посланца богов, на святой земле, - и отвечая, на мой невысказанный вопрос продолжил.
– Меня зовут брат Дервуд. Это младшие братья - Каро, Дели, - и показав рукой на человека у ворот, добавил, - младший брат Насали. Два дня назад мы вернулись из плена, - и замолчал, склонив голову.
Понимая, что от меня ждут только приказаний, я тем не менее ответил.
– Зовите меня Леру, - и направился к двери дома. Младший брат Каро вскочил, кинулся ко мне и подхватил повод коня.
Я повернулся к Дервуду, бросил взгляд на Дели и Насали, скривился и приказал.
– Пусть никогда при мне братья не становятся на колени. Не люблю. Легкий поклон, как приветствие… и не более.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
