Читаем без скачивания Джим-кнопка и 13 Лютых - Михаэль Энде

Русалочка покачала головой.

– Магнитные клипы отвесными стенами уходят на самое морское дно, – ответила она, – а там внизу такая темнота, что ничего не разобрать. Придется нам подождать до тех пор, пока не появится морское сияние.

– Но вдруг она примагнитилась? – расстроенно воскликнул Джим, – Тогда мы ее точно никогда не достанем!

– Ну хоть будем знать, где она, – ответила принцесса, – а потом и вытащим.

Они опять замолчали, только ветер свистел и грохотал прибой. Постепенно подкрался вечер.

Старая толстуха Эмма, которая стояла в некотором отдалении от них на плоском утесе, выступающем из воды, услышала кое-что из их разговора. Она была туговата умом, но все равно поняла, что произошло. Свистать и рыдать она не могла, для этого нужен был пар. Но хоть ее котел и оставался пустым, ей казалось, что что он вот-вот разлетится на куски. Это было настоящее материнское страдание локомотива.

Лукас очень долго не возвращался. Джиму казалось, что прошла целая вечность. Наверняка, его не было так долго потому, что Ушауришуум двигался со скоростью черепахи. Но наконец за их спинами послышался бодрый голос машиниста:

– Ну, ребята, вот и мы! Подзадержались чуток, но все в порядке. Непомук проводил нас вверх по лестнице, я подарил ему фонарик, чтобы он покуда не в потемках сидел. Он уже спустился вниз, чтобы начать работу. Ему сильно нравится новое жилье. Я ему показал, что к чему, и в полночь он обеспечит морское сияние. А сейчас он роет лавовый колодец. Черепахник тоже вот-вот появится, он медленно ходит.

Лукас остановился и удивленно посмотрел на каждого.

– Что с вами? – пробормотал он. – Что стряслось? И где Молли?

Тут Джим не выдержал. До этого момента он мужественно держал себя в руках, но сейчас, упав в лукасовы объятия, начал горько рыдать.

Лукас тотчас все понял.

– Молли пропала, – сказал он. Джим только кивнул.

– Черт меня побери совсем, – проворчал Лукас. – Хорошенькое дельце!

Он ласково обнял своего маленького друга и провел пятерней по его кучерявым волосам.

– Ну, – сказал он, – старина!

Прижав Джима к себе, он стал поглаживать его по голове, пока тот не успокоился.

– Послушай-ка, Джим, – заговорил Лукас, – Молли не могла взять и бесследно исчезнуть. – Где-то же она должна быть. Мы разузнаем, где и доставим ее обратно. Я не просто так говорю, можешь на меня положиться. Тебе ведь это известно, старик!

– Идет, Лукас, – пролепетал Джим, пытаясь улыбнуться сквозь слезы.

– Мы думали, – донесся до них голосок господина Тур Тура, – что маленький локомотив оторвался и упал в воду.

– Да, – добавила морская принцесса, – я уже пробовала там внизу посмотреть, но на дне так темно, что ничего не различить. Надо подождать, пока не появится морское сияние.

– Наверно, Молли попала в какую-то ужасную передрягу! – выкрикнул Джим.

Лукас попыхтел своей трубкой в раздумье.

– Мы сейчас же нырнем, – решительно объявил он. – И не просто так, а с Эммой. Окна и двери у нее все равно плотно заделаны. Крышка тендера тоже хорошо закрывается, да еще и от давления воды будет плотнее держаться. Мы можем осветить морское дно эммиными прожекторами.

Джим уставился на Лукаса огромными глазищами.

– Но Эмма, – ей же никак не уйти на дно, – пролепетал он, – она же законопачена.

– Это зависит от нас, – сказал Лукас, задумчивая пыхая трубкой. – Мы откроем кран у котла. Когда котел наполнится водой, локомотив должен бы опуститься. Давай, Джим, не будем терять времени!

– А как же мы поедем по морскому дну? – возбежденно спросил Джим. – Ведь управлять магнитами можно только с крыши. А мы будем сидеть в кабине и не сможем вылезти.

– Верно, – пробормотал Лукас и поскреб за ухом. – Что будем делать? Милая барышня, не могли бы вы взять на себя управление магнитами?

Они пошли к Эмме и столкнули ее в воду. Русалочка попыталась сдвинуть с места мачту управления, но тщетно. Она и вправду была очень маленьким существом, не созданным для подобных силовых опытов.

Наконец появился Ушауришуум. Узнав, что произошло, он тоже попытлся взять на себя управление магнитами. Силы у него хватило, но обнаружилась другая помеха: из-за панциря он мог двигать руками только в стороны, а не вперед, а одной рукой удержать мачту было невозможно.

– А нельзя ли нам опять запрячь моржей? – спросил Джим у морской принцессы и посмотрел в морскую даль. Там время от времени их было видно, когда они играя, показывались на волнах.

– Не получится, – ответила Зурзулапичи, – они могут нырнуть ненадолго и неглубоко. Но я вспомнила кое-что: я тут видела, неподалеку паслись морские коньки из конюшни моего папаши. Я их приведу, и можно будет запрягать.

– Несколько морских коньков далеко не потянут, – сердито проворчал Лукас.

– Но там не несколько, – воскликнула нимфа, – их больше тысячи, целый легион.

Короче говоря, пока Джим с Лукасом снимали с локомотива магнитное управление, которое в предстоящей затее могло оказаться помехой, морская принцесса отправилась на поиски морских коньков. И правда, едва друзья закончили работу, она вернулась. Позади нее вода переливалась, сверкала и пенилась от обилия морских коньков с их завитушками хвостиков. И если вслушаться, можно было уловить их негромкое, но звонкое ржание. На каждом коньке была крохотная уздечка с набором. В других обстоятельствах Джим непременно был бы в восторге. Но он с беспокойством и опасениями думал о своем локомотивчике. И не надо его за это ругать, в конце концов.

Глава 18, в которой перед путешественниками на дне морском предстает странный город

Тем временем заботливый и предупредительный черепахник выловил из моря большую горсть шелковистых водорослей. Это такие тонкие, как нити, растительные волокна длиной в метр, они отличаются очень высокой прочностью и растут только в Варварском Море, как подтвердит любой человек, более или менее разбирающийся в океанической ботанике.

Все эти длинные нити были скручены в толстый канат, и пока Джим с Лукасом закрепляли его на буферах у Эммы, Зурзулапичи искусно привязывала уздечки двух-трех морских коньков к концам каждой нити.

Во время перерыва друзья быстро перекусили. Хотя они еще не проголодались, господин Тур Тур настойчиво уговаривал их не возражать, чтобы не выбиться из сил, потому что после завтрака они еще ничего не ели.

Когда вечернее солнце уже опустилось за горизонт, все морские коньки были запряжены. Приближалось погружения. Джим с Лукасом уже открывали крышку тендера, чтобы залезть в кабину, как господин Тур Тур сказал:

– Я хотел бы попросить вас, мои уважаемые друзья, взять меня с собой.

– Вы хотите с нами? – изумленно спросил Лукас. – Но, господин Тур Тур, это довольно опасное предприятие.

– Это мне известно, – ответил господин Тур Тур, побледнев, но интонация была решительной, – именно поэтому я не хочу прятаться от опасности, а разделить ее с вами. Я думаю, что так принято среди друзей.

– Вы правы, – согласился Лукас, – тогда давайте!

И все трое залезли через топку в каюту. Лукас накрепко закрыл тендер, как крышкой закрывают банку. Потом он еще задвинул отверстие топки железной плитой-запором, и вот все было готово. Лукас дал знак Черепахнику, наблюдающему в окно снаружи. Ушауришуум проплыл к котловому вентилю с краном – Лукас показал ему заранее, что нужно делать – и открыл оба.

Троица в каюте замерла и прислушалась.

В котле послышалось тихое бульканье. А потом вода за окном стала подниматься – во всяком случае, выглядело это именно так. На самом деле локомотив начал погружаться, сначала медленно, а потом все быстрей и быстрей. Когда он погрузился под воду, стало вдруг совсем тихо, потому что шума волн больше не было слышно. Кабину заполнил зеленый сумеречный свет. Постепенно локомотив перестал покачиваться и пошел вниз спокойно и ровно, как кабина лифта, причем зеленый свет становился все слабее. Впереди, около морских коньков, три пассажира видели морскую принцессу, плывущую вниз, а рядом с кабиной на глубину спускался Ушауришуум.

Лукас проверил дверные щели и запор отверстия топки. Кажется, пока все было в порядке. Он удовлетворенно кивнул.

– Думаю, заладится, – сказал Лукас, выбил трубку и засунул ее в карман.

Мало помалу стало совсем темно. Они были уже намного ниже уровня моря. Сердце у Джима учащенно билось, а мнимовеликан судорожно сцепил руки. Лукас занялся пультом – и включились эммины прожекторы. Две яркие полосы света пронзили зелено-черный мрак. Необычные рыбы проплывали мимо и удивленно таращились в непривычный свет. Одни были длинные и тонкие, как копья, другие – коротенькие, похожие на чемоданы, утыканные иглами. Потом мимо потянулись огромные плоские рыбы, словно ковры-самолеты. Многие из них были в светящуюся или мерцающую точечку или с другими узорами, а некоторые несли перед собой маленькие фонарики на прутиках. Жутковатый и все же весьма удивительный мир проносился перед глазами путешественников. Локомотив все еще опускался словно в бездонную пропасть. Наконец пассажиры ощутили толчок. Вот и дно. Но в свете эмминых прожекторов они увидали ужасное зрелище. Повсюду куда ни глянь лежали затонувшие корабли. Большинство из них уже наполовину рассыпалось, доски почти полностью скрылись под слоем водорослей, ракушек и кораллов. В останках кораблей зияли бреши, а внутри… Трясясь от ужаса, Джим обнаружил в одной из них скелет, сидевший на заросшем водорослями, полуистлевшем сундуке, в котором сверкали золотые монеты.