порога спортивного зала и схватилась за дверную ручку, не решаясь повернуть ее и зайти внутрь. Артем отодвинул ее в сторону.
– Давай я…
«Только бы Сундукова здесь не оказалось! Только бы он уже ушел!» – снова и снова крутились в голове Артема одни и те же мысли.
Дверь распахнулась, издав скрип не хуже, чем сто стариковских колен вместе взятых. Мелкий напрягся, готовясь в любой момент дать деру.
В зале оказалось темнее, чем помнил Артем, – как будто наступила ночь. Силуэты застывших пятиклассников были похожи один на другой, и только Игорь Жвакин возвышался над ними, как могучий дуб. Артем прищурился, силясь рассмотреть повисшую рядом с ним фигурку, но безрезультатно. Сундуков как сквозь землю провалился.
– Может, позвать его? – неуверенно предложила Пышкина, к концу фразы переходя на едва различимый шепот. Кричать в такой обстановке никому не хотелось.
Артем прикрыл дверь и направился к окаменевшим одноклассникам. Зачем это делает, он и сам не знал: вряд ли Веня затаился, съежившись у кого-то в ногах. Однако ему хотелось сделать хоть что-то – лишь бы не стоять на одном месте. Идея рассмотреть получше статуи показалась не такой уж плохой.
Мелкий обогнал его и первым ворвался в толпу.
– Смотрите! – Он потряс в воздухе каким-то лоскутом. – Веня порвал футболку, пока вылезал из капкана.
Артем на всякий случай огляделся, проверяя, не стоит ли где-нибудь поблизости Сундуков, притворяющийся очередным манекеном. Отличника рядом не было. Куда же он подевался?
– Попался! – усмехнулся Борька, разглядывая застывшую в яростном оскале физиономию Жвакина. – Будет знать, как к ребятам цепляться. Ты знал, что он отнимает у младших деньги, когда своих на обед не хватает? И дерется каждую неделю. Я одну такую драку застал в туалете – еле ноги унес.
Артем рассеянно покачал головой. Хулиганов вроде Жвакина он предпочитал обходить стороной, не желая слишком приближаться к их пудовым кулакам. Да и сейчас не жаждал знакомиться.
– Вот тебе! – Борька, подпрыгнув, щелкнул девятиклассника по носу. – Я ударил самого Жвакина! Кому рассказать – не поверят!
– Может, не стоит… – неуверенно начал Артем.
Однако Мелкий его уже не слышал.
– Нужно отвесить ему три щелбана – на удачу, – выкрикнул Борька, подпрыгивая снова и снова.
– Прекрати! – Голос Пышкиной напоминал писк мыши, вот только услышать его Мелкому было уже не дано.
– ГДЕ МОЙ ТЕЛЕФОН?!
От этого рыка стекла задрожали в оконных рамах, и Артем шарахнулся в сторону, повалив на пол троих одноклассников. Грохот от их падения поднялся неимоверный, но Жвакин не обратил на это внимания. Схватив Борьку за футболку, он тряс его, как совсем недавно Сундукова, и повторял одно и то же:
– Отдавай телефон, мелочь пузатая!
Глядя на тело друга, безвольно повисшее в руках хулигана, Артем начал медленно отступать. Шаг, еще один…
Добравшись до Пышкиной, он схватил ее за руку и кивнул на дверь. Маша, к счастью, не стала сопротивляться. Спотыкаясь на каждом шагу, они кое-как добрались до выхода из зала…
…чтобы на пороге столкнуться с входящим в него человеком!
– Вы все еще тут? А я хотел вас в классе поискать. Что произошло? И где Сундук?
Санька сыпал вопросами, как заведенный, а у Артема от испуга подгибались колени. Шум в каменной толпе подозрительно стих. Кажется, Жвакин отвлекся от своей жертвы, прислушиваясь к разговору у двери.
А потом закричал:
– Эй, вы, мелочь! Отдавайте мой телефон!
Глава 15
Догонялки в темноте
Бежим! – Артем толкнул Саньку в грудь, вынуждая того отступить в коридор. – Я все объясню позже!
Впрочем, комментарии другу вряд ли требовались: при виде разъяренного Жвакина, раскидывающего каменные статуи, как кегли, всякий пустился бы наутек, не дожидаясь развязки.
– Что встал? – Санька отвесил топчущемуся рядом Толе Зябликову пинка и бросился в сторону гардероба. – Спасайся кто может!
Горе-художник жалобно хлопал глазами, но не трогался с места. Кажется, от жути, творящейся вокруг, бедняга попросту впал в столбняк.
– Быстрее, быстрее! – упрашивал Артем Пышкину, однако сам еле переставлял ноги. Силы медленно покидали его.
Старость брала свое.
Остановившись возле исполинского папоротника в кадке, Артем выпустил руку Маши и подтолкнул ее в спину.
– Беги! Я спрячусь тут!
Пышкина в нерешительности топталась рядом. Ее глаза расширились от испуга, но убегать Маша не спешила. Растерялась так же, как Зябликов? Или не могла бросить друга в беде?
– Ну же, уходи! – прошипел Артем, стараясь, чтобы его голос звучал сердито, а не жалко.
Пышкина медлила еще пару секунд, а потом бросилась к длинным шторам, свисавшим с окна напротив кабинета директора до самого пола. Миг – и она исчезла, скрывшись среди уродливых грязновато-бурых занавесок. Теперь Артем видел только ее кроссовки. Оставалось надеяться, что Жвакин не обратит на них внимания, поглощенный поисками телефона, и не устроит в коридоре обыск.
Артем опустился на корточки и сжался, пытаясь слиться со стеной. Бесполезно. Даже несмотря на его малый рост, голова или локоть непременно высовывались из-за горшка. Жвакин даже в темноте заметит какую-то несуразицу, скорчившуюся на полу!
А может быть, подставить ему подножку и сбежать?
Артем осторожно приподнял голову, надеясь рассмотреть, что происходит возле спортзала. Из пепельно-серой темноты донесся новый вопль:
– Где мой телефон, козявка? Это ты его взял?
Протестующий писк Зябликова стих, не успев начаться.
В любом случае Толя подарил друзьям несколько минут, чтобы те успели скрыться. Пусть даже это означало, что сам художник выбыл из участия в жутковатых догонялках.
Артем подскочил к шторам и выдернул из них Пышкину.
– Пойдем! Нужно разыскать Саньку!
Подбородок Маши задрожал. Артем не сразу сообразил, что странные звуки, которые доносились до него, словно из неисправного радиоприемника, не очередная дурная шутка, выкинутая его ушами, а всхлипывания Пышкиной.
– Тебе Толю жалко? – пробормотал Артем, не зная, как прекратить начинающуюся истерику.
– Угу. И Борьку тоже.
– Все с ними будет хорошо. – Артем неловко похлопал подругу по спине и вновь потянул за собой. – Они же не умерли, а так… Уснули. Превратились в таких же кукол, как те ребята, что застыли в зале.
Артему действительно хотелось в это верить. Как и в то, что он сможет всех расколдовать. Впервые он почувствовал что-то вроде угрызений совести – ведь вся эта каша заварилась из-за его неосторожных слов, сказанных в магазине.
Они подошли к гардеробу и озадаченно переглянулись. Саньки нигде не было видно. И звать его, привлекая к себе внимание Жвакина, Артем не согласился бы ни за какие коврижки.
К счастью, друг показался сам – высунулся из дверей ближайшего
