Мясоедов быстро научился различать городки и села разных рас. Редкие поселки эльфов в долинах, утопающие в зелени и ярких красках садов, с их светлыми домиками и воздушными лесенками, разительно выделялись на фоне суровых высоких жилищ огров, сложенных из массивных каменных глыб среди холмов и скал. Деревушки людей не слишком отличались, как показалось Севке, от дачных поселков Подмосковья: такое же нагромождение разных стилей и вкусов, практично окруженное огородами. Гномских строений, да и самих гномов почти не встречалось. Вероятно, коротышки предпочитали селиться в горных районах Кьяры. В Зиртане – припомнил полуорк рассказ Норра.
Встречались и межрасовые поселения, самые интересные. Мясоедов с удовольствием познакомился бы с ними поближе. Хотелось остановиться, зайти в какой-то поселок, чтобы узнать получше жизнь этого смешения рас и народов, но Блор решительно отсоветовал делать даже короткую передышку – население зеленой Долины вряд ли приветливо встретило бы оркскую орду.
-Поближе к Восточным горам, на границе Светлолесья и Чернолесья, можно будет зайти в какой-нибудь город, чтобы пополнить припасы, но здесь рисковать не стоит. И эти, – он кивнул в сторону остальных наблюдателей, – не позволят: население Зеленой Долины очень хорошо помнит недавние оркские набеги.
Да и само племя вблизи Долины суда предпочитало не слишком приближаться к поселениям. Слишком свежи еще были в памяти ужасы недавней войны. Жители окрестных селений наблюдали за проходящими орками, не скрывая враждебности.
Гномский наблюдатель, двоюродный брат Дорианы, относился к оркскому вождю подчеркнуто доброжелательно, а на эльфов поглядывал с вызовом. Севка даже приблизительно не взялся бы определить возраст бородача, но вызывающее поведение Блора по отношению к эльфийкам свидетельствовало скорее о молодости, чем о мудрости.
-А кто здесь правит? – поинтересовался Мясоедов. – Вроде никаких крепостей и замков не видно. Кто хозяин и защитник человеческих, огрских, эльфийских поселений? Ведь не может быть, чтобы между ними не было войн, конфликтов, да и просто стычек. Да вот хотя бы и оркская война! – он невольно оглянулся на послушно следующее за ними племя.
-Видишь ли, – Блор с удовольствием пустился в пространные объяснения. Как и всякий гном, он любил поговорить. – Настоящие наследные владыки в нашем мире есть только у гномов и эльфов. Это Аврель – хозяин Зеленой Долины и Норр – владыка Западных гор. Да и то, они считаются выборными и сохраняют наследную власть только среди своих кланов. Как ни странно, – гном усмехнулся, – то же самое всегда было и у орков, может быть, из-за кочевой жизни. Хотя, конечно, оркского вожака трудно назвать полноправным владыкой, но я тебя поздравляю – в глазах простого народа ты теперь считаешься равным могучим правителям. Всей же Кьярой правит межрасовый Совет судей. Человеческие и огрские поселения живут совсем иначе, чем в Авалоне, я уже не говорю о мелких племенах: троллях, перевертышах, или, например, йотунах Асгарда. Особенно сложное положение в зоне пограничья, где много смешанных поселений. После изнурительных войн эпохи первого Передела смешанные народы Светлолесья объединились в кантоны, которые избирают общественные советы и единого правителя.
-Своего, значит, – уточнил Севка. – Представителя большинства.
-Нет, – неожиданно возразил гном. – Нередко в городах с преимущественным человеческим населением руководителем становится эльф или гном, который по каким-то причинам не желает жить со своим народом. Хотя чаще всего это, конечно, кошаки, люди или огры.
-А как же в случае войны? – проблема обороны беззащитных с виду городков и деревушек беспокоила Севку, пытавшегося примерить на себя и роль вожака, которому, возможно, предстоит останавливать собственное племя, польстившееся на легкую добычу, и, может быть, и роль правителя, которому неизбежно придется заняться обороной будущих владений.
-Народное ополчение, – объяснил Блор. – Военных вождей правители приглашают со стороны и поручают подготовку молодежи. Конечно, существует опасность, что такой вот пришелец попытается захватить абсолютную власть, но риск минимальный. В случае попытки военного бунта общинники-ополченцы всегда выступят против временного вожака на стороне законно избранного совета и правителя, – гном удивленно пожал плечами. – Так их здесь воспитывают. Ну, а в отдаленных городках Пограничья обычно даже и советов никаких нет, только избранные бургомистры и военные советники, тоже обычно эльфы или гномы. Или кто-то другой, кому удается силой или обманом захватить власть.
-И что, это работает? – заинтересовался Севка, которому демократические порядки народов Светлолесья и неожиданное слово «кантон» сначала напомнили Швейцарию, а потом вызвали смутные воспоминания о Великом Новгороде и о каких-то «вече», на которых, кажется, тоже выбирали вождей. Вот только Мясоедов никак не мог припомнить, чем там все закончилось. Тоже, наверное, система работала лишь до поры до времени.
-Как видишь! – Блор повел рукой, как бы пытаясь охватить всю безмятежную картинку мирного края. – Кантоны пострадали от войны совсем не так сильно, как Зеленая Долина. Ценой неимоверных усилий ополченцам удалось отразить первые нападения, и захватчики быстро поняли, что не найдут здесь легкой добычи. Погибли только отдельные поселения, не входящие в кантоны, да и то, в основном те, что были расположены ближе к Зеленой Долине и рассчитывали не на собственные силы, а на помощь эльфов. – Блор метнул на эльфийских наблюдателей враждебный взгляд. Не зная всех обстоятельств, Севка не мог разделить его негодования. Настроение и без того испортилось. Музыкант вновь и вновь задавался вопросом, не взял ли он на себя непосильную ношу.
-А что же гномы? – машинально уточнил он.
-Причем здесь гномы? – недовольно отозвался Блор. – До Западных гор оркам дойти не удалось.
-«Ясненько, – понял Севка, – сумели отсидеться в своих горах, потому что врагов остановили «плохие эльфы».
Как будто прочитав его мысль, гном неохотно добавил: – Разумеется, отряды с Западных гор были направлены на помощь народам Союза в соответствии с мирными соглашениями. На этом настоял владыка Норр, хотя многие выступали против. У нас все решает владыка.
-«Не был ли ты среди тех, кто высказался против?» – пожалуй этот вопрос не стоило задавать вслух.
Коротышка, почувствовав неодобрительную реакцию собеседника, немного помолчал и еще мрачнее закончил: – И никто не виноват, что они прибыли слишком поздно, когда битва народов почти закончилась. Зато они нанесли решающий удар.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
