и коллеги наперебой делились своим опытом, подсказывая, что надо было сделать и как успокоиться, но все равно хвалили ее за смелость и собранность. Сона смеялась вместе со всеми, совершенно не чувствуя никакого давления. Никто не расспрашивал ее о прошлом, не интересовался, как это обычно бывало, есть ли у нее парень. Никого не волновала чужая личная жизнь. Казалось, здесь все жили настоящим и открыто смотрели вперед. Сона окончательно расслабилась и почувствовала, что принять предложение Хвана было самым верным решением за последние несколько лет.
– А где Хван? – поинтересовалась она у Боён, садясь рядом с ней за один стол.
Боён неспеша включила компьютер и просмотрела свои записи в толстой, почти до конца исписанной тетради.
– У него с утра экскурсия с погружением в открытом море, будет к обеду, – ответила она и протянула Сона несколько распечаток. – Возьми, это тест, постарайся ответить хотя бы на часть вопросов. Не нервничай, это обычная процедура, чтобы проверить, что ты знаешь. Потом мы с тобой поработаем над пробелами, и постепенно ты все выучишь. Когда придут клиенты, внимательно слушай, как я общаюсь с ними, что говорю, как презентую наши туры, а потом мы с тобой подробно пройдемся по техникам, с помощью которых можно бонусом продать сопутствующие услуги.
Сона чувствовала легкое волнение, когда взяла тест и пробежала его глазами. На какие-то вопросы она могла ответить благодаря тому, что до утра штудировала материалы, но большая их часть была ей не знакома. Она потерла воспаленные после бессонной ночи глаза и, взяв ручку, склонилась над испещренными мелким шрифтом листами. Буквы расплывались перед глазами, и ей пришлось приложить значительные усилия, чтобы собрать мысли воедино. Сосредоточиться мешали отголоски пережитого ночью страха и полной неопределенности своих дальнейших шагов.
До звонка будильника она подремала на кухонном диванчике, скрючившись в неудобной позе. Бабушка вошла на кухню, когда Сона уже проснулась и хмуро смотрела перед собой, пытаясь прояснить путающиеся мысли. Бросив взгляд на разложенные на столе буклеты и сделанные от руки записи, бабуля, как показалось Сона, с уважением спросила:
– Готовишься к новой работе?
– Угу, – буркнула Сона, которую головная боль и противное ощущение собственного бессилия перед пугающей неизвестностью вгоняли в глухую тоску.
Что же ей делать? Может, и правда сходить к шаману? Это, конечно, полный бред и противоречит здравому смыслу, но, с другой стороны, ночное происшествие тоже не имело ничего общего со здравым смыслом. Так, может, стоит пойти нетрадиционным путем? Хотя бы попробовать? Но где найти шамана? Эта тема была не то чтобы под запретом, но не обсуждалась открыто. В Корее развелось огромное количество шарлатанов, которых активно поддерживало государство для популяризации шаманских обрядов, пользовавшихся большим спросом у туристов. В итоге из сакрального действа они превратились в театрализованный балаган, и настоящих шаманов сейчас разыскать было не так-то просто. Обычно такие контакты передавались через знакомых тайно, под большим секретом и со строгим запретом дальнейшего распространения. Бабушка наверняка знала кого-нибудь из настоящих шаманов или, как минимум, как можно их найти, но спрашивать о таком в лоб Сона не решалась. Да и как ей сформулировать свой вопрос? «Извини, бабуля, мне сегодня приснился сон, будто меня обнимает осьминог, и я проснулась мокрая с ног до головы. Мне кажется, меня преследует какой-то дух, ты не подскажешь номерок хорошего шамана?» Сона покачала головой, глядя, как бабушка достает из холодильника контейнеры с закусками и выставляет их на стол. Наконец, перебрав в уме все возможные варианты, Сона остановилась на самом, как ей показалось, адекватном и не вызывающем подозрений.
– Бабуль, хочу сходить к шаману, чтобы он мне сделал талисман на удачу и… – Сона не договорила, вздрогнув от звука упавшего на пол контейнера. Ударившись о кафель, он раскрылся, и по всей кухне разлетелась маринованная редька. Сона вскочила с места, чтобы помочь все убрать, и поразилась тому, как дрожат бабулины руки. Бабушка вскинула на внучку испуганный взгляд, и девушка остановилась, не понимая, что произошло. С чего такая реакция?
– Что… что за глупости! Не вздумай даже! – воскликнула она, снимая с плиты тряпку, чтобы вытереть пол.
– Да, согласна, глупости конечно! Я просто переживаю из-за новой работы, а с талисманом мне будет психологически спокойнее, – объяснила Сона, как ей показалось, довольно убедительно. Но, видимо, не для бабушки.
– Когда это ты стала такой суеверной? – спросила та, исподлобья сканируя ее взглядом, словно рентгеном.
– Когда вернулась из Сеула, – односложно ответила Сона. И это было, в общем-то, правдой, потому что всякая чертовщина стала происходить с ней именно после возвращения.
– Ты точно хочешь только талисман? Не чего-нибудь другого? – никак не унималась бабуля. Она видела ее насквозь, хоть и за всю жизнь мало общалась с внучкой.
– Чего еще я могу хотеть от шаманки? – как можно естественнее рассмеялась Сона, помогая бабушке встать с пола. – Не Ухена же приворожить!
Бабуля вдруг побледнела и ухватилась за край стола, чем серьезно встревожила Сона.
– Тебе нехорошо? Я что-то не то сказала?
– Все в порядке, – деланно бодрым голосом ответила бабушка и, переваливаясь с ноги на ногу, быстрым шагом направилась в свою комнату.
Через несколько минут она вернулась с листком, неровно вырванным из записной книжки. Молча взяв Сона за руку, она повела ее на улицу и остановилась напротив фигурки харубана.
– Прежде чем я дам тебе ее адрес, поклянись мне перед ним, – она кивнула на идола, – что ты не совершишь ничего, что навредит другому человеку.
Она была так серьезна, что Сона сразу поняла: за этим кроется какая-то тайна. Может, бабуля в молодости баловалась колдовством и женила на себе дедушку? Звучало очень нелепо, но испуг в ее глазах говорил о том, что она что-то скрывает, и Сона страшно захотелось узнать, что именно.
– Клянусь, – серьезно пообещала Сона, не решаясь иронизировать над старой женщиной, так близко к сердцу воспринявшей желание внучки. – Бабуль, откуда у тебя такие мысли? Ты же знаешь, за мной со школы бегают толпы парней, зачем мне кого-то привораживать? Я могу выбрать любого.
– Иногда единственный и самый недоступный из всех так глубоко проникает в сердце, что вся жизнь без него теряет смысл…
Эти слова почему-то настолько сильно отпечатались в сознании Сона, что она продолжала перекатывать их на языке, глядя на перечень тестовых вопросов, содержание которых никак не хотело проникать в неповоротливый мозг.
– В целом очень неплохо, ты молодец! – с мягкой улыбкой похвалила ее Боён, пробегая глазами ответы. – Хотя заметно провисание относительно дайвинга. Хван говорил, твоя бабушка потомственная хэнё, а ты сама
