Читаем без скачивания Дожить до 120 - Исаак Розовский

– Не отвечает. Неужто забыла?

Ждать дальше, видимо, уже не имело смысла.

– Что ж, рэбе, пойдем? Хоть в ресторане посидим. У меня сегодня больше никаких дел, – сказал генерал. И тут раздался звонок на его мобильный.

– Наконец-то! – Пронин был уверен, что это она звонит. Но ошибся.

– Что, опять? Когда обнаружили? Сорок минут назад? А с чего вы решили, что это – наш случай?.. Личность потерпевшего установили?… Ах, потерпевшей? Ну, это все равно… Кто-о-о?.. Грушина? Людмила?.. Что за бред! – генерал побагровел. – Чтоб через полчаса ко мне с докладом! Выясните все подробности… Всё, жду…

Генерал плюхнулся в кресло и лишь повторял: «Бред! Бред!»

– Я так понимаю, что она уже не придет… никогда, – сказал Круглянский.

Через полчаса вбежал с докладом запыхавшийся подполковник. От него они и узнали подробности.

Грушина Людмила Федоровна, 25 лет, найдена убитой в подъезде собственного дома. Обнаружено две пули – в область сердца и в голову. Соседи никаких выстрелов не слышали. Свидетели были? Только муж. Вернее, жених. Но он весь в кусках. Он с работы возвращался и наткнулся на тело прямо в подъезде. Кроме дамской сумочки у потерпевшей других вещей не было. Осмотр сумочки ничего не дал. Так, косметичка, смартфон, записная книжка, бумажник и, извиняюсь, ваша, Валентин Петрович, визитная карточка. Вроде бы ничего не пропало. Отпечатков пальцев пока не найдено. Что еще? Деньги? Доллары? Нет, долларов не было. Незначительная сумма в рублях. Да, все звонки проверили. Кстати, предпоследний исходящий – на ваш номер.

– Ах, снова извиняетесь? Похоже, я у вас теперь главный подозреваемый, – криво усмехнулся генерал и велел снять подробные показания с единственного свидетеля, с жениха, когда тот оклемается. Если обнаружатся какие-то новые детали, немедленно ему докладывать. Потом вздохнул и отпустил подполковника.

– Вот такие дела, рэбе… Невезуха. А я-то надеялся интервью почитать и от нее самой новые детали услышать. Всё, и эта ниточка обрублена. Странно, конечно, что это случилось перед нашей встречей. Но, думаю, это случайное совпадение.

– Вряд ли, – спокойно возразил Круглянский. – Вряд ли случайное совпадение.

– Но о назначенной встрече никто не мог знать. Тем более, Хаскин. Да и убийство по почерку совпадает со всеми прежними.

– Совпадает, да не совсем. Денег-то при ней не нашли?

– Это бывает. Они иногда потом их подбрасывают.

– Что ж, возможно, но есть еще одно обстоятельство.

– Какое же?

– Ты ведь говорил, что у убитых никогда и ничего не пропадает. Так?

– Так. Но и тут ничего не пропало.

– Ошибаешься, генерал. А где текст ее статьи?

Несколько мгновений Пронин оторопело молчал, а потом вдруг взвыл:

– Ах я идиот!

Он тут же бросился звонить и отдал приказ немедленно обыскать весь дом, чтобы найти статью, написанную вчера или сегодня. И компьютер проверить.

– Может, она забыла интервью дома. Тогда оно должно отыскаться. Но если не найдут, то получается, что кто-то все-таки знал, что она должна мне текст сегодня показать.

– Не обязательно, – снова возразил Круглянский. – Про тебя могли не знать, но побеспокоились, чтобы интервью в журнал не попало.

Пронин велел секретарше найти телефон журнала «Кольца Сатурна» и связаться с главным редактором или кто там отыщется. Через несколько минут она сообщила по селектору, что редактор на проводе. Генерал снял трубку, представился и стал расспрашивать. Увы, никаких интервью Грушина в журнал не присылала, хотя они с нетерпением его ждут.

– А с чего вдруг такой ажиотаж? Нам генералы нечасто звонят, – спросил редактор слегка насмешливо. – Что случилось? С Людмилой все в порядке?

– Боюсь, что нет, – ответил генерал и повесил трубку, после чего обратился к гостю: – То есть, ты хочешь сказать, что это была инсценировка под наши «штатные» убийства, а устранили ее из-за статьи? Из-за той информации, которая в ней могла содержаться?

– Да, очень похоже на то. И если так, то эту информацию мы никогда не узнаем.

– Нет, погоди, Людмила говорила, что кроме Хаскина на интервью присутствовал ее школьный приятель, который в том институте работает. Так что он может рассказать. И, вообще, у нас теперь есть более чем веский повод непосредственно познакомиться и с Хаскиным, и с этим его неизвестным сотрудником.

– Да, повод есть, но если Хаскин и тот второй в этом деле замешаны, то их уже давно и след простыл. Может, они уже летят в другую страну и в иллюминатор на матушку Расею любуются.

– Нет, улететь они еще не могли. А мы их сейчас такой возможности лишим. Второго мы пока что не знаем, но уж Хаскина точно не выпустим.

Генерал отдал приказ перекрыть аэропорты и устраивать тщательную проверку всех улетающих.

Больше он сегодня сделать ничего не мог, но велел на завтра пригласить, да хоть и насильно доставить к нему Хаскина и того, второго, предварительно установив его личность.

***

После неприятного разговора с Люсиным женихом я уселся в кресло, машинально скользя глазами по строчкам открытого файла. И вдруг понял: Если отец Люси оказался среди убитых, то что с остальными тремястами фамилиями? Может, и они тоже мертвы? Мысль показалась совсем дикой, но ведь это, наверное, легко проверить? Надо только поднять материалы криминальной хроники. «Завтра же этим займусь…» – обещал я себе.

Но до этого завтра еще многому суждено было случиться. Я вспомнил о списке из четырех человек, который утром вручил мне Хаскин, чтобы я отыскал для них «напарников» (якобы для спонсоров). Я включил программу. Двух первых отыскал, для третьего «напарника» не нашел. Оставался еще один. Программа заработала и через пару минут выдала мне имя, от которого голова пошла кругом. «Хаскин», так оно звучало, записанное еврейскими буквами. Но имя было не Илья и не Элиягу. Однофамилец? Я стал разбирать имя «напарника». А-м-б-р-у-з (или Амброз?). И вдруг меня как током ударило. Амброз! Имя младшего сына Хаскина. Не может быть! Даже если я прав, и Хаскин повинен во всех этих убийствах, не станет же он родного сына убивать? Нет, теперь у него полное алиби.

Но через минуту я понял, что никакого алиби нет. Он ведь не мог знать, кто окажется «напарником». Просто случайное совпадение. Или не случайное? Может, именно так, с садистской ухмылкой на устах, Всевышний и карает злодеев? Пресловутый Закон Кармы?

Было уже за полночь, но я набрал мобильный Хаскина.

– Костя? – удивленно спросил он. – Что стряслось?

– Да уж стряслось. Вы где?

– В Поибине.

– Я сейчас приеду.

– Что за спешка, Костя? Объясните толк…

Но я уже дал отбой.

«Что ж, сейчас все разъяснится», – повторял я, словно помешанный, вызвал такси и отправился в Поибин.

***

– Костя, что с вами? На вас лица нет! И что вы меня глазами сверлите? Глядите, как солдат на вошь, – попытался пошутить Хаскин, но было видно, что он встревожен.

Я не стал разводить антимонии, а в лоб спросил:

– Так вы, значит, ничего не слышали об