Бля! Еще одна вредная сука! Лили…
И если на жопу Крис ему плевать, то Лили его явно не отпускала.
Невольно всплывали мысли, как он впервые увидел ее в универе.
Самая красивая девушка, в белом сарафане с отделкой тонким кружевом, с длинными крупными локонами и выразительными глазами, цвета жженной карамели. Темными, почти карими, но в солнечных бликах, когда она смеялась, мелькал сладкий сахар. Патока. Тогда он залип на ней. Она показалась ему ангелом. Настоящей принцессой. Милой и нежной.
И вначале, первые месяцы обучения, она действительно вела себя вежливо и уважительно общалась с одногруппниками. Помогала Платону. Она наверняка забыла, как он просил у нее конспекты. Искал повод встретиться.
Но потом она примкнула к стае гиен, разбалованных мажоров. Начала смотреть на всех свысока. С каждым годом становилась все более отталкивающей и циничной. Создавалось ощущение, что из красивой принцессы она мутировала в уродливую стерву.
Лили становилась заносчивой. Невыносимой сукой.
На последних экзаменах, когда они остались наедине в кабинете, Платон решил, что это не случайность. Ведь скоро защита диплома, и их пути навсегда разойдутся.
У Самойлова мелькнула шальная мысль. А что если не все потеряно. Если процесс мутации обратим.
Тогда в кабинете политологии Лили его конкретно завела своими дерзкими и колкими выпадами. Затем разгневала своими выходками с ментами и байком.
Он уже и сам не понимал, чего хотел больше. Придушить ее или перевоспитать. Но он от нее определенно что то хотел. И с каждым днем все сильнее.
Самым действенным методом для разбалованных стерв, обожающих купаться в мужском внимании, является его отсутствие.
Платон решил игнорировать зажравшуюся суку. Не обращать на нее внимание. Но с каждым днем все больше палил из под темных солнцезащитных очков ее крутую фигурку. В глубине души надеялся, что еще не все потеряно. Он привык по жизни добиваться своего. И сейчас его целью стала Лили. Только не конченная лютующая стерва, а красивая принцесса, коей она точно когда то была…
Самойлов узнал, что Лили разошлась со звездым Ринатом. Думал, день, и они опять сойдутся. Но малышка приятно удивила. Держалась в стороне и даже пропустила все ночные тусовки на неделе.
А еще он видел, как она пожирала его глазами и елозила своей мягкой попкой по институтским стульям. И мысль о том, что на ней белые бикини, будоражила его фантазию.
С постоянным желанием Платона уже не справлялась ни Фаина, ни Лора, ни Инга. Все проверенные любовницы из телефонной книги не могли удовлетворить его полностью. Заставить не думать о крепких лодыжках и стройных бедрах Лили.
Платон чертыхнулся от мыслей о непрошибаемой, но такой сексуальной стерве!
Бля, снова стояк! Член рвет штаны. Просится наружу от разглядывания одной фотки в телефоне.
Он выключил мобильный и снова умылся холодной водой. Прижал ширинку ремнем. Скривился от болезненных ощущений.
Сегодня после угона Кэн организовывает пати-на-хате. Надо бы кого нового присмотреть и отодрать хорошенько. Иначе весь его план по перевоспитанию мажористой сучки накроется медным тазом. Он разложит ее при первой встрече в универе.
Контроль превыше всего. Скоро он начнет активнее ставить на место Лили, его перевоспитание наберет обороты. После угона BMW, он сразу займется ее Porshe. И тогда дерзкая девка запоет иначе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})* * *
Угон и в этот раз прошел как по маслу. Тачку загнали Сэму и разделили бабки. С BMW вообще не возникло проблем. Самойлов даже уныло отметил, что и угоны начинают подзаебывать.
Первым делом он отправился в свой пентхаус и смыл с себя все вонючие духи, которыми пропитался на богемной тусовке. Затем надел привычные вещи. Черный батник с капюшоном и джинсы. Выдохнул, когда вывел из гаража свой байк и помчал на полной скорости к Кэну.
Обмозговав с товарищем все насущные темы, Платон укрылся от всеобщего хаоса в домашнем кинотеатре. Единственная вредная привычка, которую он себе позволял — это попыхтеть кальян.
Сразу занял свой любимый угол и расслабился.
День выдался насыщенным. Самойлов конкретно подзадолбался. Еще эта гулящая дрянь Крис доставала своими раздолбанными намеками. Надо бы в следующий раз записать ее пиздешь. Тогда она точно от него отвянет.
Сбоку к Платону пристроилась лощенная девчонка. Пару слов, он четко определил степень шлюшности. Стоит ей намекнуть отсосать, как она с покорностью рухнет под стол.
Но пока что то и на нее не тянет.
Платон раздумывал о делах и предстоящем угоне Porshe, как его взгляд привлекла парочка, вошедшая в задымленное помещение.
Он присмотрелся. Бля, да это же Макс(Кэн) притащил его Лили!
И выглядит она снова, как дешевая блядь. Короткое черное платье и сиськи навыкат. Прийдется ее от таких нарядов отучать.
А член в штанах уверенно запротестовал. Ему зашибись, все нравится.
Блондинка сбоку, имя которой он спецом не расслышал, заметив его стояк, начала под столом наглаживать ширинку. Ну пусть. Один хрен, чем дрочить, лучше так.
Макс сел на диван и потащил Лили к себе на колени. У малышки, когда она села, все трусы стали видны. Платон рассмотрел даже, как тонкая паутина кружева облепила ее половые губы. Какая же она стала распутная стерва!
Ну что ж, Платон будет бить ее же картой
Самойлов шепнул девке рядом, что пора бы и отсосать. Нехрен джинсы зря мять. Как он и думал, вместо пощечины, получил с готовностью минет.
Блондинка утромбовалась под стол и с охотой захватила его каменный член в рот. Ох, а глотка то у нее оказалась рабочая! Поглядывая на звезду Лили на коленях Макса, Платон толкался бедрами в глубокую безду рта. А блонда даже не давилась. Еще и яйцами успевала поигрывать рукой. Мастерица. Кайф.
Самойлов и подумать не мог, что близость дерзкой мажорки доставит остроты ощущениям. Малышка смотрела не таясь в упор. А он делал вид, что не замечает, как дрожат ее губки, и как она облизывает их крохотным кончиком языка. Хочет быть сейчас на месте блонды под столом. Это очевидно.
Лили дернулась, когда Самойлов бурно кончил в рот своей временной оральной любовницы. Ее карие глаза расширились, стали почти черными. А щеки залились розовым румянцем.
Лили слезла с колен Макса, а потом и вовсе вышла из кальянной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Платон усмехнулся. Ей точно понравилось шоу. Он ее нехило завел.
Вот только теперь не дать бы Максу собрать плоды ее возбуждения.
Мужчина достал телефон и набрал друга. Всего пару слов
