увлеклась игрой воображения, что не заметила, как пролетело время.
— О-о, вот это, я понимаю, интерьер, — с интересом заглянула в компьютер Мирра. — Кого ты сюда вселила? Антонио Бандероса?
— Почти, — хихикнула Лера, не желая разглашать свой секрет.
— Я обедать. Ты со мной?
— С тобой, — почему-то у Леры было очень хорошее настроение. Теперь Антон Владимирович останется доволен.
Вернувшись в свой пустой дом пораньше, Лера принялась за картины. Не на шутку разыгравшееся воображение дало стимул творчеству, и она просидела в мастерской, сделанной из маленькой комнаты, почти до полуночи. Воображение рисовало наброски: темную, непроглядную ночь, силуэты мужчины и женщины на фоне едва проступающей, измученной беспощадным колючим ветром серой листвы деревьев. Картина получалась, и Лера уже подумывала показать ее Александру Даниловичу. Он точно знает, как сделать картину незабываемой.
На следующий день ветер прекратился, выглянуло солнце, и море снова сверкало всеми цветами радуги в его лучах. Бережно прижимая к себе набросок, Лера торопилась в художественную лавку к мастеру.
— Красота! — довольно потирал руки Александр Данилович. — Из этого получится незабываемый шедевр. Даже в пепельно-серых тонах. А если добавить немного розового и синего, то вообще глаз не оторвешь. Оставайся, будем работать.
- Я с удовольствием! — с особым рвением принялась Лера за картину. Хорошо, что в мастерской полно красок и они всегда под рукой. Мастер периодически появлялся за ее спиной и довольно кивал. Изредка брал кисть в свои руки и добавлял нужный штрих.
— Если все пройдет гладко, в марте поедем на выставку в Краснодар, — пообещал он. — Нужны еще картины, Лера. Две работы - это как-то несерьезно.
— А эту можно будет выставлять? — повернулась к художнику Лера.
— О да! Любовь — это очень значимо, — закивал Александр Данилович. — Доведем до ума, и будет прекрасная картина о любви.
— О… любви? — осеклась Лера. Снова взглянула на начинающий проступать сюжет.
— А о чем же еще? — хмыкнул в недавно отрощенную седую бородку мастер.
— О любви, — растерянно повторила она и дрожащей рукой окунула кисть в пепельно-серую краску.
Глава 7. "Вызов"
Андрей медленно ехал по скользкой дороге. Ему пришлось задержаться на одной из строек в прибрежной зоне, но о своем несвоевременном возвращении он ни капли не жалел – ведь благодаря этому ему удалось провести потрясающую ночь в номере одинокой состоятельной дамочки из Адыгеи.
Андрей довольно зевнул, от приятных воспоминаний его потянуло в сон. «Женщины иногда бывают так доверчивы! Отпусти их в отпуск без второй половины, и они вытворяют в постели такое, что даже не приснится обычному холостому мужчине…» — заулыбался он.
Дождь недавно закончился, сквозь тучи пару раз выглядывало солнце, но ему казалось, что от палящих мокрую трассу лучей только еще сильнее пачкалась его любимая машина. И цвет под названием «коричневый перламутровый металлик» никак не оправдывал себя в этой ситуации.
Последний рабочий день обещал быть коротким, а если учитывать, что Андрей доберется до главного управления строительной компании не раньше, чем к полудню, то его и вовсе может не быть. Отец возится с московским партнером, ему будет не до своих обычных придирок, так что можно будет вздремнуть у себя в кабинете, а затем спокойно отправиться домой.
Заметив, что место для парковки машины его отца пустует, Андрей радостно присвистнул и поднялся к себе.
Вскоре к нему в кабинет ввалился Марк. Андрей не преминул вальяжно развалиться в своем кресле и смерил юриста оценивающим взглядом.
— Ну, что тебя на этот раз не устраивает? — с видом исполнителя любых желаний произнес он.
— Фу, да этот Антон Владимирович достал уже! Отвези его туда, отвези его сюда! Я что, бесплатное такси нашей компании? — подошел к кулеру Марк. Набрал в пластиковый стаканчик холодной воды и жадно выпил.
— Подойди к отцу, он оплатит тебе расходы, — пожал плечами управляющий. Ему и самому не очень нравился этот партнер из столицы. Главным образом потому, что тот был очень состоятельным, уверенным в себе мужчиной. На фоне Антона Владимировича Андрей и Марк выглядели мальчишками, и это не могло не задевать их обоих. Но сейчас Андрею было все равно, что там себе надумал богатенький москвич, и как это будут расхлебывать его дорогой папочка и юрист.
— Дело не в деньгах, Андрей! — возмутился Марк. — Дело в его отношении к нам! Он считает, что ему здесь все дозволено! Знаешь, как он на наших девчонок из дизайнерского отдела смотрит?
— Ну, поиграет с ним Марта Сергеевна в томную женщину, сходит пару раз в ресторан, и что? — Андрею меньше всего на свете хотелось обсуждать проблемы других отделов, возникающих из-за Антона Владимировича.
— Марта Сергеевна?! Черта с два! — вскричал Марк. — Он с нашей новенькой Леры глаз не сводит! Букет роз ей сегодня отвез, конфеты самые дорогие выбрал! А видел бы ты, каким взглядом он на нее смотрел!
— С Леры? — почему-то внутри у Андрея что-то гулко екнуло и опустилось.— Решил вспомнить молодость?
— Он не считает себя старым, понимаешь? Распустил перья, как павлин, и сыплет комплиментами туда-сюда! Я стою в двери, сверлю взглядом Соколовскую, мол, приступай к работе, а то твоего ассистента сейчас похитят, и поминай, как звали!
— А Соколовская что же?
— Да ничего! Разводит руками и пожимает плечами. Я, конечно, понимаю, что нас с тобой это не касается, но Лера ведь в нашей компании работает! — продолжал возмущаться Марк. — И ей самой такое положение вещей не очень нравится. Но что она может сделать, если от Антона Владимировича многое зависит! Скорее бы он уехал отсюда!
Андрей нахмурился и ничего не ответил.
По дороге домой он снова и снова размышлял над словами Марка. Самое обидное было в том, что тягаться с Антоном Владимировичем даже ему, сыну Льва Константиновича Сотникова, было не по силам. А новенькая Лера — это вообще отдельная песня. Он откровенно восхищался ею и даже иногда подумывал уговорить отца перевести отдел интерьеров в главное управление, по официальной версии — для удобства Антона Владимировича, а на самом деле потому, что так можно будет общаться с симпатичной новенькой намного чаще. Но после сегодняшних событий об этом не может быть и речи. Лера, может, и уверенно держится в их компании, но он точно знает, что за
