но такое поведение – не редкий случай в мире животных. Новым является то, насколько организованно шимпанзе это делают.
В отличие от горилл совершенно обычной практикой для шимпанзе являются группы, состоящие из нескольких самцов во главе с лидером и группы самок, у которых существует собственная иерархия. Вожак в группе шимпанзе может быть самым сильным и агрессивным, но так бывает не всегда. Лидер, кроме прочего, должен уметь манипулировать другими и быть находчивым в управлении альянсами для поддержки собственной власти, то есть быть настоящим Макиавелли среди шимпанзе. В результате иной раз случается так, что лидером становится не самый крупный громила, а более тощий и слабый политик, которому удалось убедить других выполнять его приказы. Известны случаи, когда другие самцы объединялись и начинали яростное восстание, свергая и заменяя лидера. Это, несомненно, напоминает человеческую политику.
У самок есть своя неофициальная иерархия: одни повелевают, другие подчиняются. Иерархия подчинения самок также распространяется на потомство. Доминирующая самка и ее союзники наказывают за агрессию в отношении своей дочери, даже пока она молода и слаба. Таким образом дочь защищена до тех пор, пока не вырастет и не начнет формировать собственные группировки влияния. В таком поведении есть намек на наследственный принцип, когда можно получить дополнительные привилегии в иерархии благодаря положению родителей.
Между тем доминирование самцов шимпанзе полностью зависит от признания иерархической структурой самок. Если самец им не нравится, он не сможет стать лидером группы. Если он уже является лидером, а самки настроены против него, они помогут свергнуть этого самца и поставить на его место нового. Даже в этом слышатся отголоски «мягкой силы», которой обладали женщины элиты (например, римская императрица Ливия Друзилла[14]) в истории человечества до эпохи модерна.
Находящиеся выше по иерархической лестнице получают приоритетный доступ к размножению и пище. Иерархии шимпанзе заметно сложнее, чем у других приматов, поэтому эволюция потребовала от них развить более крупный мозг, чтобы справиться со всеми социальными взаимодействиями, необходимыми для поддержания союзов.
Как и многие приматы, шимпанзе пользуются инструментами. Они приспосабливают палки, чтобы доставать из земли термитов для еды, используют камни в качестве молотков, листья как губки для впитывания воды, ветки как рычаги. Они даже делают зонтики из банановых листьев. Этим приемам обучают, передавая знания от взрослого к ребенку. Это считается формой социального обучения, даже формой культуры. Однако шимпанзе не улучшают подобные изобретения поколение за поколением. В противном случае за более чем 5 миллионов лет охота на термитов у шимпанзе, несомненно, достигла бы промышленных масштабов.
У шимпанзе есть язык. В основном они общаются с помощью жестов, но имеют и определенный набор голосовых сигналов. Пределы набора обусловлены физиологией шимпанзе, ограничивающей диапазон звуков, которые они могут издавать, а также возможностями их мозга. В неволе шимпанзе проявили поразительные способности запоминать широкий спектр письменных символов.
Шимпанзе также могут быть очень жестокими. Самцы шимпанзе объединяются в группы, бродят по своей территории и ищут одинокого собрата, которого можно избить. Они начинают пинать и бить одиночку, нередко отрывают куски тела, особенно уши, части лица и, что самое шокирующее, гениталии. Войн между группами шимпанзе не бывает. Им не хватает численности и согласованности действий. Однако они с удовольствием патрулируют свою территорию и жестоко расправляются с чужаками. Скоординированное насилие над особями не из своей группы, безусловно, является чертой, характерной и для людей.
Бонобо
Шимпанзе возглавляются самцами и довольно агрессивны, поскольку половые отношения регулируются в соответствии с иерархией. Полной противоположностью шимпанзе является их (и наш) близкий родственник бонобо. Примерно 2 миллиона лет назад набиравшая воды река Конго разделила места обитания двух групп предков шимпанзе. У шимпанзе, оказавшихся южнее (которые стали бонобо), развились радикально иные привычки. Бонобо живут в матриархальной иерархии, где сексуальная активность не ограничивается. Самцы зачастую физически сильнее, но очень редко проявляют агрессию в отношении самки, и в этих случаях сестры бонобо набрасываются на обидчика и пресекают его действия. Иногда они отпугивают его гиканьем и криками, иногда ломают ему пальцы. Самки также могут проявлять насилие по отношению друг к другу, настаивая на соблюдении иерархии. Однако в целом насилия гораздо меньше из-за обилия секса.
Бонобо могут заниматься сексом лицом к лицу, фелляцией и куннилингусом, а также «французскими поцелуями», что является редкостью для большинства приматов. Бонобо гиперсексуальны и мастурбируют каждые несколько часов. Приветствуя друг друга, бонобо часто касаются возбужденных гениталий друг друга в так называемом «рукопожатии бонобо», чтобы снизить первоначальное напряжение. Поскольку сексуальные контакты более распространены в сообществах бонобо, у самцов меньше причин для агрессивности. Когда две группы бонобо встречаются в лесу, самцы поначалу могут немного напрягаться, но затем самки двух групп меняются местами и начинают заниматься сексом с незнакомыми самцами. Межгрупповое напряжение, которое у шимпанзе привело бы к драке, у бонобо заканчивается оргией.
Увы, скорее всего, люди находятся в более близком родстве с шимпанзе, чем с бонобо. Однако, хотя агрессивность, воинственность и мужская конкуренция у людей присутствуют, мы, похоже, разделяем с бонобо многие сексуальные привычки и даже иногда «занимаемся любовью, а не войной»[15] (пусть в сравнении с количеством войн «хиппи» периоды в истории человечества случались значительно реже).
Тем не менее открытым остается вопрос о том, сколько знакомых черт шимпанзе люди унаследовали от нашего последнего общего предка, а какие сложились в культуре людей гораздо позже. Если наиболее негативные аспекты человеческих обществ коренятся в эволюционной схеме, то их, по всей видимости, никогда не удастся изжить. Если же они обусловлены культурой, то их можно забыть в течение одного-двух поколений. Следовательно, стоит задаться вопросом: как мы продолжали развиваться в течение 5 миллионов лет, отделяющих нас от шимпанзе?
Прямохождение
5 миллионов лет назад наши предки по-прежнему обитали в африканских лесах. Наш последний общий предок с шимпанзе ходил по земле на согнутых ногах, для равновесия опираясь руками на землю. Такой способ передвижения больше подходил, чтобы быстро забраться на дерево, спасаясь от хищников (которых в Африке было много), чем для преодоления больших расстояний по ровной земле.
«Люси» – женская особь австралопитека, одна из самых древних известных прародительниц человека
©S. Entressangle / E. Daynes / Science Photo Library
4 миллиона лет назад климат вступил в одну из своих сухих фаз. Площадь лесов снова сократилась, остались отдельные лесные массивы, а дальше простиралась широкая открытая саванна Восточной Африки. Приматы, отваживавшиеся выходить из леса на поиски пищи, уже не могли спасаться от опасности на деревьях, и им приходилось уходить все дальше и дальше, чтобы найти еду. В
