— Может, чашечка кофе поможет тебе разговориться? — предположила Абби, прихлебывая из своей.
Когда она на мгновение повернулась к нему спиной, Тэннер одними губами произнес: «Как?», обращаясь к Рори. Тот почти незаметно дернул плечом, не меняя выражения лица. Не зная, что делать дальше, Тэннер ухватился за спасительный предлог, данный ему Абби, и направился к стоящему у стены столику красного дерева, где и налил себе кофе из огромного серебряного кофейника. Он неторопливо клал сахар и наливал сливки, хотя обычно пил черный кофе, а сам мог думать лишь о том, насколько все было бы проще, если б она разделила с ним свои проблемы.
То, что он застал Абби и Рори вместе, сильно нарушало его планы, в которых кузен должен был оставаться человеком-невидимкой. Но винить он мог только себя: значит, не сумел предостеречь Рори как следует. Теперь ему предстояло узнать, что именно ей известно, не проболтавшись самому… Если еще было о чем пробалтываться.
Надеяться он мог лишь на то, что Рори лучше умел ориентироваться в подобных ситуациях, чем он. Вернувшись к креслу Абби, Тэннер улыбнулся ей, надеясь, что Рори вмешается и скажет, пока не поздно, что здесь происходит.
— Надеюсь, Абби, ты хорошо выспалась?
Его выручила сама Абби, сама о том не подозревая.
— Прекрасно. Но это неважно. Ой, Тэннер, мы совсем забыли о мистере О'Нейлле. Он из Северной Ирландии и рассказывал мне о красоте тамошнего побережья. По-моему, он убедил меня, что я должна там побывать до отъезда из Ирландии. — Она спокойно продолжала разговор, и у Тэннера полегчало на душе, потому что ему стало абсолютно ясно: она понятия не имеет, что они с Рори знакомы.
Быстро сориентировавшись в обстановке, Рори поднялся и протянул ему руку. Лицо его сохраняло невозмутимое выражение, хотя глаза искрились весельем. Они обменялись вежливым приветствием. С момента их первой встречи Рори преобразился, и его внешний вид представлял нечто среднее между сельским сквайром и горожанином на отдыхе. Он был в твидовом пиджаке и пестром кашемировом шарфе. Тэннер отметил, что трубка, засунутая в нагрудный карман, была достоверным завершающим штрихом его костюма.
— Вы в Рамуллане по делу или на отдыхе? — поинтересовался он с вежливым любопытством.
Рори заулыбался.
— И то и другое. У меня есть двоюродный брат, с которым я не часто вижусь, и сюда я приехал, надеясь увидеться с ним. — Рори говорил с таким сильным ирландским акцентом, какого Тэннеру никогда не доводилось слышать. Он резко отличался от обычного певучего говорка его кузена. Пока Тэннер подыскивал подходящий ответ, в разговор вмешалась Абигейл.
— Если вы оба не сядете, у меня заболит шея, — потянув фамильярным жестом Тэннера за руку, она подтолкнула его к креслу, в котором раньше сидела, а сама пристроилась на уголке кофейного столика.
Рори снова опустился на свое место.
— Ваш, э-э, кузен живет поблизости? — поинтересовался Тэннер.
— В настоящее время да, — жизнерадо-стно ответил Рори и перевел взгляд на Абигейл. — Мисс Робертс рассказала мне о вашем вчерашнем посещении Грайнан-оф-Эйлич. Раз вы сами ирландец, вам должно быть известно, что эта крепость семь столетий принадлежала клану О'Нейллов.
— Боюсь, что мое знание истории Ирландии так же слабо, как и мой ирландский акцент, — признался Тэннер, внутренне прокляв постоянное стремление Рори победить в споре о том, выиграл или проиграл Тэннер, эмигрировав в Америку с отцом много лет тому назад.
— Это позор, — покачал головой Рори, сочувственно улыбаясь. — Может быть, если вы подольше останетесь здесь, то обретете и одно и другое? А теперь, с вашего разрешения я вас покину. Мне нужно позвонить по телефону.
— Вы не присоединитесь к нам за ленчем? — спросила Абби.
Тэннер поддержал ее, надеясь заставить Рори помучиться за его последний выпад. Возможно, проведя в напряжении часок-другой, Рори заречется в другой раз дразнить его.
— Да, мистер О'Нейлл. Мы с Абигейл с удовольствием еще послушаем ваши рассказы об Ирландии.
Но взять верх над Рори надолго никому не удавалось, и сейчас он ускользнул, пока Тэннер еще не кончил говорить. Тому осталось только, встав, проводить его взглядом, а затем посмотреть сверху вниз на Абби, которая тоже поднялась со столика.
— Ты сегодня гораздо жизнерадостней. Есть какая-то причина?
— Ничего такого, о чем мне хотелось говорить за ленчем. Скажем так, я, наконец, нашла способ убедить Йошимото, что запугать меня ему не удастся. К тому времени, как он поймет, что это хитрость, Сандра станет хозяйкой моего бутика.
В душу Тэннера закрался страх, и, не удержавшись, он схватил ее далеко не ласково за плечо и резко повернул к себе лицом:
— Что ты натворила, Абигейл?
От напряженности, прозвучавшей в его голосе, глаза ее расширились.
— Ничего такого, чего бы ты сам не сделал, Тэннер, если бы оказался на моем месте.
— Это не ответ.
— Это единственный ответ, который ты получишь. Я думала, ты понял вчера вечером, что я сумею сама, без твоей помощи позаботиться о себе, — короткая заминка перед словами о «помощи» ясно показывала, что она хотела назвать это «непрошенным вмешательством». О том же говорило непреклонное выражение ее лица и взгляд, в котором читался самый сильный гнев, с которым он сталкивался за все время их знакомства. Он видел ее раздраженной, раздосадованной, но никогда разгневанной. — Мои дела тебя совершенно не касаются, Тэннер. Постарайся хорошенько это запомнить.
— А ты постарайся запомнить, что не каждый играет по правилам, — настаивал он, изо всех сил стараясь не дать воли собственной ярости. — Некоторые люди ведут дела, не обращая на правила никакого внимания.
— До сих пор Йошимото только угрожал, — с такой же яростью возразила она, — что ничуть не хуже того, что устроил мне твой Сэмюэльс в Шотландии. Только благодаря счастливой случайности и хорошей собаке я вообще сейчас нахожусь здесь.
Тэннер смолк при упоминании о Сэмюэльсе. То, что сделал этот человек, явно было настолько серьезно, что ослепляло ее и делало нестрашными угрозы Йошимото. Что ж, раз он не мог выбить правду из Сэмюэльса, который был слишком далеко, Тэннеру оставалось узнать ее от самой Абби.
Он смягчит свою хватку, но все равно выведает у нее всю правду до конца.
— Мы не можем разговаривать об этом здесь. Поднимемся наверх, и ты расскажешь мне все о Сэмюэльсе.
— Хочешь сказать, что там, не опасаясь свидетелей, ты сможешь на меня орать?
— Вот именно, — процедил он, стискивая зубы. — Мы уже выяснили, что там можем делать это, сколько душе угодно.
