'Бхагаван, я сдаю все свои
санкальпык вашим святым стопам'. Для него не было более великого Бога, чем Бхагаван".
Кавьяканта и его ученики засыпа̒ли Бхагавана вопросами. Хотя ответы не записывались немедленно, Наяна имел столь ясную память, что позже переложил ответы Бхагавана в стихи и читал их вслух, приговаривая: "Это из третьей главы Рамана Гиты", или "Это восьмой стих из второй главы Рамана Гиты". Он тогда ещё не написал Рамана Гиту, и люди удивлялись этим его заявлениям. Наконец, однажды он сел и написал Рамана Гиту целиком из трёхсот стихов. Он записал вопросы и к ним ответы и показал Бхагавану, который заверил каждый из них, замечая: "Совершенно верно".
В Рамана Гите наиболее показателен один из ответов Бхагавана насчёт женщин. Наяна задаёт вопрос Бхагавану: "Разве женщины не равны мужчинам?" Бхагаван отвечает: "Что есть мужчина или женщина? Это основано на теле. Для души нет никакой разницы". Затем Кавьяканта спрашивает: "Может ли женщина овладеть писаниями?" Бхагаван отвечает: "Без сомнения". Наяна продолжает: "Могут ли женщины достичь самореализации? Становятся ли они джняни?" "Без сомнения", отвечает гуру. "Для души, которая должна достичь реализации, нет никакой разницы".
В 1922 году, когда мать Бхагавана достигла махасамадхи, не Бхагаван был тем, кто захотел похоронить её в гробнице, возвеличить её, построить для неё храм. Это был Кавьяканта, который сказал Бхагавану: "Согласно писаниям и вашим словам в Рамана Гите, она — реализованная душа. Она должна быть погребена со всей святостью". Он взял на себя организацию этой задачи и над её могилой был возведён храм Матрубхутешвара. Кавьяканта даже дал храму это имя — Матрубхутешвара, что значит "Господь, который принял форму Матери". Таким образом, идея храма, того ядра, вокруг которого вырос ашрам, принадлежала Кавьяканте.
Кавьяканта был великим человеком. Благодаря интенсивной епитимье, его кундалини поднималась. Согласно писаниям, когда кундалини достигает сахасрары, самой макушки, её энергия проходит через голову и достигает солнца. Кавьяканта не хотел, чтобы это произошло. Будучи учеником Бхагавана, он хотел, чтобы Бхагаван положил свою руку ему на голову. Позже Кавьяканта говорил: "В тот миг, когда Бхагаван положил свою руку мне на голову, словно холодные лучи луны пролились на меня. Боль совершенно утихла". Перед этим кто-то из преданных Бхагавана отметил, что из макушки Кавьяканты поднимается какая-то субстанция, похожая на лёгкий пар.
Кавьяканта в молодые годы
Мой учитель Т. К. Сундареша Айер, Кунжу Свами и Вишваната Свами были свидетелями ещё одного случая, когда милость Бхагавана снизошла на Кавьяканту. Как-то раз, делая епитимью в храме Ганеши в Тирувоттийуре, недалеко от Ченная, Кавьяканта понял, что не может духовно продвинуться. Он взмолился Бхагавану "Помогите мне! Помогите мне!" В ответ он почувствовал, как Бхагаван появляется перед ним, кладёт на него руку, освобождая его от духовного застоя, а затем исчезает. Кавьяканта немедленно рассказал своим ученикам, что произошло. Примерно в то же самое время в Скандашраме Бхагаван сотрудничал с ним: "Я лежу, и вдруг чувствую, как моё тело взмывает в воздух. Услышав слово 'Тирувоттийур', я пошёл по главной улице. Увидев храм Ганеши, я вошёл в него. А затем вдруг неожиданно оказался снова в Скандашраме". Т.К.Сундареша Айер спрашивал его: "Почему это случилось, Бхагаван?" Бхагаван ответил: "Это санкальпа Наяны. Это не было моим желанием". Он продолжал: "Благодаря этому опыту я понял, как сиддхи — легендарные мудрецы и святые — путешествовали в астральном мире. Возможно, со мной было то же самое. И всё-таки, не я этого хотел, это произошло благодаря желанию Кавьяканты".
Как-то раз Бхагаван спускался с горы вместе с Наяной, Сундареша Айером и другими преданными. Вдруг он остановился и сказал: "Наяна, посмотрите-ка на меня! Солнце, луна, звёзды и планеты вращаются вокруг моей талии". Никто не смог увидеть этого зрелища, но все видели, как тело Бхагавана светилось ярким блеском. Проникнутые благоговейным страхом, преданные простёрлись перед мастером и запели священную Пуруша Суктам — песню, которую распевали древние святые, восхваляя Господа Вселенной, где солнце и луна описываются как два глаза Господа.
Бхагаван подтверждал, что после поднятия кундалини и случая в Тирувоттийуре, через тело Кавьяканты стал протекать электрический ток. В результате он не мог ходить по земле босиком, не получив электрический удар. Он стал носить деревянные туфли, но почтительно снимал их в присутствии мастера. Бхагаван сострадательно говорил: "Наяна идёт. Он не может ходить босиком. Положите что-нибудь непроводящее ток — деревянный настил — чтобы он мог сесть. Дайте ему также шерстяное одеяло, на которое он сможет наступать".
Мы должны почитать отношения Бхагавана и Кавьяканты. То, как мастер относился к ученикам, важнее, чем то, как собратья ученики относились друг к другу. Если такой мудрец, как Бхагаван, восхищался Наяной — над этим ищущие и преданные должны поразмыслить. Преданные Бхагавана в долгу перед Кавьякантой Ганапати Муни: Во-первых, он был тем, кто дал их мастеру прославленное, священное имя. Во-вторых, именно он был первым человеком, который убедил мастера начать говорить. До него Шивапракашам Пиллай, Гамбирам Сешайа и другие думали, что Бхагаван соблюдает обряд молчания, и получали его ответы только письменно. Благодаря Кавьяканте Бхагаван начал давать ответы устно. Он также был тем, кто уговорил Бхагавана написать поэму на санскрите в размере арья. Бхагаван возражал, что немного знает о санскрите и его размерах. Кавьяканта объяснил ему правила размера арья и повторил свою просьбу. Днём позже Бхагаван представил два безупречных стиха. Затем на следующий день он представил ещё три. Муни воскликнул своим ученикам: "Сможет кто-либо из нас написать так?" Эти пять стихов образуют гимн — Аруначала Панчаратнам — который ежедневно поют перед самадхи Бхагавана.
"Океан нектара полный милости, объемлющий вселенную в своём великолепии, о Аруначала, верховное Я, будь солнцем и открой лотос моего сердца в блаженстве.
О, Аруначала, в тебе картина вселенной образуется, пребывает и растворяется. Это есть высочайшая истина. Ты внутреннее Я, танцующее в Сердце. Сердце — имя твоё, о Господь!
Тот, кто обращается внутрь непотревоженным умом, чтобы найти, где возникает сознание 'я', осознаёт истинное Я, и остаётся в тебе, Аруначала, как река, впадающая в океан.
Оставляя внешний мир, чтобы медитировать на тебя внутри с помощью контроля ума и дыхания, йогин видит свет, о Аруначала, и находит в тебе наслажденье.
Тот, кто посвятил свой ум тебе, и, видя тебя всегда, созерцает вселенную как твой облик, тот, кто во все времена прославляет и любит тебя исключительно как Себя *the Self], тот есть мастер, не
