Читаем без скачивания 100 великих зарубежных фильмов - Игорь Мусский

Декабрь 1933 года выдался очень холодным. В течение первых двух недель баржа курсировала по каналам в бассейне Виллетты, но солнечные дни выпадали всё реже. Виго пытался снимать по ночам при свете прожекторов, а потом перенёс работу в студию, где художник Франсис Журден построил декорацию, точно воспроизводившую внутренние помещения баржи. Когда же появлялось солнце, съёмочная группа сразу бросалась к «Аталанте», которая была пришвартована неподалёку от студии «Виллетт», на набережной Луары. Вокруг было столько снега, что фоном могло служить только небо.

О самих съёмках «Аталанты» известно немного. Вот что рассказывал оператор Борис Кауфман: «Три месяца, проведённые на барже и в декорациях, построенных по нашей просьбе в размерах подлинных кают (чтобы сохранить ощущение тесноты), никогда не забудутся теми, кто участвовал в этой лихорадочной и полной импровизаций работе. Замёрзшие каналы и маленькие доказательства бессознательного героизма — Дита Парло, идущая босой по ледяному настилу мостика на барже, Жан Дастэ, по первой просьбе Виго бросающийся в воду, где плавали льдинки, — всё это создавало особую атмосферу. Было холодно, мы умирали от усталости, сами не отдавая себе в этом отчёта. Все были отравлены восхитительным пейзажем парижских каналов и снимали на фоне шлюзов, берегов, народных балов и пустырей… Часто возникали, казалось бы, неразрешимые технические проблемы, но всё улаживалось, словно в сказке, побеждаемое страстью работающих на этой невероятной картине».

Холода и нервные перегрузки сказались на здоровье Виго. Он никогда не щадил себя. Режиссёра мучили лихорадка и кашель. К несчастью, после нового отчаянного штурма на студии пришлось вернуться на заснеженную улицу.

«Среди натурных кадров имеется несколько, которые можно отнести к самым прекрасным в кино, — пишет биограф режиссёра П.-Е. Салес-Гомес. — Таковы кадры, где мы видим Жюльетту в белой, словно вечерней, дымке, или грустный вид серой набережной, где Жюльетта не обнаруживает баржу. И эта красота не скрыта от нас, она выставлена напоказ и словно составляет часть наших эмоций. А как прекрасны чистый песок, море и небо, которые мелькают в глазах бегущего к воде Жана!»

Круговую панораму Парижа предполагали снимать с последнего этажа Эйфелевой башни. Осуществление этой мысли, вероятно, вызвало бы странное очарование. От неё пришлось отказаться из соображений экономии, и Виго ограничился показом маневрирования баржи в шлюзе.

Но результаты оказались не менее интересными благодаря монтажу, точкам съёмки и режиссуре. Немалую роль играет и победоносная музыка Жобера.

…На Виго нажимали, чтобы он заканчивал фильм как можно скорее. Во второй половине января 1934 года он ещё не снял сцену кражи на вокзале и многие планы Жюльетты в Париже.

Виго получил разрешение на съёмку на Аустерлицком вокзале только после полуночи. На его призыв поучаствовать в массовке откликнулись друзья, но их было мало. Шаванс отправился по кафе Монпарнаса и Сен-Жермен-де-Пре и привёл товарищей из группы «Октябрь». Добровольные участники массовки откровенно забавлялись. А затем пытались втянуть в игру и дежурных полицейских, съёмочную группу и зевак. Виго с трудом добивался дисциплины от своих разыгравшихся друзей, и всем пришлось работать до утра.

В начале февраля 1934 года Виго настолько ослабел, что был вынужден лечь в постель. Кауфман самостоятельно снял последние кадры на натуре, а Шаванс занялся окончательным монтажом по обговорённому с режиссёром плану.

Виго нашёл в себе силы проверить работу Шаванса и вместе с компаньонами просмотреть дополненный монтаж. Благодаря монтажу, точкам съёмки и режиссуре результаты оказались впечатляющими. Украшением фильма стала музыка Жобера.

Просмотр «Аталанты» состоялся 25 апреля 1934 года в «Пала Рошешуар». Владельцы кинотеатров и провинциальные прокатчики были разочарованы. Они потребовали от продюсера переделок. Продюсер сопротивлялся недолго. Больной Виго, состояние которого ухудшалось с каждым днём, не мог защитить своё детище.

В этих условиях с фильмом можно было делать всё, что угодно. В 1934 году пользовалась успехом песенка Чезаре Андреа Биксио «Проплывающая шаланда» в исполнении Лис Готи. Картину Виго срочно переименовали в «Проплывающую шаланду». Музыку Жобера подрезали, и на её место вставили мелодии Биксио.

«Проплывающая шаланда» провалилась в прокате. Любители мелодрамы были разочарованы. Зрители в парижском кинотеатре «Колизей» свистели на каждом сеансе.

Критики оказалась менее суровы, чем публика, так как многие из них видели первоначальный вариант «Аталанты».

6 октября 1934 года Жана Виго не стало. Он умер от сентисемии, болезни, порождённой лишениями, переутомлением. В день похорон, во время ретроспективы фильмов с участием Мишеля Симона в кинотеатре «Саль Адиар», состоялся просмотр «Проплывающей шаланды». Дита Парло выступила с воспоминаниями о Жане Виго, говорила о том, как он боролся за «Аталанту».

В 1940 году фильм был выпущен с музыкой Жобера и под оригинальным названием. Но в нём отсутствовали многие сцены, которые Анри Ланглуа попытался восстановить в третьей версии, самой полной на сегодняшний день — она была представлена под эгидой французской синематики в 1950 году.

Фильм Виго стал тем произведением, на котором воспитывались французские кинематографисты и кинозрители. Как писал впоследствии об «Аталанте» поэт и сценарист Жак Превер, «этот изуродованный, преданный забвению, презрительно третируемый фильм ещё и сегодня сохраняет свою абсолютную новизну».

«НОВЫЕ ВРЕМЕНА»

(Modern Times)

Производство: «Чарлз Чаплин филм корпорейшн» — «Юнайтед артистс», США, 1936 г. Автор сценария и режиссёр Ч. Чаплин. Операторы Р. Тотеро, А. Морган. Художники Ч. Д. Холл, Р. Спенсер. Композитор Ч. Чаплин. Музыкальное оформление А. Ньюмена. В ролях: Ч. Чаплин, П. Годар, Г. Бергман, С. Сэнфорд, Ч. Конклин, Х. Мэнн и др.

…Совершив кругосветное путешествие, весной 1932 года Чарлз Чаплин возвратился в Голливуд. Сразу же после приезда он начал было диктовать серию статей по социальным вопросам, но оставил это занятие и приступил к созданию фильма «Новые времена».

«Мне вспомнился один разговор с умным молодым репортёром газеты „Нью-Йорк уорлд“, — писал Чаплин в автобиографии. — Услышав, что я собираюсь посетить Детройт, он рассказал мне о конвейерной системе — страшную историю о том, как крупная промышленность сманивает здоровых молодых фермеров, которые после четырёх-пяти лет работы на конвейере заболевают нервным расстройством. Этот разговор подал мне идею фильма „Новые времена“».

В разработке сюжета (на это ушёл целый год!) Чаплину помогали Картер Де Хенвен и Генри Бергман. Название будущего фильма он решил держать в тайне. К осени 1934 года Чаплин был вполне удовлетворён сочинённой историей.

Картина начинается с показа овец, гонимых на бойню и заполняющих собой весь экран. Отару сменяет огромная толпа людей, которая вливается сначала в метро, а затем устремляется в ворота завода, где работает у конвейера бродяжка Чарли.

Из рабочих выжимают все соки. Чаплин вводит в фильм «кормящую машину» — агрегат для экономии времени, который позволил бы рабочим даже во время завтрака не отрываться от конвейера. Эпизод на заводе заканчивался нервным припадком бродяжки. Из лечебницы Чарли выходит здоровым, но безработным. Бродяжка поднимает на улице упавший с грузовика для перевозки огнеопасного груза красный флажок. Позади него собираются демонстранты. Полиция решает, что Чарли их вождь, и его арестовывают.

После освобождения бродяжка нанимается рабочим на верфь и там спускает на воду недостроенный корабль. Став снова безработным, он всячески добивается, чтобы его арестовали: в тюрьме у него по крайней мере будет кусок хлеба и крыша над головой.

В полицейской машине, набитой преступниками, он знакомится с девушкой, которую посадили за кражу хлеба. С этого момента начинается тема двух бесприютных созданий, пытающихся как-то просуществовать в «новые времена».

Ближе к финалу подруга Чарли находит работу: она становится танцовщицей. Выйдя очередной раз из тюрьмы, бродяжка поступает в кабаре официантом, а вечером исполняет песенку «Бегу я за Титиной». Но… появляется полиция с ордером на арест девушки. Чарли с любимой снова уходят навстречу новым приключениям…

Весь сентябрь и начало октября 1934 года работы на студии велись полным ходом. Художник Чарлз Холл готовил эскизы, а его помощники начали возводить декорации завода.

В начале сентября был подписан контракт с Полетт Годар, утверждённой на роль «девчонки», подруги Чарли. Актрису одели в лохмотья. Она едва сдерживала слёзы, когда Чаплин накладывал ей на лицо грязные пятна грима, чтобы Полетт выглядела грязнулей. «Считай, что это мушки», — уговаривал он её.