Читаем без скачивания Встреча без возможности прощания - Мария Жукова-Гладкова

Дверь у меня запиралась, и Саша ее не только запер, но и приставил стул. Мы оба прекрасно понимали, что стул не остановит человека, который захочет сюда зайти, но по крайней мере мы проснемся от грохота. Хотя зачем кому-то к нам сюда заходить? Кому мы нужны?

– Я думаю, что это все какие-то их дела или старые счеты, – высказался Саша насчет убийства Лебединского и владельца супермаркетов Свистоплясова. – Кто-то воспользовался ситуацией.

Я считала, что убийство Лебединского было заранее запланировано, а вот Свистоплясова могли убить в состоянии аффекта, под влиянием минутного импульса.

– Если пика все-таки не ваша, то ее принесли специально! – напомнил Саша. – Насколько я понимаю, на столе она точно не лежала?

Я сказала, что пику могли носить в сумочке в целях самообороны. А у Анатолия она вообще может быть одним из основных орудий труда.

– У него вроде бы отмычки должны быть…

Я поинтересовалась, чем вообще «прославился» Анатолий. Что он воровал? Участвовал ли в каких-то громких кражах? Что рассказывал Саше Лебединский?

Оказалось, что Лебединский Анатолия не очень жаловал. Знакомство с рецидивистом не шло на пользу популярному артисту, играющему героев-любовников. Если бы еще был вор в законе… Такое знакомство могло бы быть полезным. Если бы Лебединский играл воров или хотя бы отрицательных персонажей – другое дело. Его пиар-менеджеры могли бы «обыграть» такого одноклассника. Денег на проекты с участием Лебединского от Анатолия тоже ждать не приходилось.

– А он что, мало зарабатывал? – поразилась я.

– Денег много не бывает, – усмехнулся Саша. – Владилен никогда не отказывался от спонсоров, но они все, насколько мне известно, были голубые. Правда, на последний проект он просил деньги у Андрея Павловича, но тот не дал. То есть на проект, который Лебединский хотел запустить… Андрей Павлович – серьезный бизнесмен и «на искусство» не дает. Его другие проекты интересуют. Наверное, поэтому Аполлинария и обращалась к Свистоплясову. Тем более она сама ему когда-то деньги давала.

Про Анатолия Саша знал немного. Первый раз тот отправился в места не столь отдаленные фактически сразу же после окончания школы, потом попадал за решетку то ли еще три, то ли четыре раза. Но наиболее интересной мне показалась другая информация. Лебединский считал, что между Аполлинарией Крыловой и рецидивистом Анатолием время от времени вспыхивала страсть. Возможно, она никогда не угасала, и если бы Анатолий избрал другой жизненный путь, то Аполлинария давно была бы серьезной замужней дамой, при одном муже, а не своре бывших, настоящих и будущих.

– Так и ее дочь может быть от Анатолия?..

Саша кивнул. Это объясняло нежелание Аполлинарии называть имя отца своего ребенка. Отчество у молодой певицы Катеньки было мамино. В советские времена связь с рецидивистом не пошла бы на пользу Аполлинарии, в новые времена требовался новый имидж, в который Анатолий опять же не вписывался.

– А какое дело сегодня вечером вспоминала бизнес-леди Анна? – спросила я. – Что за комплект у нее пропал?

Эту историю Саша, к сожалению, в подробностях не знал. О ней мне следовало спрашивать у Риммы, а еще лучше – у самой Анны, которая вроде бы ко мне благоволила. Насколько понял Саша, комплект драгоценностей Анны исчез после очередной встречи одноклассников у нее дома. Естественно, подозрения в первую очередь пали на Анатолия.

– Подумай сама: на кого еще-то, если в компании есть вор-рецидивист, отмотавший несколько сроков? Успешные бизнесмены Андрей Павлович или Владимир Свистоплясов? Конечно нет. Они в состоянии купить любые драгоценности. А краденые даже женщине не подаришь, потому что кто-то из знакомых на ней увидит. Алекс Мерлин тогда, насколько я понял, еще был отцом Алексием. Во-первых, не укради, во-вторых, он не мог приехать сюда из своего прихода, в-третьих, куда бы он их дел? Кому-то из прихожанок презентовал? Опять же возникли бы вопросы – хотя бы у взревновавших его других женщин. Астролог тогда был на пике популярности, деньги греб лопатой. Аполлинария не смогла бы их надеть, а она обожает все время красоваться в новых нарядах и новых побрякушках.

В общем, все одноклассники были людьми обеспеченными, успешными, и только один Анатолий то оказывался на взлете, то в яме. Тот период в его жизни вполне мог оказаться очень неудачным. Ему требовались деньги. Ему было известно про комплект старинных драгоценностей. Он лучше всех из компании знал, как их сбыть (а может, только он один и знал). Драгоценности не нашли, его за руку не поймали – ну так и что? Это же не означает, что украл не он.

– Его тогда посадили?

– Нет, – покачал головой Саша. – Не смогли ничего доказать. Нервы только потрепали. Но вскоре он сел по другому делу. И тогда там что-то в колонии произошло – я опять не знаю деталей. Я никогда не заострял на них внимание. Но именно в тот раз Аполлинария ездила с благотворительным концертом. Возможно, чтобы насолить Анне. То есть, конечно, не насолить, а в очередной раз ее задеть. В смысле: ты его обвиняла, а я ему помогаю. Я точно знаю, что они с Анной не любят друг друга еще со школы. Если одна говорит «белое», то вторая обязательно скажет «черное», хотя предпочитает белое. Но ты это сама уже поняла. Интервью Аполлинарии после посещения колонии я видел. Она как раз заявляла, что другие одноклассники забыли товарища, а он для нее – один из немногих людей из детства, с которыми у нее сохранились хорошие отношения. Анатолий всегда поддерживал ее в трудную минуту, и поэтому она считает своим долгом поддержать его в его трудную минуту. У Лебединского даже мысли не появлялось отправиться в колонию, и он вообще не желал, чтобы его как-то связывали с Анатолием. Я тебе уже говорил. А тогда его даже на допрос вызывали.

Наконец мы с Сашей решили, что нам пора спать, потому что мне предстояло встать первой в доме – готовить завтрак хозяевам и гостям.

Глава 15

Мне кажется, что спала я всего несколько минут, хотя, посмотрев на часы, поняла, что несколько часов. Было начало пятого.

Тишину ночи прорезал истошный крик Аполлинарии.

Саша быстро включил свет, я зажмурилась, а он уже отодвигал стул от двери.

– Подожди меня! Не ходи один!

Я накинула халат, и мы, держась за руки, выглянули в коридор. Там уже стоял Коля в одних трусах-боксерах, и я от вида его роскошного мускулистого тела чуть не лишилась чувств. Никогда в жизни мне не доводилось видеть такого… Не было таких в моем родном городе. А тут он рядом – и одновременно вне пределов моей досягаемости.

Также из своих комнат выбежали писатель-фантаст и астролог в полуголом виде. Правда, их полуголый вид меня не возбуждал. Оба обросли жирком, внушительные животы нависали над семейными трусами, а волосатость Алекса Мерлина еще и показалась мне отталкивающей. Хотя волосатость Коли нравилась… Их дамы не выходили. Потом послышались тяжелые шаги хозяина. Он был в огромном малиновом халате, завязанном спереди. Ни Римма, ни чернокожая Диана, ни Анатолий не появились.

Коля стоял перед открытой дверью гостевой, в которой сегодня ночевали Аполлинария и Шурик. Из комнаты доносились истеричные всхлипы известной певицы.

– Что произошло? – спросил Саша у писателя-фантаста и астролога.

Те лишь пожали плечами, и мы все передвинулись ко входу в комнату Аполлинарии и Шурика.

Только Шурика в комнате не было. Аполлинария сидела в постели, не стесняясь того, что ее грудь обнажена (грудь была явным результатом пластической операции, потому что в сорок семь лет у рожавшей женщины такой груди просто быть не может). Из ее невнятной речи, перемежаемой рыданиями, мы поняли, что за ней только что приходила Смерть.

– Пить меньше надо, – сказал писатель-фантаст. – Тогда кошмары сниться не будут.

– Я ее видела! – заверещала Аполлинария. – Она сидела вон в том кресле у двери и со мной разговаривала. – Певица протянула ухоженную руку с длинными ногтями и показала в нужный угол. – И коса у нее была. И она как-то светилась… Потусторонним светом.

– Накиньте на себя что-нибудь, – сказал Коля.

Аполлинария на мгновение застыла, потом опустила взгляд на свою грудь, задумалась, подняла глаза на Колю и заявила:

– А у меня ведь лучше грудь, чем у Аньки, правда?

– Лучше, – сказал Алекс Мерлин. – Но ты все равно или оденься, или ложись спать. И мы пойдем досыпать. – Потом он посмотрел на молодого красавца. – Коля, может, ты ее трахнешь, чтобы она успокоилась и другим дала спать?

– У нее Шурик есть, а я если прихожу с одной женщиной, то в постель к другой…

– Это пережитки прошлого, – махнул рукой писатель-фантаст. – Тем более эти две дамочки еще со школьных лет только и делают, что мужиков друг у друга уводят. Мне лично все Анькины нравились гораздо больше. По крайней мере, все нормальные, а не восходящие звезды. К тому же все Поленькины звезды закатываются, не успев взойти. Могла бы кого-то на самом деле талантливого найти, если бы захотела. Хахаль твой где? – спросил он у Аполлинарии. – В чужую постель переметнулся? Кто у нас сегодня ночью свободный?